Татьяна Мамина – Хаон (страница 12)

Все вокруг выглядело чужим и незнакомым. Замерцали и зажглись редкие уличные огни. Я шла по узкой дорожке, глядя под ноги, и старалась выключить ту часть моего сознания, что билась над решением загадок последних дней.

В окнах соседних домов почти не горел свет. Фонари качались от ветра и скрипели. Небольшой магазинчик стоял занесенный снегом на углу улицы. Не знаю уж, чего ожидала в нем увидеть, но обнаружила ассортимент самого обыкновенного продуктового ларька.

Набрав два пакета самого необходимого на первое время, я направилась к дому. На улице мне не встретилось ни души. В окнах домов кое-где мерцали голубым и серым экраны телевизоров или бледные лампы. Тишину нарушал только скрип снега под подошвами.

У одного из высоких бетонных столбов впереди я увидела знакомую фигуру. Сердце забилось чаще. Я ускорила шаг. В лучах бледного света фонаря стоял мужчина, держа руки в карманах брюк. Куртка была все так же расстегнута, а снег не оседал на темных волосах.

Странник вернулся.

IX. Лика. Маленький гость

— Значит, ты мне не приснился? — Я остановилась рядом.

— Нет. — Странник покачал головой. — Прости, что свалил на тебя столько информации и пропал. Я пытался найти другие петли. Подумал, вдруг что-то изменится с твоим возвращением. И приглядеться к тому месту, где пострадала твоя мама. Ничего, правда, толком не обнаружил.

— Вот как. — Стало немного обидно. — Честно говоря, я уже не знала, появишься ли ты снова. Долго искал меня?

— Не особо. Догадался, что ты захочешь жить поближе к больнице. И озеру.

Странник на секунду опустил взгляд и нахмурился. В позе его читалось напряжение. На сугробе, под высокими ботинками, не было ни единого следа. Мысль об этом нервировала. К подобному было сложно привыкнуть.

— Думаю, мне нужно кое-что рассказать, — Странник пожал плечами. — Тот человек, с которым ты здесь поселилась, попадался мне в больнице. Он навещал не только вас, но и капитана теплохода. Не знаю, что ему нужно, но парень не просто так вернулся в город.

— Сложно сказать, о чем именно он думает, — возразила я. — Но ему та катастрофа принесла не меньше бед. Возможно, он винит себя. Или, наоборот, считает, что виноват тот капитан, вот и захотел заглянуть в глаза. Может, мне тоже хотелось бы решиться подойти к нему и спросить, зачем он повез их.

— Уже не спросишь, — тихо ответил Странник. — Капитан больше не приходил в себя.

К глазам подступили слезы. Я отвернулась, подхватила сумку и зашагала к дому. Идти приходилось по обочине дороги — тротуары никто и не думал чистить. Вокруг стояла мертвая тишина: ни машин, ни прохожих; только ветер шуршал в деревьях.

— Я не хотел расстраивать тебя. — Странник последовал за мной. — Просто его поведение выглядело странным.

— А что не странно? — горько усмехнулась я. — У тебя вот ни тени нет, ни следов.

— Ты права. Что собираешься делать дальше?

— Не знаю. — Я пнула заледеневший комок снега. — Буду ждать, когда маме станет лучше и она придет в себя. А пока поброжу по городу, поспрашиваю про семью отца.

— Твои родственники тут жили? — искренне удивился Странник.

— Когда-то очень давно. Отец о них рассказывал немного, но я даже фотографий не видела. Мне очень давно хотелось разузнать что-нибудь.

— Ты за этим сюда приехала?

В лицо ударил порыв колючего ветра. Я растерянно остановилась. Если быть честной, мне и самой хотелось знать ответ. Возможно, он был не один.

— Лика! — донеслось вдруг с противоположного конца улицы.

Я обернулась на голос. Через проезжую часть прямо по диагонали бежал Костя. Помпон на макушке подпрыгивал при каждом движении. За плечами мальчика из стороны в сторону болтался огромный квадратный рюкзак, очки безнадежно съехали, из кармана торчал острый край какой-то бумажки.

Костя кинулся ко мне, крепко обнял и уткнулся лицом в куртку. Я немного покачала его и стряхнула с шапки снег. Затем Костя неохотно отстранился и недоверчиво оглядел меня:

— Привет! Почему ты не позвонила, когда тебя выписали? Я волновался! Всю больницу обошел! — выпалил он.

— Здравствуй. Давай потом все обсудим. Ты весь ледяной! — Я прижала ладони к его щекам. — Пойдем в дом скорее! Там расскажешь, каким ветром тебя в Чернозерск занесло.

— Подожди, а с кем ты тут только что разговаривала? — Костя огляделся.

— С невидимым другом, — ответила я. — Пойдем в тепло, говорю!

— И как же его зовут? — недоверчиво спросил Костя и побрел рядом.

— Странник.

Сам Странник усмехнулся и выгнул бровь. Он и не думал никуда исчезать, шел себе чуть впереди и наблюдал за нами.

