Татьяна Парамонова – Место действия — город (страница 5)
***
Утром, когда поезд подъезжал к Московскому вокзалу, пассажир на верхней полке наконец зашевелился. Он ловко спустился и оказался мужчиной средних лет, скорее всего, командировочным. Посмотрев на Дашу, потом на Ксюшу, он снова остановил взгляд на Даше.
— Девонька, мой тебе совет: бросай ты этого… — не договорив, махнул рукой, надел куртку, подхватил рюкзак и вышел из купе.
— А я думала, он спал… — удивилась Ксюша. — Ладно, выходим! Тетя Шура, наверное, уже завтрак приготовила. Я всегда этим поездом приезжаю. Как же здорово, что ты согласилась поехать со мной, будет не скучно!
***
Многочисленная Ксюшина родня обитала в Москве. И только тетя Шура, единственная из всей семьи, жила в Санкт-Петербурге, в квартире, оставшейся после ее мужа, генерала.
Тетя Шура обожала, когда к ней приезжали гости из столицы, всегда зазывала своих племянников на каникулы, предоставляя просторные комнаты с высокими потолками и видом на канал. Взамен она требовала долгих вечерних разговоров за чаем, подробных рассказов о московской жизни и фотографий, распечатанных по старинке на глянцевой бумаге. Разговоры могли затягиваться допоздна, хотя тетя Шура, несмотря на пенсионный возраст, еще работала. Даша знала, что у нее необычная специальность — регистратор в загсе, или как там это называется.
Итак, вечера они будут проводить с тетей, зато в течение дня девушки могли заниматься чем хотели. Ксюша предупредила: зимой погода не балует, поэтому решено было каждый день ходить в музеи, а город она покажет подруге с помощью автобусных туров, их в Питере предостаточно.
Они выбрали обзорный ― по историческому центру с заездом в Петропавловскую крепость. А еще им понравилась экскурсия «Легенды и мифы Петербурга», и именно она оказалась первой, уже в день приезда.
Эрмитаж оставили на субботу, на самый конец каникул. Планировали зайти в главный музей надолго, чтобы не торопясь посмотреть все — от античности до Западной Европы.
***
— Ксю, ты, конечно, говорила, что будет холодно, но не до такой же степени! — Даша продрогла сразу: не помогали даже два свитера, надетые под куртку. Пронизывающий ветер не знал никаких преград и будто хотел проверить ее на прочность.
Ксения и сама замерзла: три раза обмотала длинный шарф вокруг поднятого воротника и втянула руки в рукава. Она проговорила еле слышным голосом:
— Даш, настолько холодно ни разу не было, я сама не ожидала! Вон наш автобус, пошли скорее!
В салоне оказалось сильно натоплено, но слушать гида они начали, только когда волны приятного тепла заставили их расстегнуться.
Медленно проплывал за окном суровый Санкт-Петербург. Даша смотрела на него с интересом, пытаясь разгадать. Уж очень не похож этот город на Москву. В легенды и мифы она не верила, но сочетание волшебных рассказов и исторических картинок на бледном, леденяще-морозном фоне обещало, что поездка будет особенной.
Но вот объявили остановку у Михайловского замка. Девушки, поплотнее запахнувшись, снова вышли на ледяной ветродуй. Они держались под руки, но, несмотря на это, им было еще холоднее, чем до автобуса. Даша почувствовала, как Ксения дрожит крупной дрожью, и этот озноб передался ей. Обе затряслись молча и синхронно, и им вдруг стало смешно. Они старались не расхохотаться прямо перед экскурсоводом, но продержались недолго и согнулись от смеха. Гид и остальные туристы недовольно посмотрели на девушек. Пришлось отойти в сторонку.
— Вот мы невоспитанные, а еще приехали в культурную столицу! — Ксения, отсмеявшись, направилась в сторону автобуса.
— Нет, я больше не вынесу, — Даша, подскакивая, чтобы согреться, двинулась за ней, — неприятный этот Питер, чего все сюда едут?
***
На следующее утро тоже намечалась экскурсия, и Даша заранее боялась выходить на улицу. Но город, который вчера так измучил ее, сегодня казался тихим и приветливым.
— Не понимаю, температура такая же, а мне совсем не холодно ― чудеса!
— Ты прошла проверку Питером, он тебя принял, — сказала таинственным голосом Ксения.
— Шутишь, просто влажность понизилась, — не поверила Даша.
Сегодняшняя поездка по городу была совсем другой. Девушки охотно выходили на остановках посмотреть на архитектуру и памятники. На Университетской набережной они увидели, как толпа китайских туристов, вывалившись из автобуса, набросилась на статуи сфинксов и стала тереть их своими перчатками.
«Наверное, на счастье, — подумала Даша и тоже погладила сфинкса, — пусть все как-то уладится!»
Следующая остановка — около Чижика-Пыжика. Даша удивилась, какой же он маленький; никогда не нашла бы этот памятник, если бы гуляла по городу сама. На то, чтобы осмотреться, им дали двадцать минут. Ксения предложила дойти до музея Фаберже. Рядом с ним оказался спуск с набережной к Фонтанке. В том самом месте, где набирали воду во время блокады…
Время пролетело незаметно, и они помчались назад, чтобы не отстать от своей экскурсии.
