Татьяна Первушина – Зеркальное возмездие (страница 4)
И вдруг Яна начала медленно подниматься над садом. Вот она уже на высоте нескольких метров от земли – идет по воздуху, а под ней простирается невиданной красоты ковер из живых цветов. Яна не боится, ей нравится шагать по воздуху. Дух захватывает от радостного чувства: «Я лечу!!! Я умею летать!!! Я не боюсь упасть!!!»
Яна весело парит в воздухе, крепко зажав заветный медальон в руке. Пролетает над лесом, речушкой и видит вдали огромный зеленый холм. Даже скорее не холм, а гору, на которой во множестве растут кипарисы, можжевельники, пихты.
Блестит солнечный луч, и Яна замечает, что вокруг нее в каком-то сказочном танце кружатся маленькие воздушные пузырьки. Некоторые из них разноцветные, но большинство только прозрачные. Одни пузырьки быстро поднимаются вверх, другие плавно опускаются вниз, третьи шаловливо скачут зигзагами – то вправо, то влево. И конца, и края этой пузырьковой массе нет. Мириады прозрачных пузырьков, казалось, живут своей собственной интересной жизнью.
И завороженная Яна думает: а вдруг это не просто волшебные шарики, а чьи-то души?
Словно в ответ на ее вопрос, в некоторых волшебных шарах показались человеческие лица. Одни веселые, другие мучительно кривились, словно от какой-то неведомой боли. Третьи, равнодушно взирая на полеты других пузырьков, неспешно позевывали.
Изумлению Яны не было предела.
Наконец она долетела до горы и, словно соскочив со скейтборда, легко спрыгнула на траву.
Постояла немного, огляделась – цветные и прозрачные пузырьки с человеческими лицами куда-то исчезли.
А внизу, у подножья горы Яна увидела пасущихся коров. Их было ровно семь.
Коровки были чистенькие, бурые с белыми пятнами, они мирно щипали травку и неспешно передвигались вдоль холма.
Яна посмотрела направо и увидела вдалеке старинную часовню.
Не задумываясь, она пошла по направлению к ней. Часовня оказалась полуразрушенной, но еще сохраняла следы былой красоты.
Из часовни навстречу Яне вышла красивая золотоволосая девушка в длинном голубом платье и, улыбаясь, произнесла: «Вот ты и пришла, Яна! Здравствуй! Я Антрацея. Когда-то давно ты спасла мне жизнь. А теперь у меня есть возможность помочь тебе. Запомни, что я скажу тебе. Это очень важно. Я возвращаю тебе талисман, которым ты пожертвовала ради моего спасения. Всегда носи его с собой. Он поможет тебе по-новому увидеть и понять мир, и будет спасать тебя от всяческих невзгод. Ты должна знать, что это непростой талисман. Он обладает необыкновенной силой. И просить у него помощи можно лишь только тогда, когда сама ты не в силах что-либо исправить. И еще одно запомни, дорогая. Только тогда, когда ты вступишь в борьбу со злом, которое творится на земле, ты вновь увидишься с тем, кто тебе всех дороже! Но помни: ты не должна преступать черту! Позже ты сама поймешь значение моего предостережения».
С этими словами золотоволосая красавица протянула руку к Яне, и та с изумлением увидела все тот же медальон, который теперь раскачивался у нее в руке на тонкой золотой цепочке.
Машинально разжав свою руку, Яна увидела, что в ее ладошке ничего нет. Тогда она осторожно взяла у Антрацеи медальон и повесила его на шею.
Тут же она почувствовала, как земля ушла у нее из-под ног.
Еще мгновение – и Яна оказалась высоко-высоко в воздухе. Она снова летела над землей.
Далеко-далеко внизу мелькали цветущие яблоневые сады, озера, луга…
Поддавшись восхищению неземной красоты вокруг, Яна и не заметила, как оказалась вдруг на краю высоченной голой скалы.
Внизу была бездонная пропасть, в глубине которой глухо ворчал горный поток, белые клубы тумана поднимались к вершине скалы, на которой замерла Яна.
Яна испугалась. Она не знала, что нужно теперь делать – прыгать и лететь или повернуть назад.
От испуга Яна протянула руку к медальону на груди и сильно сжала его пальцами.
Она простояла в замешательстве так несколько секунд, и вдруг увидела прямо перед собой лицо Сергея!
Он улыбался ей, словно подбадривая не бояться.
Не задумываясь, Яна приняла решение и шагнула в пропасть – и, о чудо! – она не упала, а полетела дальше, правда, стремительно снижая высоту полета.
Скорость полета все увеличивалась, и временами Яне казалось, что она все-таки падает.
Но на груди у нее сверкал всеми цветами радуги чудесный медальон, и Яна, вспомнив слова золотоволосой девушки перестала бояться.
Внезапно она коснулась ногами чего-то твердого – и… проснулась…
Глава 3. Снегопад и медальон
Яна не сразу поняла, что находится в собственной квартире, а не на чудесном зеленом холме
Мельком взглянула на часы – без пятнадцати пять утра.
