Татьяна Озерова – Обнаженная для генерала (страница 6)
Моё сердце молчало.
Единственный раз, когда оно забилось чаще, было завершение танца с герцогом Вероном.
Наш танец завершился, и герцог, худощавый и подтянутый блондин, не выныривая взглядом из моего декольте, повёл меня к столику с напитками.
В этот момент я почему-то бросила взгляд в сторону балкона. Там стоял генерал Рэналф и неотрывно смотрел прямо на меня.
Глава 7. Бал
Я поспешно отвела глаза от балкона, где возвышался генерал Рэналф.
Сердце застучало где-то в горле, сбивая дыхание. Жар мгновенно разлился по щекам, по шее, спустился ниже, под кружева корсета.
— Не нравится лимонад, леди Кальер? — учтивый, бархатный голос герцога Верона вернул меня в зал.
Я заставила себя поднять на него взгляд.
Герцог Верон держал в длинных пальцах два бокала, протягивая один мне, и его светлые, почти бесцветные глаза внимательно изучали моё лицо, будто пытаясь расшифровать причину моего внезапного смятения.
Взгляд его был… правильным, подчёркнуто уважительным, но при этом невероятно плотным, физическим. Он скользнул им по моим губам, задержался на линии декольте, на открытых плечах — медленный, тягучий, словно прикосновение, от которого сразу захотелось прикрыться.
— Благодарю вас, — я приняла бокал, почувствовав, как холодное стекло обжигает разгорячённые пальцы. — Просто задумалась.
— Вы сегодня затмеваете всех, — произнёс он, и его губы тронула лёгкая, светская улыбка, но глаза оставались оценивающими и расчётливыми. — Ваше платье… — снова взгляд в декольте и обратно в мои глаза, — удивительно оттеняет цвет ваших волос и... глаз.
Он сделал небольшой глоток, не отводя от меня взгляда, и мне стало неловко под этим пристальным, хоть и вежливым, разглядыванием.
Почувствовала себя экспонатом на аукционе — ценным, желанным, но вещью.
Не понимаю, почему он всё время смотрит на мою грудь.
Моё платье максимально закрыто, даже излишне, чем принято. Специально просила об этом модистку. Другие девушки намного откровеннее выставляют свои прелести. Почему так много мужских взглядов устремлено именно на меня?
— Вы слишком любезны, — пробормотала я, отводя взгляд к танцующим парам.
Старалась смотреть прямо, но боковым зрением всё равно цеплялась за высокий широкоплечий силуэт на балконе.
— Мне говорили, вы единственная наследница рода Кальер, — продолжил Верон, слегка склонив голову. — Ваши владения… виноградники в южных долинах, если не ошибаюсь? Прекрасные земли, требующие сильной руки.
Его слова были правильными, светски вежливыми, но за ними сквозил всё тот же расчёт. Меня оценивали — мою внешность, моё происхождение, моё состояние.
— Да, — потому что нужно было что-то ответить, сказала я, чувствуя, как голос становится чужим. — Требующие…
Я сделала глоток лимонада, и кисловатый вкус разлился во рту, возвращая меня в реальность.
Герцог продолжал говорить со мной — о погоде, о последних новостях при дворе, о музыке. Я кивала, произносила ничего не значащие фразы, а сама ловила себя на мысли — где он? Ушёл? Смотрит ещё?
И тут же ругала себя за это. Но всё же не выдержала — бросила быстрый взгляд на балкон.
Он всё ещё стоял там. Его поза была расслабленной, почти ленивой, но во всей его фигуре, в наклоне головы чувствовалась напряжённая, хищная собранность.
Теперь рядом с ним стоял ещё один мужчина. Высокий, темноволосый, с такой же властной осанкой, но одетый в парадные одежды королевских цветов.
Генерал Рэналф говорил с королём Дамианом. Король говорил, а Рэналф слушал, слегка склонив голову, выражение его было мрачным и сосредоточенным.
Так похожи… Два брата. Одинаковая сила, исходившая от них, ощущалась физически. Два самых могущественных мага королевства.
Договорив с братом, король ушёл.
Герцог Верон пригласил на танец болтушку Изабеллу, а я оказалась в окружении других дебютанток. Подошла ближе и прислушалась. Девушки болтали о том, что король ушёл с бала, потому что у его дочери такой же сильный дар, как и у его супруги, королевы Леи. Поэтому её нет на балу, хотя она обычно балы воспитанниц гимназии, которой покровительствует, не пропускала.
По этой же причине король Дамиан не остался на балу и вернулся к семье.
— Генерал Рэналф ушёл… — обиженно и раздосадованно протянула Элоиза, — а я так надеялась, что он всё же будет сегодня танцевать.
