Татьяна Пугачева – Зигзаги судьбы (страница 7)

Игорь засыпал с мыслью о том, что мир устроен сложнее, чем он думал. Здесь, на краю смерти, дикие звери проявляли больше человечности, чем многие люди в городе.

А наверху волчья стая ложилась на ночлег вокруг провала, охраняя сон попавшего в беду человека.

Глава 8. Последняя надежда

На четвертый день в штольне Игорь проснулся с ясным пониманием – времени почти не осталось. Силы покидали его с каждым часом, провал засыпало снегом все больше, и вскоре отверстие затянется окончательно. Выкопанные ступеньки помогли подняться выше, но до края все еще не хватало критического полуметра.

Матерый волк появился на краю провала, как обычно. Игорь уже привык к этим визитам, перестал бояться желтых глаз. Зверь спустился вниз и улегся рядом с ним, как делал последние дни, согревая своим телом.

Игорь лежал, чувствуя живое тепло волчьей шерсти, и вдруг его осенила мысль. Безумная, отчаянная, но единственная оставшаяся надежда.

– Серый, – прошептал он, поворачиваясь к волку. – Ты единственный, кто может меня спасти.

Зверь приподнял голову, посмотрел на человека внимательными желтыми глазами.

Игорь начал снимать кожаный ремень. Руки дрожали от слабости и волнения. Ремень был широкий, прочный, с массивной металлической пряжкой. Возможно, люди поймут, что это сигнал о помощи.

– Только ты можешь дойти до людей, – говорил Игорь, больше для себя, чем для волка. – Только ты можешь привести их сюда.

Волк настороженно наблюдал за действиями человека. Когда Игорь медленно приблизил ремень к его шее, зверь дернулся, готовясь отскочить.

– Тихо, тихо, – успокаивал Игорь. – Я не сделаю тебе больно. Это единственный способ.

Он осторожно накинул ремень на шею волка и застегнул пряжку. Не туго – так, чтобы не мешать дышать, но и не слишком свободно, чтобы не соскочил.

Волк замер, чувствуя непривычный предмет на шее. В желтых глазах мелькнула тревога, но он не пытался сбросить ремень. Словно понимал – человек делает что-то важное.

– Иди, – сказал Игорь, указывая вверх. – Иди к людям. К деду. Он поймет.

Но поймет ли? Федор Петрович увидит дикого волка с человеческим ремнем на шее и поймет, что случилась беда? Или просто выстрелит в хищника, защищая себя?

Игорь не знал. Он мог только надеяться на чудо…

Волк поднялся и несколько секунд стоял неподвижно, привыкая к ощущению ремня на шее. Потом направился к стене, начал подниматься по ступенькам, которые выкопал человек.

– Найди людей, – шептал Игорь ему вслед. – Пожалуйста, найди их.

Волк выбрался из провала и остановился на краю, глядя вниз на человека. В его взгляде было что-то новое – не просто любопытство или сочувствие, а понимание возложенной на него миссии.

Потом он развернулся и скрылся в лесу.

Игорь остался один в каменной ловушке. Теперь ему оставалось только ждать. Ждать и надеяться, что волк найдет дорогу к заимке. Что дед поймет значение ремня на шее дикого зверя. Что успеют прийти на помощь до того, как провал засыплет полностью.

Часы тянулись мучительно медленно. Игорь дремал, просыпался, снова засыпал. Боль в сломанной ноге стала привычной, как фоновый шум. Холод пробирался все глубже, несмотря на тряпье, которым он укутался.

К вечеру провал засыпало еще больше. Света почти не проникало, и в штольне воцарились сумерки. Игорь включил фонарик телефона на несколько секунд – батарея садилась, нужно было экономить.

Волк не возвращался. Что это значило? Добрался ли он до заимки? Или заблудился в лесу? А может, кто-то его застрелил, приняв за обычного хищника?

Ночь была самой тяжелой за все дни в плену. Игорь почти не спал, прислушиваясь к каждому звуку. Но наверху была только тишина – ни волчьего воя, ни человеческих голосов.

К утру он понял, что надежда тает. Если помощь не придет сегодня, завтра может быть уже поздно. Силы были на исходе, а провал продолжало засыпать снегом.

Игорь лежал на своей подстилке и думал о волке. Странно – дикий зверь стал его последней связью с миром живых. Единственным, кто мог донести весть о его беде до людей.

Поймет ли дед? Догадается ли, что ремень на шее волка – это сигнал бедствия? Или решит, что это просто странная случайность?

