Татьяна Романская – Пока это не было любовью (страница 18)

Антон замер, не донеся вилку до рта.

— Продолжай, — сказал он. — Ты здесь, чтобы сказать мне, что женишься?

Я закатил глаза.

— Нет, конечно. В любом случае, это было не специально, просто совпадение.

— Знаешь, что говорят о совпадениях? — он замер, ожидая, что я догадаюсь. — По-другому говорят «это судьба». Кто она?

— Просто какая-то девушка, которую я встретил на свадьбе Славы и Юли. Оказалось, она…

Черт! Я не хотел признаваться, что на самом деле уже спал с Ингой. Он будет припоминать мне это до конца жизни.

— Она пришла на собеседование на следующий день.

Не совсем ложь. Но и не правда.

— И ты взял ее на работу? — спросил он.

Я усмехнулся, но не стал отвечать.

— Ты еще раз с ней переспал? — уточнил он, прищурив глаза, словно пытаясь прочесть мои мысли.

Я покачал головой. Когда мы впервые договорились, что все будет строго по работе, я не думал, что это будет так трудно. Я верю, что в одну реку не войти дважды, и считаю, что разнообразие — это основа жизни. Но чем больше времени я провожу с Ингой, тем больше она мне нравится. Каким-то образом она становится все привлекательнее с каждым днем.

— Нет, я думаю, что это будет лишнее, да?

Он выдержал мой взгляд, затем вернулся к своей тарелке.

— Не знаю, братан. Думаю, тебе нужно решить, что тебе важнее — работа с ней или секс с ней.

— Я не говорю, что хочу с ней переспать еще раз.

Думать об этом? Конечно! Признаться? Ни за что!

— Мой тебе совет: если ты хочешь просто переспать с девушкой без всяких обязательств, то выбирать одну из подчиненных — не вариант, — сказал мне Антон.

Я кивнул.

— Да, ты прав, брат. Мне нужно сосредоточиться на том, чтобы партия меня поддержала, и избиратели тоже. И чтобы эта статья вышла правильной.

У меня запланированы тысячи встреч на следующие шесть месяцев. Я мысленно пробежался по списку, который дала мне Ольга, со всеми журналистами, разными фондами и политиками, которых я должен был принять и расположить к себе. Я даже не знаю, как смогу совмещать столько встреч.

— Разве того, что ты честно работаешь, не достаточно для того, чтобы к тебе хорошо относились?

— В идеальном мире это было бы логично. Но на практике все не так.

— Ты всегда сам пробивал себе дорогу. Зачем пытаться казаться лучше? Просто делай то, что всегда делал.

Антон не мог это понять. Врачи для него были сродни богам, а политики — простыми бездельниками

— Легко говорить. Сейчас такое время, когда люди могут тобой восхищаться, а уже буквально на следующий день они же запинают тебя ногами. Если шумиха усилится, то моей карьере во власти конец.

Антон отложил ложку и откинулся на спинку стула.

— Поверить не могу, ты столько денег отвалил этой партии, а они не могут за тебя вступиться? Почему ты это терпишь?

— Так устроена политика. У меня нет другого выбора.

— Конечно, нет выбора. Пошли их нахер! Уходи в отставку. Пусть они найдут другого мальчика для битья.

Как предсказуемо! Он думал, что я просто сдамся.

— Я не сдамся без боя. Я не собираюсь отказываться от того, что уже мое.

— Спроси себя, а стоит ли овчинка выделки?

Это был типичный разговор в моей семье. Все, что не было связано с медициной, считалось практически бесполезным — легко пришло, легко ушло. Может быть, я и не хирург, как моя мать, или кардиолог, как Антон, но это не значит, что то, что я делаю, дается мне легко. И я не думаю сдаваться.

— Я справлюсь. Я думаю, что статья этой журналистки будет кстати. И это должно заставить всех замолчать на некоторое время. Пока не начнутся неприятности с Татьяной.

— Если ты не спишь с Таней, какие неприятности могут с ней начаться? — спросил Антон.

Я вздохнул и промокнул рот бумажной салфеткой.

— Никаких…

Я не только обещал Тане сохранить все в секрете, но и не хочу вовлекать своего брата в потенциально опасную ситуацию, рассказав ему, что Татьяна подозревает, что бизнес ее мужа — это разрекламированная финансовая пирамида.

— У нее просто есть некоторые дела, о которых она не рассказала Егору, так что никому не говори, пожалуйста.

Таня и Егор время от времени приезжают в гости к моих родителям и я не хочу, чтобы те узнали. В нашей семье трудно что-то утаить.

Антон оторвался от телефона.

— Что за дела?

— Да какая разница, просто какие-то дела. Сделай вид, что я тебе ничего не говорил.

Антон застонал.

— Это звучит странно. Зачем тебе вмешиваться в ее дела? Если ты не спишь с ней, зачем шляться по городу?

— Об этом не беспокойся, — сказал я.

— Так, Гордей… — сказал он. — Надеюсь, ты не попадешь в неприятности.

Его тон был ласковым не только потому, что он был моим старшим братом. Вся моя семья говорила со мной в одной и той же манере. Этот же голос я слышал от родителей, когда у меня были проблемы в университете. Он был полон разочарования и обиды. Послевкусие, которое оставлял такой разговор, до сих пор вызывает у меня тошноту.

— Нормально все, — ответил я, не желая продолжать тему.

— Я беспокоюсь о тебе. Возможно, тебе стоит взять перерыв и подумать, чем ты хочешь заниматься в жизни.

— Ну, конечно! Раз я не врач, я не могу хотеть работать в той области, в которой я сейчас работаю, в обществе, к которому стремился!

Антон посмотрел на меня и сказал:

— Тебе нужно отдохнуть. Я не знаю, что именно у тебя происходит, но, кажется, ты на грани. Я просто надеюсь, что я ошибаюсь. Постоянная угроза исключения, а теперь еще и эта история с Татьяной…

— Я же сказал, что все нормально, — ответил я резко.

В этот момент зазвонил телефон Антона, и он сразу же встал.

— Все, мне пора, — сказал он. Так заканчивалось большинство наших обедов. — Извини, братан. Я позвоню тебе вечером. Я за тебя переживаю.

— Не нужно, — сказал я, когда он снова посмотрел на свой телефон.

— Я позвоню тебе! — повторил он и быстро прошел мимо меня.

Конечно, ему нужно было уйти — он был занят спасением жизней. Что бы я ни делал, как бы усердно я ни работал и как бы ни преуспевал, я никогда не смогу достичь того, чего добились Антон или другие члены моей семьи. Их жизнь не была обычным выживанием. Они жили по призванию. И с этим трудно соперничать.

Я поставил пустую тарелку Антона и его вилку на свой поднос и отнес остатки нашей еды на тележку для грязной посуды.

Антон был прав в одном: моя жизнь в данный момент и так довольно осложнилась. Мне нужно все упростить и сосредоточиться на своей цели. Инга стала отвлекающим фактором, который мне не нужен, и который мог поставить под угрозу все, над чем я работал. Я флиртовал с ней, и казалось, что химия между нами нарастала, становясь все сильнее с каждым разом, когда мы виделись. Но я решил остановиться. Это должно прекратиться.

Глава 16

Инга