Татьяна Пугачева – Детективы (страница 6)
А через неделю грянула третья глава.
Звонок раздался в три часа ночи. Дежурный сообщил, что в элитном жилом комплексе на Остоженке найден труп. Борис Коган, литературный агент Вероники Власовой.
Когда я прибыл на место, криминалисты уже работали. Квартира Когана напоминала музей современного искусства: стекло, металл, абстрактные полотна на стенах. И посреди этого великолепия, в просторной гостиной, висел хозяин.
Он был подвешен к массивной люстре на альпинистском тросе. Под его ногами валялась перевернутая стремянка. На первый взгляд - классический суицид. Но на груди убитого, прямо на дорогой шелковой пижаме, кровью (как позже выяснилось - свиной) был нарисован идеальный круг с вписанным в него треугольником.
- Третья глава, - раздался за моей спиной глухой голос.
В дверях стояла Вероника. Ее привез патрульный, узнав о смерти агента. Она прижимала ладони к лицу, ее глаза были расширены от ужаса.
- В романе, - всхлипнула она, - Архитектор теней убивает продажного галериста. Вешает его и оставляет этот знак. Боже мой, Боря… Это я виновата. Моя фантазия убила его!
Мы немедленно перевели Веронику на конспиративную квартиру под круглосуточную охрану. Пресса сходила с ума. Заголовки кричали о «Литературном маньяке». Тиражи старых книг Власовой взлетели до небес.
А я сидел в своем кабинете, пил остывший кофе и раз за разом перечитывал злополучную рукопись.
Что-то не давало мне покоя. Какая-то мелкая, зудящая деталь, которая не вписывалась в общую картину. Я открыл третью главу. Убийство галериста.
Я отложил листы и открыл протокол осмотра места происшествия в квартире Когана.
Никакой разбитой вазы. Никаких следов борьбы. Когану вкололи мощный транквилизатор - на шее остался след от инъекции, - а затем аккуратно, без лишней суеты повесили. Узел на альпинистском тросе был самым примитивным, затягивающимся, так называемой «удавкой». Окно было плотно закрыто, система климат-контроля работала в штатном режиме.
Я потер глаза. Маньяки-подражатели, как правило, одержимы деталями. Они - фанатики. Если в «священном тексте» написано, что должна быть разбита ваза и завязан булинь, подражатель разобьет вазу и выучит морской узел.
Но убийца Когана действовал иначе. Он действовал… логичнее.
Зачем бороться с сильным мужчиной, рискуя оставить свои ДНК, если можно просто его усыпить? Зачем вязать сложный узел, если обычная удавка надежнее и быстрее? Убийца в реальности оказался профессиональнее, хладнокровнее и умнее, чем маньяк на страницах книги.
Обычно бывает наоборот: писатели создают гениальных злодеев, а реальные преступники совершают глупые ошибки. Здесь же жизнь исправляла огрехи литературы.
- Тарасов, ты ищешь черную кошку в темной комнате, - сказал мне на утренней планерке начальник отдела. - У нас есть серия. У нас есть книга. Ищи утечку текста.
- Я ищу мотив, товарищ полковник, - упрямо ответил я. - У первых двух жертв - студентки и бизнесмена - нет ничего общего с Коганом. Разный социальный статус, разные районы. И почему маньяк убил именно агента писательницы? Это нарушение паттерна.
Я привлек к делу ребят из отдела экономических преступлений. Попросил их вывернуть наизнанку всю финансовую жизнь убитого Бориса Когана.
Через двое суток на мой стол легла сводка.
Борис Коган был гениальным агентом, но отвратительным человеком. Выяснилось, что последние пять лет он методично, виртуозно обворовывал свою главную звезду - Веронику Власову. Используя сложную схему с передачей прав на экранизации и переводы через подставные фирмы на Кипре, Коган присвоил себе около трех миллионов долларов, которые по контракту принадлежали писательнице.
Вероника, полностью доверявшая агенту финансовые дела, получала лишь малую часть своих реальных гонораров.
Мотив засиял так ярко, что резало глаза.
Я вызвал к себе Алину - нашего лучшего специалиста по киберпреступлениям.
- Аля, мне нужно, чтобы ты препарировала облачное хранилище Власовой. То самое, где лежит черновик романа.
- Глеб, мы уже смотрели, - вздохнула девушка, поправляя очки. - Файл «Архитектор_теней_черновик.docx» создан пятнадцатого сентября. За месяц до первого убийства. Последнее изменение - двадцатого октября, за неделю до смерти Когана. Все сходится. Она написала это до того, как люди начали умирать.
- Аля, - я наклонился к ее монитору. - А ты можешь копнуть глубже? Не то, что показывает система в свойствах файла, а реальные логи серверов облака? Метаданные, историю синхронизации пакетов?