Игорь закрыл глаза и попытался представить, как волк идет через лес к заимке. Как выходит на поляну перед домом. Как дед видит его из окна…

Что будет дальше – он не знал. Оставалось только ждать и надеяться на чудо. На то, что связь между человеком и зверем, возникшая в этой каменной ловушке, окажется сильнее страха и непонимания.

А где-то в лесу серый волк с кожаным ремнем на шее пробирался сквозь заснеженную тайгу, неся на себе последнюю надежду умирающего человека.

Глава 9. Встреча на трассе

Федор Петрович не находил себе места. Игорь должен был вернуться еще в воскресенье к обеду, но прошли уже сутки, а от него не было ни слуху ни духу. Старик всю ночь не сомкнул глаз, то и дело выходя на крыльцо и вглядываясь в белую пустоту леса.

Когда рассвело, он больше не мог ждать. Федор Петрович знал – в тайге промедление смерти подобно. Он достал из сарая старую рацию и настроил на частоту службы экстренного реагирования. Связь была плохая, но дежурный его услышал.

– Алло, служба спасения? Человек пропал в лесу. Район Золотых ручьев, заимка Сосновая…

Через полчаса на заимку примчался УАЗ с синими мигалками. Из машины выбрались трое мужчин в камуфляжной форме – спасательная группа местного МЧС.

– Федор Петрович? – спросил старший, коренастый мужчина с окладистой бородой. – Старший лейтенант Морозов. Расскажите, что случилось.

Дед коротко объяснил ситуацию. Игорь ушел на снегоходе в воскресенье утром, обещал вернуться к обеду. С тех пор его никто не видел.

– GPS в снегоходе есть? – уточнил Морозов.

– Есть, но связи с ним нет. Телефон тоже не отвечает.

– Понятно. Какое направление он выбрал?

Федор Петрович показал на карте примерный маршрут – старые лесные дороги в сторону заброшенных приисков.

– Сложный район, – нахмурился спасатель. – Много ям, провалов. После метели следы замело наверняка. Но попробуем.

Спасательная команда загрузила в УАЗ необходимое снаряжение – веревки, медицинскую аптечку, носилки, походную печку. Федор Петрович попросился с ними, но Морозов мягко, но решительно отказал:

– Извините, дедушка, но вы только помешаете. Мы знаем свое дело.

УАЗ тронулся с места, оставляя за собой облако снежной пыли. Федор Петрович остался стоять на крыльце, сжав в руках старую шапку. Теперь оставалось только молиться.

***

Поиски затянулись, превратившись в изнурительную пытку под ледяным небом. Четвертые сутки безжалостно отсчитывали время с момента исчезновения человека в заснеженной, безмолвной глуши тайги.

Спасатели ехали по заснеженной лесной дороге, внимательно осматривая обочины. Следов снегохода не было видно – метель постаралась. Но Морозов, проработавший в службе спасения двадцать лет, знал все потаенные места этих лесов.

– Вот здесь сворачивает тропа к старым приискам, – сказал он водителю. – Поезжай осторожнее, дорога плохая.

УАЗ свернул на узкую просеку между соснами. Машина подпрыгивала на ухабах, ветки хлестали по ветровому стеклу. Спасатели молчали, сосредоточенно всматриваясь в белесую пустоту леса.

Они проехали километра три, когда Морозов вдруг скомандовал:

– Стой!

Водитель резко затормозил. Впереди, прямо посреди дороги, стоял волк. Большой, серый, он не делал попыток убежать, а смотрел прямо на машину желтыми глазами.

– Вот это да, – присвистнул водитель. – Обнаглел зверь совсем.

Морозов взял бинокль и внимательно рассмотрел животное. То, что он увидел, заставило его вытаращить глаза:

– Черт возьми! У него что-то на шее!

– Что? А не собака ли это?– переспросил второй спасатель, Петров, доставая ружье из чехла.

– Нет! Ремень! На шее у волка кожаный ремень!

Все трое уставились на зверя. Действительно, на шее у волка болтался широкий кожаный ремень с металлической пряжкой. Странное зрелище – дикий хищник с человеческой вещью.

– Может, из зоопарка сбежал? – предположил водитель.

– Какой зоопарк, ты о чем? – Морозов не сводил бинокль с волка. – Это дикий зверь, матерый самец. Но откуда у него ремень?

Петров передернул затвор ружья:

– А какая разница? Волк на дороге – это опасно. Пристрелить и дело с концом.