Тут Даша заметила еще одно отличие Питера от Москвы. Когда в столице она, стремительно обгоняя людей, мчится по своим делам, никто не обращает внимания. В Москве многие ходят очень быстро, зачастую и короткими перебежками. Но здесь их торопливость была воспринята совершенно иначе. Люди на улице расступались, чтобы пропустить девушек, не помешать их бегу; на лицах не было ни досады, ни недовольства. Скорее, читался вопрос: «Что-то случилось? Не нужна ли помощь?»
— Пойдем помедленнее, — Даша придержала Ксению за рукав, — опоздаем так опоздаем…
Ксюша тоже перевела дыхание:
— Да, смотри, уже близко! Не уехали, нас ждут!
Автобус тронулся. И снова Питер удивлял Дашу. Показавшийся сначала плоским, безжизненным и искусственным, теперь он смотрелся просторным и изысканным. Правильно заданная перспектива требовала, чтобы глаз снова и снова сравнивал дальнее и ближнее, разгадывал, как получилась эта сдержанная красота. Питер приручал, освобождал от лишней суеты и требовал внимания.
***
За неделю город поглотил Дашу, она и не вспоминала о Матвее. Он тоже не звонил, прислал лишь пару сообщений. И чем ближе был конец каникул, тем понятнее становилось: ехать к Матвею она не хочет. Но что ей делать? Нельзя же написать: «Собери свои вещи и пока! Ключ оставь на крючке в прихожей». Или можно?
Подруги вечером возвращались после очередной прогулки. Назавтра остался только Эрмитаж. Но когда они пришли домой, оказалось, что Эрмитаж отменяется. Тетя Шура подготовила им сюрприз.
— Завтра весь день вы будете работать со мной! — объявила она гордо. — Отказаться не получится, я отпустила помощницу, у нее семейные обстоятельства.
— Документы заполнять, в папки подшивать? — пробурчала недовольная Ксения. — У нас же каникулы!
— Как же! Доверю я вам документы! — тетя Шура выпрямилась, посмотрелась в высокое зеркало в старинной деревянной раме и обернулась к девочкам. — Показывайте, что у вас есть нарядного на завтра!
Ксюша расстегнула молнию небольшого чемодана на колесиках и извлекла из него нечто мягкое кашемировое, лилового цвета:
— Ну хоть платье пригодится, я вообще-то в Мариинку его хотела надеть, думала, может, достанем билеты…
— Подойдет, я тебе для завершения образа брошку свою дам, с камеей, — одобрила тетя Шура и перевела взгляд на Дашу. — А у тебя?
— А у меня — ничего. Джинсы, два свитера, три футболки. Я, пожалуй, лучше завтра в Эрмитаж.
— Не переживай, Дашенька, сейчас мы что-нибудь придумаем, — тетя Шура открыла большой платяной шкаф и, немного покопавшись в нем, достала темно-зеленое платье с люрексом. — Оно мне тесновато, а тебе подойдет!
— У Дашки сорок второй размер, а это на пятидесятый тянет, — засмеялась Ксюша.
— А мы его в плечах прихватим, — не унывала тетушка. Ловко сверкнув иголкой и быстро вывернув платье наизнанку, она сделала несколько стежков и перекусила нитку. — Примерь!
Даша уже не сопротивлялась. Она легко проскользнула в платье и подошла к зеркалу. Длина чуть ниже колена вполне хороша, пройма тоже села как надо, но из-за лишней ширины платье казалось старомодным и чужим.
— А зачем мне вообще наряжаться? Белый свитер и джинсы… В Москве так можно и в загс пойти, в наше-то время!
Но тетю Шуру было не остановить. Она снова взялась за иголку, на этот раз подключив и девчонок. На спинке совместными усилиями сделали несколько рядов защипов от плеча до лопаток. Потом тетя Шура нашла черный сутаж и ловко замаскировала им все швы. Платье село точно по фигуре. Ксюша больше не смеялась, а восхищенно смотрела на подругу.
— Теперь туфли, — из коробок тетя доставала модели: новые и не очень ― и показывала их девочкам. Те отрицательно качали головами.
Наконец, одни лодочки без каблука приглянулись Ксюше, и размер тоже подошел. А Даше не нравилось ничего:
— Нет, туфли я уже не вынесу, да и велики они мне все, — остановила она тетю Шуру, продолжавшую рыться в коробках. — А знаете что, давайте я завтра надену свои обычные ботинки.
Ксюша поддержала:
— Класс, белые походные челси к вечернему платью! Теть Шур, твой наряд заиграет новыми красками!
***
Только войдя в старинное здание, Даша поняла, что это не какой-то загс, а настоящий Дворец бракосочетаний. Она никогда не была в таком. Ей хотелось рассматривать скульптуры, лепнину, люстры и даже паркет, но тетя Шура торопила: настало время ввести девушек в курс дела.