Татьяна Морец – Невозвратный рубеж (страница 7)

– Через час будет у вас на смартбуке, – Гленн уверенно обозначил сроки и оставил нас вдвоем.

Я не смогла сдержать облегченный выдох. Если кто и поможет мне разобраться с отторжением, то это будет клиника «Иммуно».

– Катарина, Питер предоставил мне документы с начала испытаний. Мы только начали анализ групп, и на данном этапе я еще не могу делать выводы. – Эфраим пододвинул изящную чашечку с чаем ко мне и откинулся на спинку дивана, скрестив ноги в лодыжках.

Теперь я обратила внимание на его обувь, кроссовки с дутой подошвой и светящимися вставками. Мои брови поползли вверх. Заносчивый доктор забыл повзрослеть!

– Мы ждём результаты биопсии контактных тканей и крови на антигены. Отправили на проверку образцы материалов имплантатов трех партий производства. – Он пролистывал файлы на смарткомме. – Буду держать в курсе вас и Питера. Оставите личный контакт?

Живая и немного озорная улыбка делала его моложе. Особенно в этом костюме и подростковой обуви.

– Да, конечно, Эфраим, – строго ответила я. – В ближайшие два дня у нас поочередная проверка остальных пациентов. Может, нам сто́ит взять у них расширенные анализы, не дожидаясь проявления симптомов? А Питер отправит результаты вам? – предложила я в надежде ускорить и облегчить поиски.

– Лишним не будет. Подготовлю список того, на что я бы обратил особое внимание. Это может дать нам зацепку. Я мог бы списать каждый отдельный случай на индивидуальные реакции организма, но событие носит не единичный характер. У меня нет ни грамма сомнений: этому есть иная причина.

Аналогичные мысли беспрестанно возникали в моей голове с момента, как число пострадавших увеличилось до семи.

– Я не могу обещать, что найду все ответы на ваши вопросы, Катарина. Но моя клиника использует весь арсенал имеющихся средств, чтобы разобраться. Это я вам обещаю. – Коэн отложил смарткомм в сторону и хмуро уставился в стену. К своему кофе он так и не притронулся.

– Будем на связи! – Я довольно резко поднялась с дивана, почувствовав, что стала здесь лишней. – Благодарю за помощь, доктор Коэн. И за чай. Мне пора.

Я едва успела пересечь кабинет. Эфраим в два счета догнал меня у самых дверей, когда я уже готова была выйти.

– Кэти, – включил он свой особенный чистый голос, которым встречал меня в лаборатории.

Но в этот раз я не попала под его очарование. Все дело было в имени, которым он меня назвал. Ненавистном.

Уйти не обернувшись было бы крайне невежливым, нам еще предстояло работать вместе, но я не смогла спрятать лед в глазах.

– Не любите, когда вас так называют. – Проницательный доктор моментально считал мою неприязнь. – От меня этого вы больше не услышите. Поужинайте со мной сегодня, Катарина? – почти прошептал он обольстительно.

– Я ужинаю с мужем, доктор Коэн, – отрезала я и со второй попытки смогла покинуть кабинет.

И уже за пределами его офиса пыталась пережить изумление. Приглашения на ужин я никак не ожидала. К тому же у меня возник вопрос: а знал ли доктор Коэн мое отношение к этой форме моего имени? Люди иногда путали. Назвали меня Катерина, Кэт. Но Кэти только один человек – мой старший брат. Я не могла отделаться от мысли, что Коэн проверял меня. У меня совсем не было времени решать его ребусы, и, скинув сообщение Скаю, я зашла в лифт.

Дорога до «Рефлекшн Кеппель Бэй» с дезинфекцией заняла минут тридцать. Я успела только пролистать новостную ленту и подтвердить ужин с Давидом, согласившись увидеться с ним вечером в «Теплицах». Он пригласил меня в ресторан «Цветочного купола» в Садах у залива. Не так давно на нем усилили защитное покрытие и обновили систему очистки посетителей. Соседний «Облачный лес» сейчас проходил подобную реконструкцию и был закрыт до следующего лета. Знали бы амбициозные архитекторы около трех сотен лет назад, что эти необычные инженерные сооружения станут одним из важнейших депо растений.

Под открытым небом адаптировалось и выжило немало флоры. Из всего живущего, растения легче других приспосабливаются к тяжелым условиям, но мы потеряли кормовую базу и больше не могли использовать растения для своих нужд. Они теперь тоже стали опасными для нас.

У человечества был расчет и надежда на Хранилище Судного дня, но ледники на острове Шпицберген растаяли, и более миллиона семян испортились. Постепенно семена, побеги и корни разъехались из Сингапурских теплиц по всему миру для озеленения, а гигантские купольные сооружения с регулируемым микроклиматом взяли за идею для проживания целых районов.

