Татьяна Никифорова – Дара-Дарина (страница 11)
Илван с восхищением смотрел на чудо-повара - таких искусно зажаренных птиц не подавали даже к столу его родителей. Он воздал должное кулинарному мастерству дракона и вместе с Санриком съел по одной птице, в то время как сам дракон лихо управился с остальными птицами, даже не оставив от них косточек. Дракон, покончив с обедом, сладко зевнул и залез на свое ложе, намереваясь немного поспать, но тут в пещеру вползла саламандра. Следом за ней шли три огромных мохнатых красно-бурых паука.
Илван, с детства боявшийся пауков, при их виде вскрикнул и побледнел.
Санрик с удивлением глянул на него, но ничего не сказал.
Пауки остановились, и их маленькие глазки уставились на человека. Они никогда прежде не видели людей и теперь с интересом рассматривали Илвана.
Дракон понял, что спать ему не придется, протяжно зевнул и сказал паукам:
- Я позвал соткать для человека кожу саламандры.
Один из пауков пошел в направлении Илвана, и того охватила паника.
- Он что, идет снимать с меня мерку? - заикаясь от страха, побелевшими губами пролепетал царевич.
Санрик хихикнул. Дед строго посмотрел на внука и тот быстро ретировался в глубину пещеры.
Паук с невозмутимым видом прошел мимо окаменевшего от страха человека, поднял нитки с пола и вместе другими пауками-ткачами приступил к работе. Пауки, ловко перебирая нити мохнатыми лапами, прямо на глазах начавшего приходить в себя Илвана стали превращать их в полотно. Через минуту Илван уже с восхищением наблюдал за четкими движениями насекомых. Мохноногие ткачи больше не внушали ему прежнего ужаса.
Санрик приблизился к Илвану и, чтобы загладить свою бестактность, спросил:
- Здорово?
- Здорово! - не отрывая глаз от мелькавших паучьих лап, признался царевич. - Наши мастера так быстро не умеют работать!
Пауки закончили работу и отступили назад. Дракон слез с ложа, подошел к полотну и внимательно осмотрел его со всех сторон. Вдруг он заметил, что ткачи не закончили последний ряд полотна и помрачнел.
"Если так оставить то нить в самый неподходящий момент может размотаться и ..." - с ужасом подумал дракон. Но нет! О том, что может случиться потом, он не захотел думать и, решительно повернувшись к ожидавшей приказаний саламандре, велел:
- Живо принеси из тайника одну нить!
Саламандра не сдвинулась с места.
Дракон с гневом посмотрел на ослушницу, поднял хвост, чтобы наказать ее, но вовремя спохватился - слуги не имели права прикасаться к реликвиям его рода.
Дракон вышел из пещеры, сердито бормоча что-то себе под нос, но вскоре вернулся, держа в пасти белоснежную нить. Находившиеся в пещере саламандры и пауки опустили глаза. Они знали, как благоговейно относились драконы к своим реликвиям и как тщательно скрывали их ото всех.
Илван с удивлением смотрел на нить, которая, если верить рассказу нынешнего ее владельца, не сгорела, а под действием огня из грязной превратилась в белоснежную. Санрик дернул Илвана за рукав, и тот, поняв свою оплошность, опустил глаза. Дракон положил нить радом с незаконченным полотном, аккуратно расправил ее и велел паукам завершить работу. Пауки доделали полотно и в сопровождении саламандры чинно покинули пещеру.
Дракон нажал когтем на выступающий над ложем камень и, когда оно сдвинулось с места, быстро скрылся в уже знакомом нам темном ходу.
Санрик и Илван переглянулись, не зная, следовать ли им за ним или оставаться на месте? Пока они топтались на месте, из темного хода высунулась радостная морда дракона: в пасти он держал небольшой камень. Дракон подождал, когда ложе встало на место, положил на него камень и довольным голосом сказал:
- Еле отыскал! Думал, что уже не найду его!
- Дед, в пещере и так полно камней! Зачем ты принес еще один? - удивился Санрик.
- О! Это не простой камень! - таинственно произнес старый дракон. - Я обещал гостю рассказать его историю, да и тебе тоже пора узнать ее. Этот камень принес мой прадед с острова Ведьм, а его жена по незнанию забросила камень в угол пещеры. В то время им прислуживали обыкновенные черные саламандры, но у одной из них обнаружилась странная привычка тереться головой о камни. Прабабка на нее за это сердилась, но саламандр на острове было мало, и ей это чудачество прощали. Вскоре на голове чудачки появились необычные оранжевые пятна и, по прошествии какого-то времени, такие же пятна появились у нее и на спине. Постепенно пятна слились в полосы. Прабабке понравился необычный вид чудачки, и она сделалась ее любимицей. Однажды к прадеду в гости прилетел старший брат с сыном, отчаянным шалуном. На острове водилось много дичи, и прадед, чтобы угостить прилетевших вкусным обедом, решил устроить совместную с ними охоту на птиц. Изрыгая пламя, они соревновались друг с другом в меткости попадания, а саламандры подбирали и относили опаленных птиц в пещеру. В тот день многие сборщицы получили ожоги, но пятнистую чудачку пламя не повредило. Прадед и гости, отдохнув после сытного обеда, решили полетать над островом, чтобы размяться. Молодой дракон увидел саламандр, собиравших на ужин выброшенную волнами на берег рыбу и из озорства решил распугать их. Он выпустил в их сторону сноп огня, и пламя угодило прямо в прабабушкину любимицу. Все ахнули, но пятнистая чудачка лишь взметнулась в пламени и продолжила сбор рыбы, как ни в чем не бывало.
