Татьяна Михаль – Генерал под напряжением, или Как ведьма хотела замуж (страница 9)
Я криво усмехнулся.
– В уставах не написано, что человек должен быть один, – сказал я. – И даже в приказах нет такого пункта.
Матушка вздохнула.
Вздох был тяжёлым, но я почувствовал, мама сдалась.
– Ладно, – сказала она, поднимаясь. – Ладно, бездна с тобой. Но, Кесарь…
– Да?
– Когда ты её встретишь… приведи её ко мне. Я хочу посмотреть на женщину, которая сумела растопить сердце моего сына генерала. И если она окажется дурой или, не дай боги, плохо с тобой обращается…
– Хорошо, матушка, – улыбнулся я.
Проводил её до двери, поцеловал в щёку, пахнущую фиалками, и только когда её карета отъехала от крыльца, позволил себе выдохнуть.
– Свиридов, – сказал, возвращаясь к столу.
– Да, ваше превосходительство?
– В следующий раз, когда матушка появится без предупреждения, сделайте вид и скажите ей, что меня нет.
– Слушаюсь, – с чувством произнёс адъютант. – Только… куда мне вас деть?
Внимательно посмотрел на него.
Свиридов смотрел на меня в ответ с выражением человека, который понимает, что только что сказал лишнее, но отступать уже поздно.
– А меня… в уборную, – сказал я. – Или на плац. Куда угодно. Просто чтобы она меня не нашла.
– Так точно! – Свиридов вытянулся, сдерживая улыбку, и вышел.
Я остался один и подошёл к окну.
Дождь усиливался. Капли барабанили по стеклу, создавая тот самый ритм, который всегда успокаивал меня.
Встречу ту женщину, сказал я матушке, которая мне предназначена.
Верил ли я в это на самом деле?
Взял со стола последнюю сводку, пробежал глазами по строкам.
Цифры, факты, отчёты. Всё по делу.
В моём мире не было места для сказок о предназначении. Был приказ, цель и был план.
Но иногда, в такие вот дни, когда матушкины слова всё ещё звучали в голове… иногда я позволял себе представить.
Кто она? Как выглядит? Где мы встретимся?
Я отогнал эти мысли.
Не время. Сначала смотр войск, потом будет совещание с партнёрами, потом…
Потом сама судьба решила, что ждать больше не намерена.
* * *
В казармах я провёл три часа.
И уже вечерело.
Ещё я должен успеть на совещание во дворец.
Солдаты тренировались к параду, и зрелище было… вдохновляющим.
Если под словом «вдохновляющий» понимать «вызывающий желание лично выйти на плац и показать, как это делается».
– Рота, равняйсь! Смирно!
Командир роты, молодой капитан с пушком вместо усов, старался изо всех сил.
Его солдаты тоже старались.
Но старание и умение – это, как учил я молодых офицеров, две большие разницы, которые иногда пересекаются, но чаще всего живут раздельно.
– Ваше превосходительство, – капитан подбежал ко мне, вытянулся в струну и, кажется, забыл, как дышать. – Разрешите доложить!
– Докладывайте, – разрешил я и окинул взглядом строй.
– Рота готовится к торжественному маршу! Личный состав… – капитан запнулся, потому что в этот момент во второй шеренге кто-то громко икнул, потом ещё раз.
– Личный состав, – продолжил я ледяным тоном, – демонстрирует выдающиеся успехи в области икотологии. Это новый вид боевых искусств?
Никто не засмеялся.
– Икоту необходимо проветриванием лечить и лёгкой пищей, – добавил я, проходя вдоль строя. – А вот левый фланг… левый фланг, господа, у нас что? Отдельное государство? Почему он у вас на три шага впереди правого?
Капитан побелел.
– Так точно! Сейчас исправим!
– Исправлять не надо, – я остановился напротив солдата, который стоял на левом фланге.
Солдат был высоким, широкоплечим и смотрел прямо перед собой с такой сосредоточенностью, будто пытался взглядом прожечь дыру в стене казармы.
– Господин… – я заглянул в нашивки. – Господин рядовой Косой.
Рядовой Косой вздрогнул.
Его сосед справа вздрогнул тоже.
Весь строй, кажется, вздрогнул.
– Так точно, – голос рядового был низким, но в нём чувствовалась паника.
– Ваша фамилия говорит сама за себя, – заметил я. – Но я хотел бы спросить: вы видите строй?
– Так точно, вижу!
– И где, по-вашему, находится ваше место в этом строе?
Рядовой Косой задумался.
И это была ошибка.
– В строю, – ответил он наконец.
– В строю, – повторил я. – В строю, господин Косой. Не впереди строя, не сбоку от строя, а в строю. Вы поняли меня?
– Так точно!
– Тогда, может быть, вы объясните мне, почему ваша голова находится на полтора корпуса впереди головы вашего соседа справа? Вы пытаетесь выиграть необъявленную гонку?
Рядовой Косой открыл рот, закрыл, потом снова открыл.
Его сосед справа, который, как выяснилось, был рядовым Прямым, держался изо всех сил, но его плечи мелко подрагивали.