Татьяна Муравьева – Мифы Восточной Сибири (страница 26)
Так светила вернулись на небо, и в мире снова начали чередоваться темные ночи и светлые дни.
В мифологии многих народов есть сюжет об изначальной множественности солнц. В бурятском мифе рассказывается, что когда-то в небе сияло сразу семь солнц и от их жара на земле наступила страшная засуха. Искусный стрелок-лучник Эрхий-Мерген взялся сбить с неба все солнца, а в случае неудачи поклялся уйти жить под землю. Он сбил шесть светил, но по седьмому промахнулся. Исполняя данную клятву, Эрхий-Мерген превратился в степного сурка — тарбагана — и до сих пор живет в норе под землей.
В отличие от солнца и луны звезда Солбон (Венера) виделась бурятам в антропоморфном образе, ее представляли богатым коневодом, хозяином больших табунов, который разъезжает по небу с арканом в руках. Наряду с Солбоном почитался и его табунщик Тоглок.
Тоглок иногда спускается на землю. В одной быличке рассказывается, как бурят по имени Буру Тармаев повстречался с Тоглоком и тот похвалил его за то, что он хорошо ухаживает за своими конями. А заодно предсказал, что у другого бурята — бедняка, имеющего только одну пегую кобылу, — со временем будет целых три табуна. Это предсказание исполнилось: кобыла принесла много жеребят, и бедняк действительно разбогател.
Во время весеннего праздника, посвященного лошадям, прежде чем приступить к ритуальной трапезе, полагалось в качестве угощения для Солбона и его табунщика выплеснуть в небо чашу тарасуна[59] или вина, а в огонь бросить лучший кусок мяса.
Как и многие другие народы, буряты выделяли среди созвездий Большую Медведицу. Бурятское название этого созвездия — Долоон убгэд, то есть «Семь Старцев», — связано с историей о стариках, которые захотели стать бурханами, но вместо этого превратились в звезды.
В созвездии Ориона буряты видят трех оленей, которых преследует небесный стрелок Хохосо-мэргэн. Полярную звезду называют Алтан гадас («Золотой Кол») и считают вершиной оси, вокруг которой вращается небесный свод. Млечный Путь представлялся бурятам дорогой, по которой ходят небесные бурханы, или каплями молока, которое расплескала праматерь светлых тэнгриев Манзан Гурмэ.
Согласно традиционным воззрениям бурят, вся Вселенная населена различными божествами и духами. Главой всех небесных богов, тэнгриев, считался Хухэ Мунхэ-тэнгри. Тэнгрии[60], как уже отмечалось выше, подразделяются на светлых и темных, и между ними идет нескончаемая борьба.
Во главе светлых тэнгриев стоит Эсэгэ Малан-тэнгри, темных — Галта Улан-тэнгри.
Особое место среди тэнгриев занимает бог Заяши (Дзаячи, или Заягч), известный всем монгольским народам, иногда выступающий как верховное божество. Имя его происходит от понятия «заяан» — небесное волеизъявление, судьба. Он считается покровителем человечества, дарителем счастья, охранителем имущества и скота. Кроме того, термин заяши использовался по отношению к многочисленным духам-хранителям, приставленным к каждому человеку. Согласно народному поверью, человек может видеть своего заяши и общаться с ним.
Жил некогда один бедняк, едва сводил концы с концами и со временем так устал от нужды, что решил идти искать своего заяши, чтобы попросить у него лучшей доли.
Вот идет бедняк по дороге, а навстречу ему незнакомый человек, одетый еще беднее, чем он сам. Спрашивает встречный бедняка: «Далеко ли идешь?» Отвечает бедняк: «Иду искать своего заяши». Усмехнулся незнакомец и говорит: «Твой заяши — это я. Что тебе от меня понадобилось?» «Да вот, одолела меня нужда. Научи, как мне разбогатеть».
Подумал заяши и сказал: «Скоро один из твоих соседей будет колоть верблюда. Предложи ему свою помощь, а вместо платы попроси верблюжью шкуру. Набей ее сеном, взвали себе на плечи и носи туда-сюда».
«Олень» из цикла «Картинки бурятские религиозного и фантастического содержания».
Удивился бедняк, но сделал все, как велел заяши.
А тот тем временем отправился на небо к Бурхану[61]. Сидят они вместе, пьют чай, разговаривают, а заяши все вниз на землю посматривает. Наконец увидел бедняка с верблюжьей шкурой на плечах и говорит Бурхану: «Посмотрите, какой сильный человек — тащит на себе целого верблюда!» Посмотрел Бурхан. «Да, — говорит он, — сильный человек!»
А как известно, тот, на кого взглянет Бурхан, непременно разбогатеет. Такого человека так и называют — Бурхан хара, то есть «Бурхан увидел». Вот и стал вскоре наш бедняк богачом. Размножился его скот, в доме появился достаток. Только не стало ему с той поры покоя: надо о скоте заботиться, за работниками присматривать. И так ему это наконец надоело, что он решил: лучше быть бедным, чем богатым. Сел на коня и снова отправился искать своего заяши.
«Летучая мышь» из цикла «Картинки бурятские религиозного и фантастического содержания».
