Татьяна Матуш – Дубль-луна (страница 32)
- Буду признателен, - недовольно буркнул Кавенди, усаживаясь в кресло.
- Как вы знаете, железная жила у меня тощая, - заговорил герцог, - и скоро истощится совсем. Но, роясь в земле, горняки кое-что нашли. Кое-что, для Монтреза даже более ценное.
- Золото, - с иронией подбросил Кавенди, - да, я видел это "месторождение". Очень, знаете ли, впечатляет.
Герцог властным жестом вскинул два пальца, призывая эмиссара к молчанию.
- Они нашли фосфорные и калиевые соли.
- И что с того, что они нашли какую-то соль? - не понял Кавенди, - Это, конечно, дорогой продукт...
- Вы даже не представляете, насколько дорогой. Здесь, где почти вся экономика завязана на земле. С помощью этих солей можно получить с поля двойной, а то и тройной урожай.
- Колдовство? - подобрался эмиссар.
- Просто химия. Наука о веществах. Виктор - умница, хоть и негодяй, он сразу сообразил свою выгоду и чуть не положил себе в карман всех самых богатых землевладельцев герцогства. Беда с его отрядом успели в последние мгновения, хотя - ирония судьбы, они до их пор не знают, от чего меня спасли. Моя власть - и сама жизнь висела на волоске. Это было не воровство, Кавенди, это был заговор. Попытка смещения герцога и узурпации власти.
- С помощью соли? - недоверчиво переспросил толстяк.
- Гениально, правда? Но дело в том, что, - Монтрез тихо, довольно рассмеялся и опять постучал ногтем, на этот раз по здоровенному фолианту в толстом кожаном переплете с медными углами, позеленевшими от времени, - попытка узурпации власти, равно как и покушение на правящего герцога, по нашему закону, преступлением не считается.
- То есть - как?
- Борьба за власть в Монтрезе абсолютно законна и даже общественно одобряема. За нее нельзя осудить. Можно убить в личном поединке. Но казнить - нельзя. Сделав это я нарушу свой собственный закон и вынужден буду отречься от власти. А у меня нет ни малейшего желания уходить в жрецы. Так что, извините - развлечение отменяется.
- Вы... серьезно? Или это все же какая-то шутка надо мной? - эмиссар подозрительно сощурился. - Святые Древние! Это правда...
Потрясение толстяка позабавило Монтреза, герцог откинулся на спинку кресла, наблюдая за Кавенди из под длинных золотистых ресниц.
- Распоряжение в крепость вы уже отослали?
- Собирался, - кивнул он, - вы меня прервали.
- И хвала Небесам! Значит, я успел вовремя.
- Вовремя для чего? - удивился уже Монтрез.
- Чтобы помешать вам сделать глупость. - Кавенди с усилием вынул себя из мягкого кресла, - судьбу огромного землевладения не может решать первый попавшийся авантюрист и мошенник. Это подрывает устои. Властью, данной мне Его Императорским Величеством Рамером Девятым я объявляю протекторат Империи над вашими землями. Кодекс Монтреза приостанавливает действие и в дальнейшем будет пересмотрен под руководством опытных имперских законников. С этого мгновения вся полнота власти в герцогстве принадлежит императору и - мне, как его законному представителю. Я приказываю вам сдать герцогские регалии.
- Ну вот переворот и свершился, - заметил Монтрез. - Забавно. Я думал, это будет немного по-другому. Но так даже интереснее.
- ...Это невысокий мужчина лет сорока, одетый не дешево, но безвкусно. Он идет по улице Монтреза. Каблуки сапог подбиты железом и противно шоркают по камням брусчатки. Звук разносится далеко, потому что очень тихо...
- Почему тихо? - встрял капитан.
- Ночь. Глубокая ночь. Дождь на время прекратился, над крышами показалась луна. Она осветила город и мужчина сообразил, что в темноте зашел не туда. Он... немного выпил с дороги. Он думает, что немного. На самом деле он изрядно пьян и еще больше напуган. Рука шарит в поисках оружия, нащупывает нож и человек немного успокаивается. Он понял, где находится и как выйти к порту. И, одновременно, он понимает кое-что еще: за ним идут.
- Кто за ним идет?
- Понятия не имею, - пожал плечами Янек. Он сидел на столе, со старательно зажмуренными глазами и водил растопыренной ладонью по старой куртке, когда-то вполне щегольской. - Если они выйдут на освещенное место, я скажу. Я вижу лишь то, что видит Два Ножа, а он не видит ничего. Темно... Но его страх я ощущаю совершенно отчетливо.
- Не путаете, уважаемый? - Гриф с сомнением потер переносицу, - Два Ножа не пугливая овечка, ему уже случалось попадать в переделки.
- Но ведь он тогда выжил, - резонно возразил шулер, - может быть, в этот раз он боялся, потому что чувствовал Серую Госпожу?
- Продолжайте, - распорядился капитан.
