Татьяна Матуш – Дубль-луна (страница 25)
Дождь сек стекло тугими струями так, словно надеялся выбить из него признание в чем-то крайне предосудительном. Пьянстве до завтрака. Или жестоком обращении с лошадьми.
В камине разожгли огонь. Эшери не чувствовал холода, но из-за того, что небо плотно затянуло тучами, в комнате было темно и как-то нехорошо. Ярко оранжевые языки пламени обладали волшебным талантом делать хмурые вечера по-настоящему уютными.
Дверь тихонько скрипнула. По паркету процокали длинные когти. Большой пес, лохматый как нестриженный куст, подошел, немного постоял. Глубоко, шумно вздохнул и даже не плюхнулся, а обрушился на ковер у камина всей своей тушей. По комнате поплыл запах мокрой шерсти.
- Арги, ты мог бы проявить уважение и отряхнуться за дверью, - заметил Эшери.
- Бу, - отозвался пес, повозился еще немного и замер, притворившись шкурой или еще каким-нибудь элементом декора.
- Какая это порода? - удивленно спросил Кавенди, - я не узнаю... хотя неплохо разбираюсь в собаках. Что-то местное?
- Точно, - от души согласился герцог, смакуя яблочный чай, - монтрезская боевая шуба. Полное название: Хочешь-Неприятностей-Так-Разбуди.
- Какая-то тайна? - удивился эмиссар.
- Страшная. Даже от меня. Подозреваю, что эту тайну вообще никто не знает, а это отличительная черта любой по-настоящему страшной тайны, нет?
Глаза толстяка округлились.
- Арги просто как-то пришел и... не ушел. Щенки от него хорошие, правда, сам он обнаглел от безнаказанности.
- Не он один... - Кавенди отвернулся от огня и внимательно посмотрел на Монтреза. - Куда ведет этот портал? За пределы герцогства?
- Понятия не имею. Так же озадачен, как и вы.
- Фальшивки, контрабанда, пиратство. Что еще? Боюсь, мне придется доложить Его Величеству, что молодой герцог... нуждается в помощи для управления своими владениями.
Монтрез шевельнул бровью:
- Протекторат?
- Хм. Соображаете вы быстро... Возможно. Если вы прямо сейчас убедите меня в том, что просто не справляетесь. И попросите помощи у Аверсума. Тогда я пойду вам навстречу - и присоединюсь к вашей просьбе, - Кавенди сидел немного боком к герцогу, выставив вперед плечо и подбородок. Вся его поза не говорила - провозглашала Непреклонность и Верность. Все с большой руны, написанной золотой краской с кучей красивых завитушек.
- Не справляюсь или... в доле? - уточнил хозяин.
- Я бы предпочел первое, но факты говорят о втором, - толстяк поджал губу, став внезапно чем-то неуловимо похожим на Арги. Хотя тот, даже в худшие минуты, выглядел добрее.
- Факты, - подбодрил Эшери. - О чем же они говорят?
- Почему до сих пор не казнен этот вор, Керро? Суд вынес приговор, казнь должна была состоятся неделю назад. Чего вы ждете, Монтрез?
- Может быть, хорошей погоды? Какая может быть казнь по такому дождю?
- Шутите, - Кавенди поморщился, словно опять разжевал что-то невкусное.
- Помилуй Небо, какие шутки. Я серьезен, как помощник жреца. Это будет последний закат в жизни Керро - и он должен быть испорчен дождем?
- Мне плевать на эстетические переживания вора, - откровенно признался толстяк, - но не хотелось бы одевать кандалы на маршала и героя войны.
Монтрез наклонился и ласково почесал Арги за просохшими ушами.
- Кандалы? Какая пошлость, Кавенди. Еще помяните Лонгери и "самую удобную камеру". Предки Монтрезов были не сибаритами, а пиратами.
- Предпочитаете, чтобы вас повесили на рее, Ваша Светлость?
- Определенно и несомненно.
- Это отказ? - Кавенди отставил свою чашку так резко, что расплескал ароматный напиток, и встал, возвышаясь над развалившимся в кресле Монтрезом, как скала над морем. - Зря. Я искренне хотел вам помочь. Имейте в виду, с этого мгновения я больше не спущу с вас глаз. Вам понятно?
- Предельно.
- Вы не имеете права покидать замок без моего сопровождения.
- Имперское расследование?
- Оно самое. И лучше вам серьезно подумать, как объяснить все эти ваши... святые чудеса.
Эмиссар коротко поклонился и покинул комнату, ступая тяжело и слегка припадая на левую ногу. То ли просто натер чужими сапогами, то ли сустав перетрудил. Можно было помочь, но... дурное это дело лезть к тому, кто не просит о помощи.
