Татьяна Роман – Попридержи чудовищ, князь (страница 9)

Мягкие тапочки шлёпали по коридору, величественный шлейф одеяла тянулся следом. Увижу служанку – прикажу подобрать соответствующий ночному дожору гардероб. А пока свободно передвигаюсь, по-княжески задрав подбородок в сторону главной лестницы, за которой спрятан клад. Съедобный, вкусный, насыщающий желудок и не похожий на перетёртые корешки с соком подорожника.

Куда-то пропали стражники, половина настенных ламп и даже служанки, передвигающиеся по специальным узким коридорчикам. Невзирая на стремительное перемещение и уверенный вид, внутри зарождался страх. То и дело кроме заунывного воя ветра я слышала отдалённое шуршание.

Словно нечто большое преследовало меня по извилистыми путями. Не выходя на свет, наблюдая из темноты и выжидая. Укуталась в одеяло плотнее. Ускорившись, неотрывно глядя вперёд, на просвет главного коридора, старательно успокаиваясь. Боялась, что от громких ударов собственного сердца не услышу приближение чего-то уже не кажущегося плодом воображения.

Даже если это коматозный сон, в чём я начала сомневаться, умирать не хотелось. А то, что прожигало меня взглядом из темноты коридора для слуг, хотело не общения, как стрекочущий горбатик. Оно желало моей крови, моего мяса и даже звука хруста костей.

До границы света последней горящей лампы оставались считанные шаги. А за ней кромешная тьма, в которой меня уже ждали. Я ощущала это каждой клеточкой собственного тела, по которому уже безостановочно пробегали мурашки.

Головокружение, слабость и лёгкая ломота в теле ушли на второй план, сдвинутые инстинктом самосохранения. Всё что мне нужно – добраться до главного холла с лестницей. О том, что делать если и в нём не окажется стражников старалась не думать. Не без содрогания войдя в темноту.

Шуршание уже не казалось плодом моего воображения и напомнило топот десятка маленьких ножек. Как у насекомых. Давно мечтала заняться бегом, и, похоже, время пришло.

Руки отбросили тяжёлое одеяло, а ноги сами по себе ускорились, случайно сбросив тапочки. Холод не заставил себя долго ждать, набросившись на тёплую кожу, обжигая мелкими иголками. Горло сдавило ужасом, когда шуршание донеслось гораздо отчётливей.

– Нет, нет, нет! Не будь жуком! Пожалуйста, не будь жуком! – В ответ мою спину пощекотало длинными тонкими усиками. А я разоралась, ускорившись ещё больше: – ДИХЛОФО-О-ОС! ТАЩИТЕ ЛОВУШКИ! ВСЁ, ЧТО У ВАС ТУТ ЕСТЬ! ТАПОК! ЛЕДИ НУЖЕН ТАПОК!

Накатила истерика от настоящего ужаса, не идущего ни в какое сравнение со встречей с волком. У него хотя бы нет неадекватного количества лапок, гадкого панциря и мерзких усиков! Нормальный хищный пушистик, а не вот это вот гадостное, усатое и меня догоняющее.

– Арбалет! Копьё! – Припомнила разнообразие оружия на местном тренировочном поле и продолжила орать всё, что приходило в голову, – князя! Вызовите сюда кня…

К нам присоединился третий участник. Выпрыгнув из светлого коридора смазанной тенью. Не останавливаясь, промчался мимо задыхающейся и паникующей меня. Раздался хруст, и я обернулась.

Света из главного холла хватило чтобы разглядеть, как замечательный князь в одних тёмных штанах, бьёт в гадкую морду огромную сколопендру.

От слабости подкосились ноги, и я упала, больно отбив мягкое место. Не в силах остановиться продолжила свой побег, перебирая ногами и руками неотрывно наблюдая за невероятным мужчиной и самой гадкой мерзостью из всей, что я когда-либо видела.

Её заметно вмятая внутрь черепа морда моталась из стороны в сторону, усики дёргались, а большие жвалы, с которых капало что-то вязкое, сжимались и разжимались, пока мужчина не подпрыгнул вновь. Оттолкнувшись ногой от стены и впечатав пострадавшую голову в пол. Как он добивал отвратительное насекомое уже не видела.

Не без труда встала, развернулась, когда Элиас навис над упавшей сколопендрой и побежала звать на помощь. Пусть эффект неожиданности помог нанести несколько ударов, но Элиас всё ещё безоружен.

Звуки боя, грохот и хруст от которых сердце сжималось до боли. Перед глазами всё расплывалось. Я не готова овдоветь, только став замужней!

– Амелия? – От волнения показалось что кто-то позвал хриплым голосом. Но я не остановилась, осталось совсем немного и мы будем спасены! – Амелия! – Я позову на помощь! Невзирая на слабость, боль и жуткий холод, приведу стражников! Только бы он продержался! Ещё чуть-чуть! – Твою ж мать! – Неожиданно провозгласила галлюцинация, озвучив моё эмоциональное состояние.

