Татьяна Романская – Пока это не было любовью (страница 17)

Я нежно обхватил ее за шею, чувствуя, как пальцы касаются ее теплой кожи.

— Оставайся, — прошептал я, мое дыхание стало поверхностным, а сердце забилось быстрее обычного.

Ее губы приоткрылись, словно в предвкушении.

— Я хочу… — произнесла она.

За мгновение до того, как я наклонился, чтобы поцеловать ее, она резко отстранилась.

— Мне нужно идти, — ответила Инга, глядя в сторону кухонного стола. — Моя сумка, кажется, была где-то здесь.

Я засунул руки в карманы и молча наблюдал, как она торопливо собирает свои вещи.

— Мне пора, — снова пробормотала она, мельком взглянув на меня.

Я кивнул в ответ.

Возможно, заняться сексом с ней еще раз было не лучшей идеей. Слишком много можно потерять. Слишком многое поставлено на карту.

Но я начинаю понимать, что оно того стоит.

Глава 15

Гордей

Сколько бы раз я ни приходил сюда, я всегда внимательно изучаю все указатели, чтобы не заблудиться в лабиринте коридоров, которые кажутся одинаковыми. Гул голосов, запах вареной капусты и звон толстой больничной посуды, доносившиеся из-за угла, подсказывали мне, что я уже близко. Вход находится где-то по левой стороне.

Я посмотрел на часы — как раз вовремя. Хотя, конечно, Антон опоздает. Я взял поднос и встал в очередь в буфет, улыбаясь про себя. Если Инга думает, что мне нужна прислуга, что она скажет, когда узнает, что я стою в очереди в больничном буфете?

Инга не понимает, что для Лавровых медицина — это самое важное в жизни. Независимо от того, насколько важные вопросы я решаю, я не спасаю жизни. Если я хочу увидеть своего брата, я иду к нему на работу.

Я беру бутерброды, кофе и бутылку воды, рассчитываюсь на кассе и иду искать свободный столик. Люди часто жалуются на больничную еду, но в буфете кормят вполне сносно.

Я окинул взглядом столы в поисках свободного места, и заметил Антона в другом конце зала. Он поднял руку, стараясь привлечь мое внимание.

— А ты уже здесь, так рано, — сказал я, ставя свой поднос напротив него. — Что случилось, ты уже вылечил всех своих пациентов?

— Ага, — ответил он, ломая вилкой котлету по-киевски.

— Вот это ты молодец! Приятно видеть, что ты все еще даешь маме с папой повод для гордости.

Он пожал плечами с уверенностью, которая появлялась только тогда, когда он осознавал, что действительно заслуживает этого.

— Ты поедешь на дачу на выходных? — спросил он. Антон вечно занят на работе, но теперь, когда он стал главным врачом, надеюсь, у него найдется время. — Я точно буду. А ты?

— Да, я тоже приеду, — сказала я. — Мы уже давно вместе не собирались.

— Точно, мы не виделись с новогодних каникул.

— Кто-нибудь берет с собой гостей? — спросил я.

Иногда Антон или Толик приезжали с подругами, но это было редко. Я знал, что Инга, которая поедет со мной, даже если это будет только по делу, будет удивлена.

Антон пожал плечами.

— Не, не думаю.

— Со мной сейчас везде ездит журналист. Они пишут обо мне статью.

— Да ты что? — спросил Антон, прожевывая котлету. — Это так на тебя не похоже.

— Моя помощница организовала это. Сейчас меня меня поливают грязью на каждом углу, и она думает, что положительный отзыв поможет моей репутации.

— Я видел эту историю о тебе и Тане. Между вами что-то есть, вы встречаетесь?

Я закатил глаза.

— Ты же знаешь, я никогда не спал с Татьяной. Она же мне как сестра.

— Не думаю, что маме с папой одобрили бы вашу пару. Ты же знаешь, как они любят Егора!

Я выдохнул. Их сердце будет разбито, когда они узнают, что он сделал. Они всегда относились к нему как к родному сыну. В первый год, когда мы жили в одной комнате в общаге, он приезжал к нам на каникулы, а позже они помогли ему с первой работой. Мои родители пожалели Егора — мать бросила его, а отец то сидел, то выходил из тюрьмы, то снова садился. И, возможно, яблоко упало от яблони недалеко.

— Могу пообещать тебе, я никогда не спал и не буду спать с Татьяной.

— Так этот журналист приедет с тобой? Он хороший человек?

— Да, мама сказала, что не против, если она приедет со мной.

Антон посмотрел на меня исподлобья:

— Она???

— Да, женщинам разрешили быть журналистами, Антон. И голосовать на выборах. В удивительное время живем.

— И ты пригласил ее к родителям домой?

— Она сама попросилась со мной. Это что-то значит?

— Ты мне скажи, — ответил Антон. — Ты никогда раньше не знакомил женщину с мамой и папой.

Я хотел подшутить над Антоном, заверить его, что это просто работа. Инга могла бы быть мужчиной или женщиной, и ей все равно нужно было бы познакомиться с моей родней. Но это не совсем правда. На самом деле, я уверен, что, если бы наши отношения были чисто профессиональными, я бы никогда не согласился, чтобы Инга приехала в дом моих родителей. Я даже уверен, что она не попросила бы.

— Она хочет увидеть меня вне рабочего контекста. Познакомиться с моей семьей, — ответил я.

Брови Антона полезли на лоб.

— Как интересно.

— В пиар-службе считают, что эта идея со статьей — отличная. Они говорят, что я до сих пор мало сотрудничал с прессой.

Антон усмехнулся.

— Это на тебя не похоже.

— А что у тебя происходит помимо работы? — спросил я. — Тебе девчонки уделяют достаточно внимания?

— Моему члену уделяют много внимания, спасибо.

— Твоя рука не в счет.

— На самом деле, я встречаюсь с девушкой — анестезиологом из нашей больницы.

— Зоя, с которой я познакомился в прошлый раз, когда приезжал к тебе?

Он представил ее мне, когда мы виделись тогда, и я не сразу понял, что они встречаются. Она довольно привлекательная. У нее были такие же очки, как у Инги, и такой же сосредоточенный взгляд, который можно было принять за сердитый.

— Да, это она, — сказал он, возвращая меня к реальности. — Зоя. В прошлом месяце мы работали в одну и ту же смену и часто виделись.

— Как романтично!

Он усмехнулся.

— Не менее романтично, чем твой спортивный секс. Можешь вспомнить, когда ты в последний раз видел женщину после секса?

В моей голове всплыл образ Инги, с запрокинутой назад головой и открытой шеей, ожидающей, когда я проведу по ней языком.

— На самом деле, это было совсем недавно.