Сердце колотилось. Мысли путались. Что это было? Сон? Но тогда почему ей кажется, что все это произошло с ней на самом деле?
Яна лихорадочно протянула руку к груди. Но, увы, никакого медальона там не оказалось.
А вот ноги действительно так сильно упирались в спинку кровати, что было даже больно ступням.
Понемногу приходя в себя, Яна стала перебирать в уме события сказочного сна.
Как странно все.
И тут она вспомнила, что, ложась спать, загадала увидеть жениха. А во сне, над пропастью увидела лицо Сергея! Значит ли это, что он жив?! Он же улыбался ей! Только вот почему он над пропастью и так ничего и не сказал?
И еще Яна расстроилась, потому что не догадалась открыть во сне медальон – а вдруг там был портрет Сергея? А если другого человека?
Дальнейшие размышления Яны были бесцеремонно прерваны Шулкой.
Нахальный песик важно притопал к ее кровати, громко и смачно зевнул, хрюкнул, словно поросенок, уселся прямо перед Яней и стал неистово чесаться и трясти ушами. На собачьем диалекте это было явное приглашение выйти погулять.
Решив, что сейчас все равно не заснуть – слишком много эмоций было вызвано наружу после столь сказочного сна, Яна стала одеваться.
Шулка радостно подхватил пищащую игрушку и начал носиться с ней по комнатам, предлагая соседям воспитывать в себе стойкость и мужество.
«Что же тебе, негоднику этакому, не спится! – добродушно ворчала Яна, собираясь. – Ведь еще и пяти нет! А тебе вот приспичило! Ну да ладно. Пошли, сейчас хотя бы собак не будет – кроме нас с тобой, дорогуша, сумасшедших больше нет – гулять в пять утра по субботам!» – закончила тираду Яна и, нацепив поводок на Шулку, вышла из квартиры.
На безлюдной улице было темно и сыро, потому что ночной снег успел уже растаять.
Не было слышно шума проезжавших ежедневно мимо дома автомобилей.
Прохожие Яне тоже не встретились. Даже для гастарбайтеров, ежедневно шагающих темными группками к метро, было еще слишком рано.
Не успела Яна вдохнуть морозный воздух всей грудью и порадоваться тишине, как тут же, гремя цепями, мимо проехал мусорный грузовик, шумно чавкая, въехал в соседний двор, газанул и, привнося элемент абсолютной реальности, с грохотом начал свою еженощную работу: погрузку контейнера с мусором.
Яна, держа Шулку на коротком поводке, осторожно, словно в своем чудесном сне, перешла улицу и оказалась в начале небольшого красивого бульвара.
На этом бульваре вечерами частенько собирались пьяные студенты из соседнего педагогического общежития (будущие учителя) и всю ночь напролет пили, курили, громко хохотали, страшно мусорили и иногда даже взрывали петарды.
Сейчас же лавочки на бульваре были абсолютно пусты. Недавнее присутствие будущих педагогов подтверждали лишь горы шелухи от семечек и валявшиеся повсюду смятые пивные банки.
Яна немного расслабилась и спустила с поводка Шулку погулять.
Довольный песик, отскочив в сторонку, тут же скорчился в позе кенгуру секунд на десять, а потом стремительно умчался вдаль.
Еще не рассвело, и Яна почти тут же потеряла его из виду.
«Шулка, ко мне!» – негромко позвала она, волнуясь.
Но песика нигде не было видно. Яна расстроилась: «Как бы не убежал далеко, паршивец, – подумалось ей. – Там ведь гаражи, а около них всегда полно бездомных собак».
Она распереживалась всерьез. «Еще только собачьей драки не хватало с утра пораньше».
Невесело усмехнувшись, Яна пошла быстрым шагом вглубь бульвара.
Это было ее любимое место, здесь деревья каким-то чудесным образом были немного выгнуты все в одну сторону, словно кланялись кому-то. Современные ученые назвали бы это место «энергетический разлом».
Но Яне нравилось бывать здесь совсем по другой причине.
В жизни своей она была довольно одиноким человеком – шумные компании не привлекали ее, родители уже много лет уединились на даче за много километров от города, поэтому каждый раз проходя мимо кланяющихся деревьев, Яна как бы говорила им: «Ну, здравствуйте, мои милые, здравствуйте!» И вроде бы уже была не одна…
Вскоре в тусклом свете ночного фонаря она увидела своего любимца.
Песик что-то обнюхивал с большим интересом и изредка даже подрывал землю правой лапкой.
«А ну-ка, иди ко мне, поросенок этакий!» – тихонько шикнула на пса Яна.
Но Шулка даже ухом не повел. Напротив, он стал лихорадочно, теперь уже обеими передними лапками рыхлить землю.
«Ну, так я тебе сейчас настучу, как следует, по попе!» – Яна рванула сквозь редкий кустарник прямо к тому место, где орудовал Шулка.