Стоило наконец оказаться в центре яркого света главного коридора, как, не дав глазам привыкнуть, а рту открыться для крика о помощи, мою талию сжали. Заорала, забилась в крепких объятиях, неожиданно заплакала, продолжая хрипеть. Меня развернули повернули обратно в сторону тёмного коридора, в центре которого лежала мёртвая сколопендра.

– Амелия, всё хорошо, это я, – удерживая бьющуюся в истерике меня, зашептал Элиас. Сильные руки прижимали к тёплому телу, дыхание склонившегося мужчины касалось уха. Окружающая нас тишина не прерывалась страшным шуршанием десятка лапок, и это медленно, но неумолимо успокаивало.

– Оно меня усиками по спине потрогало, – пискляво наябедничала не отошедшая от встречи с насекомым-переростком. Муж задумался, но быстро принял решение, продолжая поглаживать меня по спине:

– Вырежу весь его клан, а части их тел разбросаю по лесу вокруг замка. В назидание остальным.

Впечатлилась, даже глаза на него подняла. Стоит, продолжая прижимать официальную жену в одной ночнушке к собственному не одетому телу. Судя по предвкушению, написанному на красивом лице, кое-кто прямо сейчас месть в красках представляет.

– А можно просто монстров в замок на прогулку не впускать? Мне этого будет достаточно, – и, вздрогнув от переведённого на меня пристального взгляда, пропищала: – пожалуйста?

– Этого и не должно было произойти, – прорычал, неосознанно сжав ладони. Под одной всё ещё находилось моё хрупкое плечико, под второй тонкая талия, и вот это вот всё чувствовало себя в мужских объятьях привычно. Будто уж не раз ощущало на коже прикосновения Элиаса. – Я разберусь, как уже второе чудовище проникло на территорию замка и почему сменщик твоего стражника не явился на пост.

Пообещав это, он словно опомнился. Лицо расслабилось, глаза сфокусировались, а руки ослабили хватку. Моё сердце забилось быстрее, а к щекам прилила кровь от осознания, что кое-кто наконец понял, в каком положении мы так долго стоим.

Чересчур внимательно оглядывая мою белую плотную ночнушку от широких бретелей на тонких плечах, спускаясь по затягивающей талию ленте и завершив путь на замёрзших голых ступнях, мужчина нахмурил брови. О чём-то вспомнил и расслабил, мельком взглянув в мои глаза.

Не успела отдышаться, перестать смущаться от соприкосновения наших тел, как оно стало ещё большим. Широкие ладони обхватили за талию и приподняли, поставив холодными ступнями на тёплые тапочки мужчины. Тишину разбавил спокойным голос того, кто с минуту назад голыми руками порвал огромного монстра:

– Тебе не понравилась новая дублёнка?

– Понравилась, – прошептала слабым голосом, продолжая в ужасе сжимать ладони на горячей голой груди. Россыпь шрамов разной величины перед глазами вызывали внутреннюю дрожь. Тело воина восхищало и вызывало странное томление внизу живота.

– Тебе не понравился новый гардероб? – Задал следующий вопрос прожигая меня взглядом красных глаз невообразимый красавчик, от вида которого страх пережитого оттеснялся буйством гормонов.

– Понравился, – тихий ответ глядящей на него широко раскрытыми глазами, забывшей о каких-то потерянных тапочках, неважных чудищах и почти забытых погонях. Брутальный глубокий шрам на правой щеке, узкий на мужественном подбородке, миндалевидные внимательные глаза и крепкие объятья, от которых по коже пробегают горячие мурашки и тело невольно напрягается.

– Тогда почему ты снова разгуливаешь по коридорам в одной ночнушке? – Хотелось возразить, что сверху было ещё и одеялко, а на ногах тёплые тапочки, но, не дав мне сформулировать возражение, мужчина неожиданно прорычал: – Тебе противна даже моя забота?

Выводы в голове красноглазика в который раз вызвали ступор и желание закричать: «Дело не в тебе, дело во мне!», но язык прилип к нёбу от промелькнувшей боли в красных глазах. Меня отпустили, отошли на шаг и, кажется, собирались что-то сказать, но были прерваны:

– Мой князь! – Из-за угла выскочил дяденька Ллойд, дрожа всем телом, он прижимал к себе знакомое одеяло как щит. Приблизился на расстояние вытянутой руки и накрыл им меня с головой. – Позвольте отвести леди обратно в спальню. Она ещё не выздоровела.

Стало холодно. Не то чтобы до этого момента в коридоре было тепло, но от резко нахлынувшего мороза задрожали ноги.

– Скройтесь, – устало приказал Элиас и отошёл сам. Тихие шаги этого странного мужчины отдалялись, вызывая внутренний протест. Хотелось остановить, потрясти за широкие плечи и потребовать объяснить, что там в серебряноволосой голове вообще происходит. Но я не решилась. Пока что.

– Вашу ножку, леди, – запоздало поправила одеяло, набросив его на плечи. Увидела стоящего на одном колене Ллойда, держащего тапочки большого размера. Те самые, на которых я стояла прижатая к телу князя.