Едва дверь закрылась, в полутьме кабинета, в широком кресле, которое стояло далеко от огня, произошло движение:
- Мне послышалось, или эта... паркетная фигура, действительно, распорядилась нами, как мальчишками, которые только покинули класс?
Беда был не на шутку удивлен.
- Безопасность Империи. - серьезно ответил герцог. - Псы на службе Рамера. Туда подбирают только тех, кто не умеет благоговеть, вообще - и может надеть кандалы на кого угодно, не взирая на чины, лица и прошлые заслуги. На своем месте Кавенди хорош...
- Да? И что нам делать с этим хорошим? Притравить по-тихому, пусть поносом помается. Или просто уснет... на пару суток.
- А потом скажем, что свежий горный воздух так на него подействовал? - Эшери рассмеялся, - Звучит соблазнительно, но - нет. Он слишком умен, чтобы проглотить такое и не поперхнуться. И это наше преимущество.
- Как его ум может быть нашим преимуществом?
- Кавенди подозрителен. Он везде ищет второе дно, а, найдя его, не успокаивается, а немедленно начинает искать третье. Пусть ищет. Пока он занят играми разума, мы с тобой расколем этот орешек. По-простому, клещами. Иногда простой путь - самый верный.
Эшери еще раз погладил собаку. Арги и ухом не повел, даже когда хозяин с сожалением посмотрел на пустую чашку, встал - и аккуратно повернул ручку, открывающую створку окна.
Комната немедленно наполнилась даже не шумом - гулом падающей с неба воды, запахом мокрой земли и прелых листьев и тонким ароматом морской соли с пикантной ноткой гниющих водорослей.
- Может быть, подождешь до ночи, чтобы дождь хоть немного притих?
- Кавенди так и сделает. Он предсказуем.
- А ты, значит, весь из себя такой внезапный. Девушка-то хоть знает, что у нее сегодня свидание?
- Зачем ей об этом знать? - удивился Монтрез, - и, кстати, это не свидание.
- Верю, верю... - Беда покачал головой и заглянул в чайник. Там оставалось еще, как минимум, на одну полную чашку. - Удачи. Я тебя прикрою.
Эшери кивнул и, подобно призраку, исчез за окном. Подождав четверть клепсидры, Беда прикрыл створку, но запирать не стал.
На глухой, но отчего-то очень отчетливый стук в дверь отозвался недовольный голос. Женский.
- Кого демоны носят по такой сволочной погодке? Скажи им, чтобы несли обратно, мне до Бездны, что у вас за дело...
- Мне двери вышибить? Или сразу весь ваш дворец по камешку разметать и сложить заново в виде мавзолея? - вопреки смыслу голос был ровным и угрозы в нем не чувствовалось, только искренний интерес. Словно тот, кто стоял за дверью, и впрямь не сердился, а желал знать мнение уважаемых хозяев. Это ввело дурную девку в заблуждение и она, с широкой улыбкой, нагло предложила:
- А, валяй, крабий ужин. А то хвалиться, так все жеребцы, а как дойдет до дела, так и мерина поищешь...
Договорить она не успела. Тяжелая, плотная дверь из редкого черного дуба на мгновение вспыхнула, обдав ее жаром и осела на порог кучкой пепла.
- Э-э-э... - протянула молодая девица, тощая, растрепанная и кое как прикрытая то ли в маленьким одеялом, то ли в большим полотенцем. Но тут же опомнилась и заверещала, - Пеше, спасайся, демон из Ада вылез!
Герцог Монтрез склонил голову. Не приветствуя высокочтимую хозяйку, а просто - на плечо, борясь с неуместным приступом веселья. Приветствий девица не заслужила, во-первых, потому что хозяйкой не была, а во-вторых, потому что искренне считала, что торчавшие во все стороны мослы заменяют и ум, и учтивость.
Старый висельник появился - такое ощущение, во второй части того же полотенца. Он, в отличие от своей пассии, сразу просек, в чем дело. Оттого и поспешил, без штанов - но зато с введенным арбалетом.
Последнее, нужно думать, в глазах разбойника называлось: "Оказать высокую честь дорогому гостю".
- Милорд! Какая честь для моего скромного дома. А про дверь вы не думайте, я ее все равно хотел на днях заменить, скрипеть стала, зараза...
- Радикально, - уважительно кивнул Эшери. Зеленые глаза смеялись, - А петли смазать - религия не позволяет?
- Милорд? - встряла лохматая нахалка, - что это за собачья кличка? И почему ты так лебезишь перед этим красавчиком, ты же говорил, что старший над всеми ворами Монтреза? Соврал? Выходит, он - главнее?
- Вы проницательны, госпожа, - сказал герцог, наконец переступая порог, - Мой друг Пеше старший над всеми ворами, а я - еще и над честными людьми... Правда, давно уже ни одного такого не видел. А теперь - брысь отсюда, пока лишнего не услышала.
- А не то? - пропела девица, щурясь.