— А покороче нельзя было? — спросил вдруг Костя. — Неудобно же! Вот как ты будешь кричать ему, если что-то случится?

— И правда. — Я усмехнулась. — Позже вместе что-нибудь придумаем. Расскажи-ка, как ты меня нашел?

— Девушка в больнице дала номер медсестры, с которой ты общалась, а та рассказала, где ты теперь живешь. — Костя чихнул. — Давай ты меня попозже допросишь? Я не ел с прошлого вечера.

Возражений не нашлось. Дом, похожий на деревянную шкатулку с черепичной крышей, уже выглядывал из-за поворота. Костя трещал, как сорока, восторженно описывая все, что увидел по дороге.

В квартире было тихо. Рома, кажется, все еще спал. Мы сняли куртки, отряхнули с брюк снег и отправились на кухню. Я налила мальчику чай, сделала пару бутербродов и села напротив. Из радио на стене лилась тихая музыка, в углу тарахтел холодильник.

Костя проглатывал еду, почти не пережевывая. Странник наблюдал за ним из дальнего угла кухни, размышляя о чем-то явно нерадостном.

— Так как ты добрался до Чернозерска? — Я постаралась напустить строгий вид. — Прямого транспорта сюда не ходит.

— На электричках добрался. С пересадками, — невозмутимо выдал Костя. — Ты знала, что на электричках можно до Владивостока доехать?

— И сколько же это займет? — Мне стало любопытно.

— Примерно месяц! — Костя протер запотевшие очки салфеткой. — От станции сел на междугородный автобус. Он до самой базы отдыха доходит. Потом пешком до больницы пошел.

— Смелый парнишка, — одобрил Странник.

— Ты ведь заблудиться мог! — Я тяжело вздохнула и протянула еще бутерброд. — И замерзнуть. И как мама тебя одного отпустила?

— Никак. — Костя помрачнел. — Она теперь берет две-три смены подряд и спит прямо на работе. Как Оля пропала, я ее почти и не видел. А отец… Ну, ты сама понимаешь. Ему и повод не нужен, чтобы забыть о моем существовании.

— И ты решил сбежать? — Я отвернулась, чтобы Костя не видел моих глаз.

— Я не сбегал. Оставил письмо. — Голос дрогнул. — Они же знают, что вы с Кариной Александровной в Чернозерске пока живете.

— Но в каком она состоянии, ты, конечно, уточнять для них не стал, — мне стало понятно, как он все это провернул. — Костя, всем сейчас непросто. Нельзя просто брать и убегать каждый раз, когда трудно.

— Я же не каждый раз! — Он сразу поник. — И я привез тебе теплые вещи. Зима на дворе.

— Этот день полон неожиданностей. У нас, оказывается, гости. Надо же, в одиннадцать лет мальчик один проделал такой путь! А еще говорят, дети несамостоятельные стали.

У входа на кухню стоял Рома, облокотившись плечом о стену. Он неотрывно смотрел на Костю. Я не могла прочитать его взгляд. Несмотря на слова, в интонации не слышалось привычной мягкости. Я поняла вдруг, о чем говорил мне Странник. Раньше я совсем не замечала подобных противоречий. Он будто из последних сил сдерживал себя.

— Мне двенадцать! — автоматически ответил Костя, но, похоже, узнав голос, вскочил со стула и обернулся: — Здравствуйте, Роман Викторович! Что вы здесь делаете?

— Можно просто Роман. Мы не в школе… — Рома задумчиво потер подбородок. — Значит, ты был сегодня у озера? Утром, верно?

— Меня довезли только туда, да, — Костя отвел глаза. — Потом я шел вдоль дороги. А потом медсестра в больнице дала адрес Лики. Я сказал ей, что на улице меня ждут родители.

— Вот как. — Похоже, Рому интересовало вовсе не это. — Значит, ты и машину мою видел?

— Машину? — Мальчик присел обратно и сделал большой глоток чая. — Не обратил внимание. Скажите, Роман, а зачем вы в Чернозерск приехали?

— У меня тут есть свои дела. В отличие от некоторых незваных гостей.

— Ладно, — вмешалась я, — отведу Костю в дальнюю комнату. Я там еще не прибиралась, но одну ночь, думаю, потерпит.

— Одну ночь, — выразительно сказал Рома нам вслед.

В темном коридоре приходилось двигаться практически на ощупь. Свободная спальня от пола до потолка полнилась книжными шкафами. Среди них втиснулся столик с придвинутым мягким стулом. Края бархатистых штор опускались на небольшую деревянную кровать, украшенную множеством подушек.

Я вручила Косте стопку постельного белья и забрала те вещи, что он привез. Мальчик выглядел мрачным.

— Почему он живет здесь с тобой? — спросил он.

— Он не живет «со мной». Вдвоем гораздо дешевле снимать квартиру. — Я принялась помогать с пододеяльником. — Да и рядом со знакомым человеком спокойней.