Встретились они на том же месте, что и в прошлый раз. Только теперь заяши, как и он сам, был в богатой одежде и сидел на хорошем коне.
Спрашивает заяши: «Зачем ты меня ищешь? Что тебе от меня опять нужно?» Отвечает бывший бедняк: «У богатого человека слишком много забот, в бедности жить легче. Научи, как опять стать бедным».
Говорит заяши: «Завтра утром, когда будешь выгонять овец на пастбище, обмакни кусок войлока в простоквашу и ударь им каждую овцу сзади».
Послушался человек, и, как только он это сделал, овцы превратились в диких козуль с белым пятном вокруг хвоста и убежали в лес. А весь остальной скот просто исчез. Стал человек снова бедняком.
Но, пожив какое-то время в бедности, он опять отправился искать заяши. Тот уже поджидал его на прежнем месте и был опять одет в обноски. Говорит ему человек: «Быть богатым все-таки лучше, чем бедным. Помоги мне опять разбогатеть!» Но заяши ответил: «Бурхан не дает богатство дважды. Ты сам отказался от своего счастья и больше меня не ищи!»
Сказав это, заяши развернулся и ушел, а бедняк до конца жизни так и оставался бедняком.
Светлые тэнгрии часто посылают на землю своих сыновей, чтобы они помогали людям. Так, Сахядай-нойон — бог небесного огня, покровитель домашнего очага — был отправлен на землю, чтобы защитить людей от холодов, ночных хищников и кровососущих насекомых, посланных злыми тэнгриями. Сахядай-нойон — прародитель многочисленных огненных духов, обитающих в каждом очаге.
Бог-громовержец Хухэдэй-мерген[62] (иначе Хохосо-мерген) — небесный стрелок, покровитель охотников и воинов — в некоторых мифах также выступает как сын небесного божества, а в некоторых — как земной человек, обычный охотник. В мифологической сказке рассказывается, что, состарившись, Хухэдэй-мерген покинул свой дом, отправился странствовать по свету и в конце концов оказался на небе. Небесные тэнгрии, наслышанные о Хухэдэй-мергене как о метком стрелке, подарили ему сундук с громовыми стрелами. Он остался на небе и с тех пор мечет стрелы в злых духов — чотгоров. Если стрела попадает в цель, она остается на земле и через три дня окаменевает, а если не попадает — возвращается на небо. У Хухэдэй-мергена есть жена и множество детей: сыновья олицетворяют громы, дочери — молнии.
Среди тэнгриев изначально обитал также Божинтой — небесный кузнец, покровитель кузнечного ремесла, — но затем спустился на землю со своими девятью сыновьями, каждый из которых стал духом-покровителем какого-нибудь кузнечного инструмента — молота, клещей, наковальни и т. д. — и научил кузнечному ремеслу людей. Кузнечное ремесло у многих народов связывалось с магией. В поверьях монгольских народов кузнецы делились на добрых (светлых) и злых (темных). Божинтой почитался как глава светлых кузнецов.
Баргузинская долина, Бурятия.
Хозяином тайги и лесных зверей, покровителем охотников был Баян Хангай, известный также под именем Манахан. Несмотря на то что его владения находятся на земле, он принадлежит к числу тэнгриев. Хозяина тайги просили об удачной охоте, обращаясь к нему, говорили: «Пошли животное с головой в огромный котел, пошли зверя с рогами, не помещающимися в дверь, животное с туловищем неподъемным!»[63]
Божество земного огня и домашнего очага Отхан-Галахан представлялось как в женском, так и в мужском обличье, но чаще в образе седобородого старца, у которого один глаз, всегда смотрящий вверх, медные брови и перламутровые зубы. С огнем очага было связано много поверий: запрещалось перешагивать через очаг, подталкивать топливо ногой, мешать угли острым предметом, лить в огонь воду, выбрасывать угли и пепел туда, где их топтали ногами, и т. д. Если какой-нибудь из этих запретов не соблюдался, оскорбленный Отхан-Галахан мог устроить пожар или наслать болезнь.
Определенное расположение углей в очаге предвещало приход гостей, причем можно было предугадать, кто именно придет — мужчина или женщина, богатый человек или бедняк. В быличке говорится, как одна женщина, сидя у очага, увидела уголек, указывавший, что к ней должна явиться гостья. Хозяйке это не понравилось, и она с досадой выхватила уголек из очага и бросила в лохань с водой. Уголек погас, а на другой день стало известно, что к женщине ехала в гости ее замужняя дочь, но, переправляясь по дороге через реку, утонула.
Хозяевами земных вод почитались ухан-хаты (или ханы), находящиеся под покровительством добрых тэнгриев и благожелательные по отношению к человеку. Главный среди них — Ухан-лобсон, старец в белых одеждах, живущий со своей женой Ухан-добан на дне моря в серебряном дворце. М. Н. Хангалов в статье «Рыболовство у бурят и ухан-хат» писал, что у них «был многочисленный штат чиновников, ведавших отдельными силами водной стихии и отраслями рыболовства. Все они живут на дне глубоких вод и оттуда властвуют не только над стихией, но и покровительствуют бурятам, защищая их от злых духов, так как сами принадлежат к существам добрым, благорасположенным к людям»[64].