Татьяна Мужицкая – Зоопарк в твоей голове 2.0. Еще 25 психологических синдромов, которые мешают нам жить (страница 9)

– Какие отношения ты желаешь создавать и каким вкладом хочешь в них быть?

Я вернусь к этой истории позже, у нее было продолжение.

Не беспокоит – не трогай

Бывает так, что «несчастная» подружка регулярно вклинивается в жизнь «успешной» и при этом обе довольны. Одно некорректное поведение соединяется с другим некорректным, и вместе они демонстрируют то, что называется в психологии комплементарным неврозом, и все у всех хорошо. Ну или так: им плохо, но это кажется приемлемым.

Какой смысл что-то менять, раз все работает и все довольны?

Но если хотя бы одна из сторон чувствует раздражение, опустошение и неудовлетворенность, значит, необходимо менять поведение, а скорее всего даже придется. Делать это будет, конечно, та сторона, которая осознает, что отношения строятся по-другому.

Перед тем, как сесть писать об этом синдроме, я решила потеребить свой близкий и не очень близкий круг общения и выяснить есть ли в их окружении «несчастные».

Сначала большинство опрошенных уверенно говорили, что ничего подобного в их отношениях нет: «Никаких “несчастных” подружек и друзей, да и откуда бы им взяться, Юля, мы нормальные так-то».

Но когда я задала вопросы, подсветившие саму суть отношений, тогда почти у каждого второго «несчастная подружка» нашлась.

Интересно было наблюдать, как те, кого я расспрашивала, вдруг осознавали, как на самом деле выглядят их коммуникации на работе и в личной жизни.

Внезапно находились подруги, друзья, коллеги, родственники, а у одной моей знакомой даже целая семейная пара, которую все время нужно было выручать, слушать нескончаемое нытье, вникать в проблемы – в общем, жертвовать своим временем и энергией регулярно. Односторонне, само собой.

Да, такое поведение не жестко бросается в глаза, это не синдром жертвы, где все глубоко и травматично. Синдром «несчастной подружки» – вполне себе бытовая история. Поэтому с ней мало кто разбирается, во всяком случае к психологу с этим ходят редко.

Но будьте уверены, все стороны, участвующие в процветании синдрома, постепенно лишают друг друга ресурса дружбы и возможности доверять не только конкретным людям, но и в принципе кому бы то ни было. Обиды, претензии и усталость разваливают близость.

И ладно, если это дружба, а если отношения завязаны на родстве или работе? Например, это мать и взрослый ребенок? Сестры, братья? Коллеги, партнеры по бизнесу или проекту? Как быть в этих случаях?

У меня есть клиентка, которая много лет находится в таких отношениях с мамой, причем «несчастная подружка» в данном случае именно мама.

По несколько раз на дню она своими звонками будоражит дочь по поводу и без.

«Мне плохо, у меня давление, у меня потек кран, сломался унитаз, заболела кошка, я забыла, где мои очки», – и так ежедневно в режиме нон-стоп. Дочь подрывалась с работы, прыгала в такси и летела решать мамины проблемы, половину из которых мама вполне могла решать сама, а для других случаев имелись номера телефонов сантехника, ветеринара и т. д.

О маме клиентки знала вся работа, все соседи, все «женихи», которые, к слову, куда-то испарялись после бесконечных звонков мамы в самые неподходящие моменты.

Однажды на сессии моя клиентка вдруг осознала, что она сама продолжает эту привычную игру и пока она из нее в одностороннем порядке не выйдет, будет оставаться одна, ну, с мамой, конечно, нереализованная в деятельности, не радующаяся жизни, не любящая ни себя, ни маму, ни мужчину, ни саму жизнь…

Слава богу, ей удалось остановиться и выйти из «ворот, по которым мама нещадно лупила, забывая яростно “голы”». Пришлось проявить настойчивость и терпение, но оно того стоило.

Дальше я расскажу, как это сделать, – технология и смысл одинаковы для всех случаев.

Если кто-то отыгрывает этот синдром в компании, то раздражения, внутренних конфликтов, игнора и сплетен не избежать – ведь где-то образовалась эмоциональная «запруда», которая не дает командной энергии течь в нужном темпе.

Помните такой анекдот?

– У нас есть в компании Вася Иванов, так вот он полный дурак.

– А с чего вы решили, что он дурак?

– Да ни черта не понимает, все у него ломается, теряется, постоянно приходится за него всем все переделывать.

– Да, похоже, не Вася дурак-то))

Мотыльки

Лет 10 назад на отдыхе я познакомилась с семейной парой – Машей и Костей. Я отдыхала с детьми, а ребята с другом.

– Ваня, друг семьи, – представили мне молодого человека. Ну как молодого, на тот момент ему было лет 35.

Так вот, этот Ваня постоянно попадал в какие-то истории, и Маша с Костей почти все время тратили на то, чтоб его из этих историй выковыривать. Он то терял ключи, то забывал что-то в такси, и Маша с мужем вызволяли забытое, пока Ваня пил кофе и заедал стресс булочками. Поскольку мы часто сидели за одним столом, Ванины истории я слушала регулярно.

