Татьяна Окоменюк – Иллюзия свободы (страница 5)

– Денис рассказывал, что этот фрик за одну ночь перекрасил стены своей комнаты в темно-бордовый цвет. Теперь прикидывает, как бы трансформировать мебель мажорных тонов во что-то готическое, – вздохнула Настя с досадой. – Представляешь?

– С трудом, – отхлебнула из бокала Альбина. – Я свою за подобное порвала бы, как Тузик грелку. Ладно, папаша весь в работе, но Катька-то его куда смотрит? Она же целый день дома сидит!

– Потому и сидит, что малахольная. Говорят, что она в юности серьезную хворь перенесла и, в отличие от гиперактивной маман, ей все – по барабану.

Алька подлила в бокалы шампанского, принесла из кухни поднос с нарезкой, но мысли Насти были далеки от праздничного стола.

– Не пойму, чем Катерина его держат… – поддела она вилкой розовую пластинку балыка. – Разве я хуже нее?

– Разница, между женой и любовницей, как между мылом и духами. Духи – это роскошь, а без мыла и дня не обойдешься.

– А если мыло хозяйственное? Без запаха, цвета и упаковки? Обмылок, короче. Тогда что?

– Да что угодно. Может, она больна по-женски и позволяет ему «справлять нужду» на стороне. Возможно, у нее темперамент нулевой, и Катька рада, что муж ее не трогает. Не исключаю, что Дэн твой – банальный ходок, а она – Пенелопа. Или мазохистка. Или просто дура. Ей говорят: «Он гуляет!», а она в ответ: «Пусть гуляет, он тепло одет». Не удивлюсь, если мадам Смирнова в курсе ваших шашней и ждет, пока супруг перебесится.

Настя угрюмо сопела, покручивая по часовой стрелке свою тарелку. Девушка понимала, что Альбина права, но ничего не могла с собой поделать. В сравнении с подругой, которая была старше нее и крепко держала в руках мужа, дочь и зятя, она чувствовала себя неразумной девчонкой.

Еще пять лет назад они вместе работали в городской службе психологической помощи «Телефон доверия», зарабатывая там жалкие гроши. И если Настя, смирилась с положением вещей, то Алька противопоставила обстоятельствам свой железный характер. Она постоянно совершенствовалась: читала специальную литературу, встречалась с коллегами, занималась собственными исследованиями. И когда грянул гром и «Телефон доверия» приказал долго жить, частный Психологический центр «Душа и разум» именно ее пригласил вести тренинг «Финансовый кризис – время новых возможностей». Предприниматели с готовностью выкладывали по десять тысяч рублей за пяток занятий. Следом пришел черед уволенных и разорившихся. Эти, наскребя по сусекам «умеренную плату», под руководством Альбины Сергеевны учились управлять собой, подмечать неочевидное, вникать в суть проблем, находить правильное решение.

Курс «Для тех, кто потерял работу, но не потерял надежду» принес Центру хороший доход и позволил Альке заняться частной практикой. Год спустя у нее уже были собственные тренинговые программы и своя клиентская база. Появилась возможность не экономить. Она купила дочке с зятем отдельную квартиру, арендовала помещение под офис, где и вела душеспасительные беседы с клиентами в удобное для себя время.

– Недавно у меня на приеме одна ссыкушка восемнадцатилетняя была, – вдохнула Альбина запах хвои. – Конечности пыталась на себя наложить, еле откачали. Причина уморительна – папик бросил. Свозил ее на прощание в Венецию, попользовал там под песни гондольеров, а по возвращении сделал ручкой. Девка вся – в депресняке, никак в толк не возьмет, почему отставку получила. «Как же так? – ревет. – Он ведь потратил на меня столько времени, подарки дорогие делал, в лучших ресторанах кормил… Разве это не гарантия серьезных намерений?».

Потеря патрона стала для барышни стихийным бедствием, которое смело на своем пути все: учебу в вузе, друзей, интерес к жизни. Отсюда вывод: нельзя зацикливаться на мужике, подстраиваться под его интересы и требования. Нужно иметь собственные. Тогда с уходом очередного возлюбленного жизнь не останавливается и не теряет своего смысла.

Настя нахохлилась. История несчастной девчонки напоминала ей ее собственную, с той лишь разницей, что у той впереди была еще уйма попыток…

– А почему он ее бросил? – произнесла она едва слышно.

– Так жена папикова проявила такую недюжинную выдержку, на которую лично я просто не способна. Ты будешь смеяться, но женщина эта тоже оказалась моей клиенткой.

В глазах Анастасии вспыхнули огоньки любопытства.

– Так вот, была она у меня на приеме месяца два назад. Симпатичная интеллигентная дама моих лет. Рассказала, что случайно вернулась из командировки ночью, вместо заявленного мужу утра следующего дня. Войдя в квартиру, обнаружила его спящим в обнимку с какой-то юной девицей. Отойдя от шока, тихо закрыла дверь и ушла. Ночь просидела на вокзале. А в одиннадцать утра супруг встретил ее, «сошедшую на перрон с прибывшего поезда».