Я немного удивилась, как Давиду так быстро удалось забронировать столик в популярном ресторане. На стоимость ужина семье среднего достатка из трех человек можно было прожить целый месяц, но это не означало, что «Цветочный купол» пустовал. Труднее было попасть только в «Сад деревьев», особенно сейчас, когда «Облачный лес» был закрыт. Сложность реконструкции заключалась в том, чтобы при проведении работ не нарушить уникальную среду для проживающих внутри теплиц насекомых, птиц и растений. При малейшей погрешности туманы или смог, властвующие теперь круглый год, в одночасье уничтожат флору, представляющую невообразимую ценность.

Быстро разобравшись с несложной текучкой в лаборатории, я прошла по галерее между высотками в лабораторию, находящуюся в терапевтическом блоке, и сдала все анализы на болезни, передающиеся половым путем. Для всех я никак не могла знать, как долго длилась интрижка мужа с моей помощницей. Вполне оправданные действия. После я покинула здание «Индастрил-Био». Поймала себя на том, что от тревоги, прочно обосновавшейся во мне, не усваиваю информацию в документах и не могу вникнуть в другие проекты. Моих нейрофизиологов и техников очень интересовал старт работ по мембранам для живых глаз, призванных защитить чувствительные слизистые от вредных испарений и осадков. Мы бились над созданием кожи, но пора было разделить силы и заняться другими направлениями. Слишком много трудностей возникало для настолько сложного о́ргана, как кожа, с огромным количеством рецепторов по всей площади. Мы не могли напичкать мозг необходимым количеством чипов. Защитные комбинезоны являлись наиболее простым и дешевым решением, но люди хотели «кожу». Они грезили ей. В мои задачи не входило разбираться с причинами навязчивых желаний, я должна была дать прогрессивному человечеству то, что оно хочет.

Попросив Ская поколесить по полупустым улицам Сингапура, я погрузилась в поиск информации о конкурентах. Не вышли ли они на сделку параллельно? До вчерашнего дня я была уверена в своем первенстве. Но что, если Индостан – причина моих неудач? В сети, как и предполагалось, я ничего не нашла. Если я сделаю запрос через отца, у него тут же возникнут подозрения. Тщательное исследование конкурентов и прогнозы – не моя задача, но сейчас ничего нельзя было выпускать из виду.

Голова кипела. Захлопнув смартбук, я забралась на мягкое сиденье с ногами. Джойс невозмутимо продолжал сидеть рядом. С тяжелыми мыслями я погрузилась в дрему, а проснулась немного отдохнувшей, когда машина остановилась.

– Катарина, – мягко коснулся моего плеча Джойс. – Мы на парковке у Теплиц.

Обычно у зданий без куполов, шлюз нейтрализации токсинов и дезинфекции располагался на нулевом этаже парковки, где воздействию окислителей подвергался транспорт, а не сами люди. Но строители не рискнули настолько сильно вмешиваться в несущие конструкции оранжерей, добавляя нулевой этаж под землей. Посетители были вынуждены заходить в него через уличную парковку в респираторах и самостоятельно стоять в камерах очистки. Малополезно, но дела обстояли именно так.

Темнело. Я посмотрела на часы: без пятнадцати шесть.

Нехотя активировала смарткомм. Новости от Питера последние два дня даже с огромной натяжкой нельзя было назвать хорошими, и я подсознательно ожидала новых неприятностей. От моего управляющего ничего не пришло. Зато от Давида напа́дало с десяток сообщений на мое молчание, он опасался, что я передумала.

Вчера я согласилась на встречу с ним – только бы выпроводить из своей квартиры, но сегодняшний день привел к совершенно другим мыслям. Давид хочет заслужить прощение. У него есть связи. В отличие от меня за ним не следят отец и старший брат, которые только и ожидают момента, когда я оступлюсь. Я использую почти бывшего мужа для поиска нужной информации, но подам ее, естественно, под совсем другим соусом. А старания заполучить прощение вовсе не означали, что оно будет выдано.

«Я на месте. Иду в шлюз», – поспешила я успокоить муженька.

«Жду тебя, Катарина».

Дать ему надежду, а взамен получить информацию. Почему бы и нет? Я не собиралась мучиться угрызениями совести. Непозволительная роскошь.

Скай высадил меня у входа. Сегодня был благоприятный ясный день, мы нечасто видели солнце из-за густой облачности и испарений. Дожди не шли уже два дня, тумана не было, а фотохимический смог не успел собраться над городом. Датчики, анализирующие атмосферу и осадки в заливе, сигнализировали, что я могу выйти в одной дыхательной маске без очков.

Пройдя дезинфекцию, я стянула респиратор и с больши́м удивлением обнаружила в Теплицах вазоны с елями в огоньках и развешанные гирлянды. Только сейчас я вспомнила, что скоро Новый год. Его мало кто отмечал в Сингапуре и на Малаккском полуострове. Но мой отец всегда организовывал праздник для наших служащих и никогда не забывал о презентах для подопытных. Люди не от хорошей жизни соглашались участвовать в испытаниях новых изобретений. Кроме положенных им выплат и предоставления жилья на десять лет, корпорация таким образом поддерживал хорошее отношение столь нехитрыми действиями: вкусные подарки на Новый год и дни рождения.