Сначала думала, что Ваня тайно влюблен в Машу или она в него, а вероятно, и в Костю, или он в него, но нет, никаких признаков треугольника не было.

Наблюдая за Ваней, я поняла, что он на все 100 % вменяемый. Прекрасно считает деньги, – и свои, и чужие, – ориентируется быстрее всех в ресторанном меню и точно знает, где и как ему изобразить несчастного.

Иногда Маша присоединялась ко мне одна смотреть на берегу закат и тихонько жаловалась на усталость от этого всего. Однажды, слушая такую жалобу, я спросила, что называется, «в лоб»:

– Маша, а зачем вы с Костей столько времени занимаетесь Ваней?

– Да мы со школы дружим, Ванька талантливый, только бестолковый и совершенно не прагматичный. Не умеет жить.

«Я бы так не сказала», – подумала я.

Сколько таких Маш и Кость не знают, куда девать свою жизнь, какими смыслами ее наполнить, и «Вани» – прекрасное оправдание этому незнанию.

«Несчастная подружка» не появляется в жизни «успешной» просто так.

Она закрывает дыру, которая никак не наполняется любовью, ценностью и признанием себя. Мы можем быть «успешными» по всем пунктам, но, будучи по разным причинам не в состоянии «присвоить» свои достижения, подсознательно испытываем вину за победы и боимся расцветать.

На эту вину, как мотылек, летит такой несчастный Ваня или несчастная Надя, и успешные друзья или коллеги находят смысл в постоянной помощи и опеке, чувствуя собственную востребованность и нужность. Только осознание того, что на самом деле происходит, поможет повзрослеть и перенаправить энергию на свои личные задачи.

Я анализировала, почему сама оказывалась в подобных тандемах и понимала, что мой страх успеха связан со страхом одиночества, а отношения я рассматривала исключительно из зависимых стратегий.

Одиночество на вершине – вот чего боялась. И готова была поддерживать неадекватные отношения с «несчастными подружками», чтобы чувствовать, что кто-то от меня зависит, значит, я нужна, значит, я не одна. Со мной все хорошо. Я есть.

Иногда нужно прожить не один горестный эпизод, чтоб убедиться – эта конструкция построена на песке и развалится при первом же ветре.

Что и случилось в моей жизни.

44 несчастья

У меня была подружка, которую мой папа называл «44 несчастья». Так оно, собственно, и выглядело.

Лена плакала у нас на кухне, если что-то не клеилось в любовных делах, ночевала, когда ссорилась с родителями, несмотря на недовольство моих, и просто заваливала меня бесконечными жалобами и переживаниями.

Когда я вышла замуж и родила дочь, Лена перенесла свои боли в нашу семью и все продолжилось. Мой тогдашний муж считал, что Лена – бессовестный манипулятор и потребитель, но я его не слушала.

Пока не произошла одна ситуация.

– Ты можешь мою маму забрать с дачи? – однажды позвонила она. – Я сегодня без машины и у меня очень важная встреча по работе, решается судьба моего проекта.

– Так я тоже без машины, ты же знаешь, – пробубнила я. Мне совершенно не хотелось никуда ехать.

– У тебя полно друзей с машинами. Ну пожалуйста, Юлечка. Маме там стало нехорошо, и я за нее боюсь. Ты только привези, а я встречу закончу и сразу приеду, или брата попрошу после работы ей вещи с дачи поднять в квартиру.

Что тут скажешь. И хотя у меня тоже была вечером важная встреча, я сдалась… Приятель с машиной согласился помочь, и мы поехали.

Мама подружки, Елена Петровна чувствована себя прекрасно. Слава богу, конечно, но из-за обмана было неприятно. Я ведь согласилась только из-за этого, во всяком случае мне так казалось.

Нагрузив полный багажник всего дачного, мы поехали к ее дому, где нас должен был ждать Ленин брат, но не ждал.

– Елена Петровна, позвоните, пожалуйста, сыну или дочке, я опаздываю на встречу.

– Ну так пока они приедут, столько времени пройдет, ты ж меня не бросишь около подъезда? – Мама с надеждой посмотрела на нас.

Я нервничала, звонила подружке, ее встреча давно должна была закончиться, но она не отвечала. Приятель, конечно, согласился помочь занести и вызвать мне такси, чтоб я не опоздала.

Моя встреча была запланирована в кафе, и на нее я приехала злая, взмыленная и уставшая. Я прошла в зал и сразу увидела Лену. Она сидела за столиком в какой-то компании, весело хохотала и выглядела счастливой и беззаботной.

Плохо помню свое состояние в тот момент, но больше я с подругой не общалась ни разу. Это событие было, что называется, на выход.

Потом я долго переживала, плакала, злилась, и ненавидела себя за слабость и зависимость. Все стадии согласия с горем я тогда прошла. Заодно пересмотрела незрелые стратегии и признала, что не умею строить взрослые партнерские отношения ни с подругами, ни с мужчинами, ни с собой.