Алина нахмурилась, ее пальцы запорхали по клавиатуре.
- Это потребует официального запроса к провайдеру облачных услуг. У них серверы в Ирландии.
- Делай запрос. Срочно. От моего имени, по каналам Интерпола. Скажи, что речь идет о серийном убийце.
Пока Алина ждала ответа от ирландских серверов, я поехал на конспиративную квартиру.
Вероника сидела в кресле у окна, укутавшись в плед. На столике перед ней стоял недопитый бокал красного вина и лежал раскрытый блокнот. Образ страдающего творца был выверен до миллиметра.
- Глеб, - она подняла на меня печальные глаза. - Вы поймали его? Я не могу здесь больше находиться. Эта изоляция убивает меня.
- Мы близки к разгадке, Вероника, - я сел напротив. - Я хотел поговорить с вами о Борисе. Вы знали, что он вас обкрадывал?
Ее брови взлетели вверх. Идеально сыгранное удивление.
- Что? Боря? Нет, это невозможно. Мы работали вместе десять лет. Он был мне как брат.
- Ваш брат вывел три миллиона долларов на счета компании «Vlasova Rights Management Ltd», зарегистрированной на номинального директора в Никосии. Вы не имели к этим деньгам доступа.
Вероника медленно поставила бокал на стол. Ее лицо побледнело, но на этот раз - по-настоящему.
- Я… я ничего об этом не знала. Боже, как мерзко. Но при чем здесь маньяк?
- При том, Вероника, что маньяка не существует, - закончил я фразу, не сводя глаз с ее побледневшего лица. - Никакого «Архитектора теней» нет. Есть только вы, Вероника. И ваша жадность, помноженная на уязвленное самолюбие.
Она замерла. На секунду в ее глазах мелькнула паника, но писательница быстро взяла себя в руки. Она откинулась на спинку кресла и снисходительно улыбнулась.
- Глеб, вы переутомились. Я понимаю, давление начальства, пресса… Но это уже бред. Я сама пришла к вам! Я принесла рукопись! Зачем мне убивать Борю, а потом привлекать к себе внимание полиции?
- Потому что вам нужно было идеальное алиби, - я встал и начал медленно прохаживаться по комнате. - Вы узнали об офшорах. Поняли, что Коган годами крал ваши деньги. Судиться с ним было бесполезно - юридически он все оформил безупречно, вы сами подписывали доверенности. Деньги осели на Кипре. Вернуть их законным путем вы не могли. Но по контракту, в случае смерти агента, все права и замороженные транши возвращались к вам. Вам нужна была его смерть.
Я остановился напротив нее.
- Но убить известного человека и не попасть под подозрение - сложная задача. Особенно для автора детективов. Полиция первым дело ищет мотив. А мотив у вас был железобетонный. Значит, нужно было сделать так, чтобы убийство Когана выглядело частью серии. Делом рук безумца.
Вероника насмешливо фыркнула и потянулась за бокалом.
- Красивая теория. Достойная бульварного романа. Но как быть с первыми двумя жертвами? Студентка в Битцевском парке и бизнесмен в Сити. Я их тоже убила, чтобы создать массовку для Когана?
- Нет. Их убили другие люди. Настоящие преступники, которых мы пока не нашли. Вы просто внимательно читали криминальную хронику, Вероника. У вас, как у известного автора триллеров, есть связи в МВД, есть знакомые журналисты. Вы узнали детали этих нераскрытых дел. Девушка с лилией во рту. Отравитель с тетродотоксином. Вы взяли два реальных, никак не связанных между собой убийства и… вписали их в свой черновик. Задним числом.
Рука Вероники с бокалом чуть дрогнула. Темно-рубиновая жидкость плеснулась на стенку хрусталя.
- Вы создали искусственного маньяка на страницах своей книги, - продолжал я, чеканя каждое слово. - А потом сами исполнили третью главу. Вы пришли к Когану. Выпили с ним вина. Незаметно подмешали ему в бокал транквилизатор. Когда он отключился, вы, используя стремянку и альпинистский трос, подвесили его к люстре. Вы нарисовали на его груди свиной кровью оккультный знак, чтобы придать убийству театральность. А потом побежали ко мне с криками о том, что кто-то ворует ваши идеи.
- Доказательства, Глеб, - голос Вероники стал ледяным. От образа испуганной жертвы не осталось и следа. Передо мной сидела хищница. - Где ваши доказательства? Мой файл с черновиком создан за месяц до первого убийства. Это зафиксировано в свойствах документа. Экспертиза вашего же отдела это подтвердила. Я физически не могла вписать туда реальные убийства задним числом!
В этот момент мой телефон в кармане пальто коротко завибрировал. Я достал аппарат. На экране светилось сообщение от Алины: