Татьяна Панина – Время снимать маски (страница 29)

– Бланко? – шериф усмехнулся. – Появись он в городе, я бы узнал об этом первым!

Шутер испытывал злость на человека, так неожиданно вторгшегося в его дела, и раздражение от одной только мысли о том, что мог наворотить этот глупец. Стоя за спиной Прайса, он многозначительно покачал головой, призывая посетителя не распространяться на запретную тему. Но тот продолжил с довольным видом, как будто разговор доставлял ему удовольствие:

– Ходят слухи, что он обитает в этих краях. Редкий охотник пройдет мимо такого куша, тем более Генри.

Потом снял шляпу, отряхнул поля и произнес издевательским тоном:

– А вы уверены, господин шериф, что его здесь нет? Ведь он невидимка, легенда, витающая в воздухе. Стоит совершить какое-нибудь маленькое дело, всего лишь одно слово – и он тут как тут. Скажете – я не прав? – и он снова уставился на Шутера.

– Что за чушь? Разве развешивал бы я эти дурацкие бумажки, если бы имел дело с ним? Будь моя воля, заплатил бы ему втройне, чтобы только побыстрее повязать галстук проклятому монаху! Легенда!.. И как ты мог спутать его с Шутером? – он оглянулся за спину, туда, где стоял помощник. – Этот… стрелок и Генри Бланко. Два совершенно разных человека!

Глаза незнакомца заблестели. Он словно смеялся про себя над глупостью шерифа, при этом ни одна мышца на его лице не дрогнула. Шутер сверлил его ненавидящим взглядом.

– Знаете ли, сэр, ганфайтера всегда выдает своеобразная манера носить оружие. К тому же, как мы знаем, Бланко вечно ошивается рядом с шерифами и вытряхивает из них деньги. Но я обознался и, признаюсь, даже слегка разочарован.

– Тогда поторопись и найди его первым! – Прайс подтолкнул к нему плакат. – Если управишься за три дня, удвою сумму.

– Он действительно такой страшный?

– Алькон вор и убийца! – вскинулся представитель закона. – От его руки пострадало множество человек, некоторых уже нет в живых. Он наглый, как черт, и хитрый, как лиса!

– Мне нравится, – подвёл черту посетитель и свернул бумагу, чтобы убрать в карман. – Готовьте деньги, сэр. Время пошло.

Он коснулся шляпы и вышел за дверь. Прайс повернулся, и взгляд его упал на оружейный пояс Шутера, высоко посаженный слева и опущенный справа, на рукоятку револьвера, торчащую из кобуры чуть выше запястья. Ему и в голову не приходило, насколько опасен может быть этот человек.

– Так ты тоже из них?

– Решили записать меня в ряды убийц только по тому, как я ношу оружие?

Прайс прикусил язык, а стрелок развернулся, чтобы уйти.

– Да, – он оглянулся у порога. – Вы как шериф должны знать. Я слышал, будто в окрестностях объявились призраки Оуксвилла. Честно говоря, полный бред. Однако, со слов некоего очевидца, у них все же есть руки и ноги, и жажда мести. Собственно, это все, что я хотел сказать.

Представитель закона побледнел, рот приоткрылся, но с губ не сорвалось ни единого звука. Шутер окинул его внимательным взглядом, нахмурился и, не добавив больше ни слова, покинул помещение. Едва оно опустело, с языка шерифа сорвалась единственная фраза:

– Призраков не существует.

Правда ли? Шериф вздрогнул. Ему вдруг показалось, что в окне промелькнул чей-то силуэт.

Шутер прошел по главной улице, добрался до ранчо, постоял на крыльце. Странное предчувствие сковывало сердце, словно он прикоснулся к чему-то страшному. События последних дней вызывали в нем мучительное чувство – смесь вины, горечи и желания отомстить всем и вся. Несколько раз он готов был раскрыться, но что-то останавливало. Он по-прежнему надеялся на скорый приезд губернатора. Единственный вопрос вертелся в голове: и где только черти носят этого старика? Горожане не верили, что высокий гость соизволит посетить их городок. Как сказал однажды Раймон, они уже пытались добиться приезда, но безуспешно. Однако у Шутера были свои соображения, и он твердо знал, что в скором времени это случится.

В доме было спокойно. Уже на пороге ощущался уют – цветы в вазе, стол, покрытый светлой скатертью. Сказывалось присутствие заботливых женских рук. Иногда Шутеру казалось, что жилище, которое он считал просто временной крышей над головой, постепенно становилось чем-то родным и приятным. Несмотря на это, ему не удавалось в полной мере насладиться такими переменами, потому что изо дня в день в его душе свирепствовала буря, сметающая все на своем пути.

Он подошел к камину в своей комнате и опёрся на него рукой. Усталость и тревога накатывали все сильнее. Что если губернатор и вправду не приедет? Вдруг наемники всё-таки успели до него добраться? Эти мысли не давали покоя.

– Не ввязывайся в это дело, парень, – произнес он в тишине. – Если ты здесь из любопытства, то лучше исчезни.

– Я скучал по нашим беседам, – послышалось из угла с издевкой. – Несмотря на то, что неделю не мог встать после последней встречи.

Возле окна, развалившись на стуле и закинув ногу на ногу, сидел все тот же человек. Черная шляпа лежала рядом на столе, а на поясе красовался револьвер.

– Меня всегда бесило твое упрямство, – Шутер даже не повернулся.

На лице гостя растянулась довольная улыбка. Некоторое время они молчали, слушая, как в соседней комнате хозяйничает Молли. Мужчина разглядывал Шутера, покачивая сапогом, и, наконец, не выдержал.

– И все же мне интересно.

Тот глянул на него исподлобья и сказал, не скрывая злости:

– Уходи или я вышвырну тебя сам!

– Сколько ты здесь живёшь – неделю, месяц? И они до сих пор не знают, с кем имеют дело?

Шутер был уверен, что незваного гостя забавляет вся эта ситуация, но еще больше ему хочется понять, в чем тут дело. Потому он и пришел сюда. Кто, как не давний знакомый, приоткроет ему завесу тайны? А уж если известный охотник за головами скрывает свое имя, тут явно происходит что-то странное.

– Ты сегодня не очень-то разговорчив, – гость встал, взял шляпу. – Знаешь, Генри, ты как был дураком, так и остался.

Он сел на подоконник, чтобы выпрыгнуть наружу, но задержался.

– Захочешь пообщаться – найдешь меня в таверне. Вдвоем мы быстрее бы поймали вашу испанскую птичку.

– Тут тебе ничего не светит, Джей Купер!

– Та-ак, – протянул тот, снова встал на ноги и закрыл окно. – Убеди меня! Можешь даже слегка побить, но я не уйду, пока не узнаю все.

И он замер, скрестив руки на груди и не принимая отказа. Шутер медленно развернулся и вытащил оружие.

– Иди к черту, – рука вытянулась, направив дуло револьвера точно в лоб собеседника.

– Ну! – тот и глазом не моргнул. – Скажи, что ты изменился.

Шутер промолчал и не спеша взвел курок.

– Ты что-то знаешь про Алькона, – упрямо произнес Купер. – И это только твое дело, верно?

– Я скажу тебе, кто это, но только для того, чтобы ты убрался.

С минуту они стояли, сосредоточенно изучая друг друга. Потом револьвер опустился и Шутер сделал шаг в сторону. Дверцы шкафа распахнулись. А когда стрелок бросил на стол рясу, платок и кнут, гость не смог сдержать удивления.

– Монах-убийца?! А шериф ваш тот ещё брехун!..

– Теперь ты знаешь, – мрачно произнес Шутер. – В этом городе тебе делать нечего. Так что забирай вещички и уматывай.

Глава 31. А в глазах – смерть

Наступил вечер. Стрелок сидел у окна и следил за дорогой. Это уже вошло в привычку. Он надеялся увидеть отряд губернатора или хоть кого-нибудь, несущего добрые вести. Но надежды его не оправдывались, и он понимал, что сидеть на месте бессмысленно. Накинув пончо и вооружившись, Шутер вышел на крыльцо и сделал глубокий вдох. Прохладный воздух ворвался в лёгкие и освежил голову.

По дороге на ранчо шла Молли со свертком в руках. Когда она поднялась на ступеньки, ее и без того бледное лицо ещё больше побелело, и женщина почти лишилась чувств. Вовремя подоспевший стрелок аккуратно усадил ее на стул и взял в свои руки теплый шевелящийся свёрток.

– Она умерла, не выдержала, – спрятав лицо в складках юбки, Молли залилась слезами.

– Кто, bonita?

Женщина подняла заплаканные глаза. В это время на крыльце появился Бенито и по одному ее виду все понял.

– Бедная миссис Фрай! – в голосе прозвучала горечь, а потом кулаки старика сжались: – Гореть в аду проклятому убийце!

И тогда Шутер начал понимать. Ведь Билли однажды говорил ему. Значит, этот ребенок…

– Малышка Сью! – он словно ослеп от своих мыслей. – А Сандерс…

– Арестован шерифом! – закончил Бенито. – Вот уже несколько дней, как он в тюрьме. Единственный врач во всей округе!

Лицо Шутера потемнело, на скулах заиграли желваки. Он посмотрел на ребенка, потом на женщину. И в нем закипел гнев. Да какое шерифу дело до простых людей! Разве может думать о ком-то, кроме себя, этот отвратительный, жестокий и алчный человек? Сколько еще невинных жизней он погубит, прежде чем в город прибудет губернатор? Силой, только силой можно было остановить его злодейства. Других вариантов просто нет. А значит пришло время вновь облачиться в рясу. Пока не пришли солдаты, пока ещё есть возможность.

В наступивших сумерках, сливаясь с потемневшими стенами городских построек, Шутер аккуратно подобрался к дому шерифа. Мрачный взгляд из-под капюшона пробежался по фасаду и остановился на двери. Заколоченные досками окна первого этажа позволили монаху беспрепятственно преодолеть расстояние до нее, оставшись незамеченным, и разведать обстановку.

Входная дверь была заперта. Шутер прислушался – внутри тихо. Уже взявшись за ручку, чтобы разобраться с первой преградой, казавшейся слишком легкой, он услышал приближающиеся шаги на дороге. Отступив к кустам, он скрылся от посторонних глаз и замер, наблюдая за происходящим.