- Он идет по улице. Шаги за спиной становятся отчетливее. Они приближаются. Два Ножа резко оборачивается, сжимая "рыбку"... Но сзади никого нет. Только ветер шевелит ветви акации. В сыром воздухе запахи можно учуять далеко. Два Ножа напряженно нюхает, ноздри раздуваются... Но никаких посторонних запахов, кроме мокрой земли и собственного пота он не чует. Он поворачивается спиной и делает несколько шагов. Скрип набоек кажется оглушительным. Но это только кажется, потому что даже собаки не лают.
- ... На самом деле не слишком-то он и шумел, - пожал плечами Янек, - просто что-то на него жути нагнало. Пока не понимаю, что. Если он поймет - то и я пойму.
Он вглядывается в темноту и несколько раз спрашивает: "Кто здесь? Что тебе нужно?" Голос с каждым разом все громче. Просыпается чья-то дворовая собака и начинает гулко лаять. Ей отвечают с другой стороны улицы.
Два Ножа поворачивается и быстро идет вперед, потом переходит на бег. Темно... Очень темно. Улица закончилась, под ногами земля и камни. Ему нужно остановиться, но он напуган. Он видит впереди полоску моря и ноги сами несут его туда, поскорее на корабль, подальше от враждебной суши, туда, где все ясно и понятно, где его бояться и уважают. Он бежит, торопится... оступается на влажной земле, летит кубарем и... вот ужас - земля уходит у него из под ног. Он падает с обрыва. Прямо на камни. Короткая боль - и душа Шэдди покидает тело.
- Где это произошло?
Янек покачал не головой, всем телом:
- Потише, капитан. Убавь парусов. Я только что умер... Это не легко.
- Это произошло рядом с портом?
- Нет... Дальше - и южнее. Почти у мыса. Там город заканчивается и одна из улиц переходит в тропу. По бокам какие-то рощи... А внизу очень круто и острые скалы. Я не знаю, где это. Не видел.
- Я знаю, - Гриф смотрел на него как-то излишне внимательно. Через мгновение все прояснилось. - Один из магов, который проводил поиск, довольно точно показал, где умер Два Ножа.
- И?
- Совпадает. Но не дает ответа на вопрос - кто его убил и за что.
- Его не убивали, - возразил Янек.
- Без разницы. Думаешь, тот, кто за ним шел, просто хотел спросить дорогу? - Гриф немного помолчал, глядя в пол. За это время клеточки успели переползти с пола на стену и, частично, на козлы с картами. - Что-нибудь еще сказать можешь? Этого за обещанную плату мало. Все это я знал и так. Кроме того, что за Шэдди кто-то шел. Мне нужно знать, кто это был.
- Ничем не могу помочь, - развел руками Янек, - амулет может только то, что может - и ничего кроме этого. Вот если б у вас был кто-то на подозрении.
- Кто-то... - Гриф сделался нехорошо задумчивым. Взгляд смерил Янека с ног до головы и шулер невольно поежился - пират смотрел так, словно мерку для гроба снимал. Неужели и у него вот такие глаза, когда... Понятно, отчего люди пугаются. Когда из твоих глаз на мир выглядывает Серая Госпожа - не просто струхнешь, описаешься. Уж больно взгляд у нее тяжелый. - Господин эмиссар, а если не кто-то, а что-то? У меня есть вещь. И есть основания думать, что Шэдди погиб из-за нее. Посмотришь?
Янек сделал вид, что глубоко задумался.
- Без гарантии.
- Само собой.
- И - жемчуг в любом случае мой.
- Твой, - легко согласился Гриф и шулер окончательно уверился, что с корабля его живым не выпустят. Когда все идет гладко? Только в одном случае - когда веревка шелковая.
- Вот она, - в ладонь Янека легла вещица, дивно похожая на ту, что он так недавно носил на груди. Чуть поменьше и заметно тяжелее, но способ изготовления у них был одинаковым: лист металла порубили на куски, примерно равные по весу. Расплющили по краям - и выдавили в середине девятилучевую звезду.
Мог ли шулер понять, что это такое? Эмиссар императора - настоящий эмиссар такие вещи был знать обязан.
- Первый Несбер? - он качнул на ладони кусочек золота, прикидывая вес. Раза в три тяжелее эра, а, учитывая историческую ценность... - Мои поздравления, капитан. Вы владеете невероятной редкостью. И - да, согласен, за это запросто могли убить.
- Вы знаете, что это такое?
- Конечно. Это монета времен князя Карса. Ей около четырехсот лет. Но ценность ее не только в древности. Несбер времен Карса был небольшой рыбацкой общиной, живущей тем, что удавалось добыть в море. С соседями они не ладили - нрав у князя был скверным. Так что денег у них не водилось - к чему? - Янек мечтательно улыбнулся и погладил монетку по неровному краю. - И вот решили мудрые старейшины, что князя нужно женить. И не на ком-нибудь из его народа, а на знатной девушке с материка. Выбор пал на сестру герцога, который в то время правил этими землями.
- Монтрезом?
- О, да, - кивнул шулер. - Это история, капитан Гриф. Девица заявила, что с удовольствием пойдет за князя, но не за старосту рыбацкой деревни. А у настоящего князя должны быть: регалии, армия и казна.