— Он никогда ни с кем не танцует, — взмахнула веером Камилла.
— Зато иногда кого-то может прокатить на своём коне, — бросила быстрый взгляд в мою сторону Элоиза.
Я взяла со столика бокал с простой водой, призывая всё своё спокойствие. Началось. Ожидаемо.
— Да, я слышала эту странную историю рядом с пансионатом, — холодно вставила Беатрис, бросая оценивающий взгляд на меня.
— Ходят слухи, верно, — с очаровательной невинностью в распахнутых глазах протянула Камилла. — Неяра, милая, а это правда, что он нашёл тебя в лесу в одном… ну, в очень живописном виде?
Глава 8. Отражение
Изабелла ахнула, прикрыв рот рукой. Все взгляды устремились на меня.
Стало душно. К щекам бросился румянец. Но всё же я не собираюсь давать этим сплетницам больше поводов трепать языком.
— Правда в том, — произношу я спокойным, ясным голосом, — что генерал Рэналф проявил себя как настоящий дворянин и герой. Он предотвратил преступление и защитил подданную короны. Видеть в этом что-то дурное — значит оскорблять не только его, но и честь нашего короля, который доверяет брату безопасность страны.
Мои слова повисли в воздухе.
— Думаю, — улыбнулась я холодно, — никто из нас не хочет прослыть неблагодарным. Тем, кто порочит славное имя героя и сомневается в правильном выборе нашего короля.
Элоиза покраснела и отвела взгляд. Камилла побледнела, осознав, что перешла грань.
Беатрис поджала губы и тут же расплылась в улыбке — присела в реверансе перед пригласившим её на танец.
— Прости, Неяра, — пробормотала Элоиза, первая опомнившись. — Ты, конечно, права. Это было недостойно с нашей стороны.
— Мы просто… — попыталась начать Изабелла, когда пара от нас отошла.
— Мы просто почтили мужество генерала, — мягко, но твёрдо прервала её я. — И теперь поговорим о чём-то более достойном. Например, какое платье на баронессе Вермонт, неправда ли, изумительный фасон?
Беседу замяли. Потом я обратила внимание, как шепчутся девушки, поглядывая на меня. Но они тут же замолкали и любезно улыбались мне, заметив мой холодный взгляд. Никто больше в моём присутствии не позволял себе лишнего.
Бал подошёл к концу. Почти не помню, как мы добрались до здания гимназии.
Зато в отведённых мне комнатах, я их видела, будто заново.
Здесь было всё, как и положено титулу графини Кальер. Ничего лишнего, ничего кричащего — лишь спокойствие и достоинство, присущие древнему роду.
Сдержанная роскошь. Высокий потолок, украшенный лепниной. Паркетный пол, укрытый толстым ковром. Массивные резные двери, тяжелые бархатные портьеры. Функциональная и элегантная мебель из темного дерева.
В кабинете письменный стол с инкрустацией. В спальне — огромное зеркало в массивной раме, украшенной позолотой.
Мне были положены служанки, но я отпустила их. Не хотела никого видеть.
В ванну не хотелось. Взяла из комода очищающий артефакт — в потоках очищающей магии сразу стало легче. Люблю эту удобную во всех отношениях вещь. Вся кожа, волосы, одежда — идеально чистые. Причёска сохраняется, а одежда сразу разглаживается.
Чувствуя себя изумительно чистой, неспешно разделась. Даже улыбнулась, представив, что с одеждой снимаю с себя всё напряжение этого дня. Все чужие взгляды и услышанные разговоры.
Задержавшись перед зеркалом в одном нижнем белье и чулках, я невольно присмотрелась к своему отражению. Драгоценности я уже сняла. Шпильки и заколки тоже убрала, и теперь мои длинные густые волосы рассыпались по плечам мягкими рыжими волнами.
Я рассматривала свои ярко-рыжие волосы, обрамляющие лицо. Смотрела в отражение, себе прямо в глаза. Обычно ярко-голубые, сейчас, в полумраке, они казались глубокими сапфировыми колодцами.
В памяти всплыли взгляды мужчин, которые пялились на мою грудь. От этого воспоминания по коже пробежал неприятный холодок.
Но потом я вспомнила взгляд генерала Рэналфа. Он не был похож ни на один из тех, что я видела у других мужчин. Да, в нём было желание, но без следа похоти или оценки. Скорее задумчивость или размышление.
Странное выражение, которое я никак не могла разгадать.
Хотя нет, это странное выражение у него появилось после вихря. До этого…
Я покраснела от воспоминания, как он трогал мою грудь. После того, как разорвал платье и исцелил порезы от разрушенного мной артефакта.