Целью ее визита ко мне было возвращение загулявшего козла в семейное стойло. Судя по результату, моя программа сработала.

Спустя неделю я обзвонила своих сорокалетних приятельниц с вопросом: «Что бы в подобной ситуации сделала ты?» Не сомневалась, что услышу коллективное: «Выгнала бы к чертовой матери!», но практически все отвергли вариант развода. Тетки бальзаковского возраста дружно проголосовали за параллельную половую жизнь. Типа, у вас – своя свадьба, у нас – своя.

Выяснилось, что никто не хочет делить имущество и жилье, объясняться с детьми, родителями, знакомыми. А еще жены не желают доставлять удовольствие любовницам, которые как раз и добиваются развода.

Нет, они не запьют обиду стаканом холодной воды. Респондентки признались, что прикинутся «кисками», чтобы расшатать внебрачные отношения мужа. Тем временем выстроят плацдарм для отступления: подготовят общественное мнение и материальную базу, продумают жилищный вопрос, найдут предателю замену и САМИ подадут на развод. Времена, когда обманутая жена хватала под мышку ребенка и отправлялась выплакивать обиду к родителям, канули в Лету. На дворе – век прагматизма.

– Ты хочешь сказать, что мое положение безнадежно? – голос Насти был тихим и жалобным.

Алька подсела к подруге, обняла ее за плечи.

– Зайка моя, сделать из любовника мужа так же трудно, как из мужа любовника. Если последний не уходит из семьи в первый год, он не сделает этого никогда. Его устраивает налаженный быт, распланированная жизнь, вкусная еда, чистые рубашки, регулярное общение с любимым чадом, репутация хорошего семьянина… И при всем при этом, как бонус, – горячий экстрим на стороне в необходимых ему дозах.

– И что, по-твоему, я должна предпринять?

– Перестать строить замок из песка – все равно завалится.

– Сейчас я у тебя на приеме, да? – пьяно хихикнула Настя. – Типа, шизофренички?

– Типа, да, – согласилась женщина. – Шизофреники – это те, кто строит песочные замки. Параноики – те, кто в них живет. А психологи – люди, выдающие разрешение на строительство и получающие за проживание арендную плату.

И подруги снова расхохотались.

– Все, Аль, завязываю, – решительно произнесла Настя. – Не могу больше встречать праздники одна. Устала быть привязанной к мобильнику, жить в режиме постоянного ожидания и унизительных обломов. Клянусь!

– Суждены нам благие порывы, Совершить ничего не дано, – махнула рукой Альбина, уже не единожды слышавшая эту песню. – У тебя, дорогая, сила есть, воля имеется, а силы воли нет и в помине.

– Зуб даю… Нет, два! Передних, – прильнула девушка к подруге. – На этот раз мое слово железобе…

Закончить фразу она не успела – раздался рингтон ее мобильника:

Женское счастье —

Был бы милый рядом,

Ну, а больше ничего не на-а-до!

– Зашевелился голубь, – процедила Алька сквозь зубы. – Наделает на башку, а потом растирает, типа, не дерьмо это, а халва.

Комментария подруги Настя не услышала. Выхватив из сумочки смартфон, она выскочила на лоджию. Плотно прикрыв за собой дверь, минут пять внимала байкам Смирнова. Альбина видела через окно, как та после каждой реплики любовника утвердительно кивает головой.

– Обаял девку до полного оргазма, – сплюнула женщина от досады. – Хрен она из его лап вырвется.

Вскоре Настя вбежала в комнату, стуча от холода зубами и сияя, как мигалка мусоровоза.

– Аль… Ну, Аль,.. – протянула она виновато. – Не сердись, лады?

Альбина недовольно засопела.

– Ну, погорячилась я с передними зубами… Мое ведь слово? Хочу – даю, хочу – забираю обратно. В конце концов, женатый любовник – лучше, чем одиночество. Сама ведь говорила, что любовь снимает стресс, сжигает вес, качает пресс…

– И что твой «тренажер» пообещал на этот раз?

Девушка загадочно улыбнулась, наливая в бокал новую порцию «горючего».

– Рождество мы будем отмечать вместе на базе отдыха «Зимняя сказка»! Полторы недели вдвоем, представляешь? Без Викуси, без сотрудников, без мобильника!

– Эх, Настька, – покачала головой Альбина, – не баба ты, а пудель на поводке, которого можно приструнить, дернув за ошейник, а можно ослабить натяжение, создавая иллюзию свободы. В этот момент ты порхаешь, как бабочка, врешь себе, что владеешь ситуацией, но приходит хозяин, командует: «К ноге!», и ты привычно встаешь на задние лапки.

Барышня помрачнела и, надувшись, уставилась в телевизор. Тот сыпал поздравлениями, избитыми шутками, старыми анекдотами. Разнокалиберные звезды и звездочки кривлялись, бросали друг в друга рулончики серпантина, жеманно растягивали губы в резиновых улыбках, демонстрируя зрителям дорогую металлокерамику цвета унитаза.