Драконы вернулись в пещеру сильно озадаченные этим фактом, и прадед решил проверить свою догадку. Он развел в пещере костер, бросил туда несколько рыбин и велел саламандрам достать их оттуда. Прислужницы бросились исполнить приказание, но жар огня не позволил им даже приблизиться к рыбе. Тогда пестрая саламандра прыгнула в пламя и стала одну за другой выбрасывать ее наружу. Чудачка извивалась в огне, но он не причинял ей никакого вреда. Она достала всю рыбу и выпрыгнула из костра живая и невредимая. Драконы были поражены.
Слава об огненной саламандре быстро разнеслась среди драконов, и они стали прилетать на остров, чтобы увидеть ее собственными глазами. Вскоре эти визиты-смотрины прадеду изрядно надоели, и он объявил, что танцующая в огне саламандра неожиданно умерла. Мы, драконы, очень доверчивые, и поэтому ни у кого не возникло сомнения в правдивости этих слов. Визиты любопытных прекратились, а наш остров среди драконов стал называться островом Огненной саламандры.
Рассказчик перевел дыхание и продолжил рассказ.
- Прадед вскоре полетел навестить своих дальних родственников, а прабабушка, пользуясь его длительным отсутствием, по нескольку раз в день заставляла черных саламандр тереться головой о камень с заветного острова. И вот, наконец, наступил день, когда и у них на голове появились необычные пятна. Но странное дело, у одних саламандр пятна были ярко-оранжевые, а у других - огненно-желтые. Пятна переходили им на спину и сливались в полосы. В день возвращения мужа жена устроила ему настоящий сюрприз. Чтобы темнота и отблески огня скрыли пестроту сидящих у стены саламандр, она развела посередине пещеры большой костер. Ничего не подозревающий прадед, вкусно поев, отправился на теперь мое ложе отдохнуть, но жена остановила его.
"Подожди! Не уходи! У меня есть для тебя сюрприз! - загадочно произнесла она и попросила заинтригованного ее словами мужа: - Закрой глаза и не открывай до тех пор, пока я не разрешу".
Уставший с дороги прадед, неохотно подчинился, но когда жена разрешила ему открыть глаза, то увиденное так поразило его, что он чуть не потерял дар речи.
Рассказчик сделал небольшую паузу и посмотрел на подавшегося вперед Илвана и Санрика, жадно пожиравших его глазами.
- Ну, дед! Ты чего замолчал? - нетерпеливо воскликнул Санрик и толкнул Илвана кончиком хвоста, чтобы и тот поторопил его деда с рассказом.
Дракон не стал испытывать их терпение и воскликнул:
- Да! Моя прабабка знала, чем удивить мужа! Для него в пламени костра танцевали пестрые саламандры! Их гибкие тела извивались, и казалось, что пламя рождается прямо из них.
"О! Что я вижу! Танец огненных саламандр! - восторженно вскричал прадед. - Да! Отныне мы будем называть этот танец - танцем огненных саламандр!"
Когда костер потух, и танцоры уползли отдыхать, прабабушка рассказала мужу, как ей удалось этого добиться. Пораженный прадед велел спрятать чудесный камень в тайник, и с тех пор он там хранится вместе с пряжей ведьм, - закончил рассказ дракон.
В пещере воцарилась тишина. Илван и Санрик, находясь под впечатлением рассказа, долго не могли прийти в себя. Дракон с довольной физиономией переводил взгляд с внука на человека и обратно и ждал, когда они обретут способность разговаривать.
- И вы больше никогда не пользовались камнем? - наконец спросил Илван.
- Нет! А зачем? От этих саламандр стали рождаться дети с такими же пятнами на голове и полосами на спине, но самое главное - дети унаследовали способность родителей танцевать в огне. Со временем саламандры перемешались, и от них стали рождаться ящерицы с желто-оранжевыми отметинами. От такого смешения их кожа приобрела еще одно замечательное свойство, которое ты уже испытал на себе. Чешуйки с их кожи снимают любое воспаление и затягивают самые глубокие раны.
- А сделанное пауками полотно тоже имеет такие же чудесные свойства? - спросил Илван, решив называть сотканный пауками кусок полотном, потому что назвать его кожей у него не поворачивался язык.