Татьяна Луганцева – Фея из комиссионки (страница 41)

– А я иного и не ожидал! Такая у тебя милая фамилия – Цветкова! Тебе бы лучше Кактусовой быть. Вечно с тобой в истории попадаю! Сама сказала, чтобы я замаскировался. А как я еще это сделаю?

– Господи, как тебя в таком виде в самолет-то пустили? – вздохнула Яна и повернулась к Лебедеву. – Виталик, вот наш пассажир! Мы нашли его! Он – не бомж! Он – профессор медицины! Они его по ошибке схватили! Давай, действуй!

Яна всегда завидовала людям с хорошим аппетитом. А Олег Адольфович был настолько худой, что было удивительно, как в него столько еды влезает. Они нашли кафе, которое работало круглосуточно, и решили покормить своего московского гостя, реабилитироваться, так сказать. Народу в кафе в три часа ночи было немного, вернее, только они втроем и были. По официантке не было понятно, рада она большому заказу или ненавидит их за столь поздний визит.

– Я всегда хочу есть, когда понервничаю.

– А вас в самолёте разве не кормили?

Олег Адольфович отправил в рот очередной кусок хлеба.

– Ты что, шутишь? Разве это еда? Это просто насмешка над родом человеческим. Кексик, чай и сахар. Что это за еда для бешено работающего мозга? – Олег Адольфович уплетал борщ со сметаной за обе щеки.

Яна и Лебедев с интересом смотрели, как борщ со скоростью света исчезает в его постоянно жующем рту. Яна пила черный кофе, а Виталий Николаевич вымолил себе бокал пива и гренки в качестве закуски.

– Перелёт был лёгкий. Я же, как ты позвонила, сразу же в аэропорт. Даже билет не забронировал. Всё делал на месте. И вот повезло! Потом, уже здесь, долго слонялся по аэропорту, съел гамбургер, два хот-дога, картофель фри, всё равно хотелось есть. Ко мне подваливали какие-то странные личности и клянчили деньги на еду. Потом появились полицейские и меня вместе с ними замели и посадили в «бобик». В интересной компании я побывал!.. У троих чесотка, и у всех педикулёз. Один кашлял, как туберкулёзная собака, другой…

– Хватит, Олег! Я даже кофе сейчас выпить не смогу, – остановила его Яна.

– Может, тебе сходить на какую-нибудь санитарную обработку? – предложил Виталий Николаевич.

– Ладно-ладно. Умолкаю… – Олег Адольфович отставил в сторону пустую тарелку из-под борща и приступил к уничтожению котлет с картошкой и тушеной капустой.

– Хотела тебя спросить… – начала Яна. – Если человека убили несколько лет назад, а труп обнаружили недавно, а выглядит он так, словно умер вчера… Может такое быть?

Олег Адольфович усмехнулся.

– Значит, про вши за едой говорить нельзя, а про трупы можно? Теперь понятно, почему ты меня вызвала. Я бы сказал, что такого не может быть, но всегда и везде есть сюрпризы. Надо тело осмотреть. Может, его мумифицировали?

– Выглядел, как мы с тобой, на мумию точно не похож, – ответила Яна. – И труп ты не увидишь. Считай, что его нет. Но местный патологоанатом взял генетические образцы, и я успела их спрятать.

– По каким-то образцам, да еще не факт, что правильно взятым, я должен раскрыть преступление века? Причину загадочной смерти? – Олег Адольфович доел последнюю котлету.

– Что есть, то есть. Другого всё равно не будет, – вздохнула Яна.

– Захватил я с собой волшебный чемоданчик, – похлопал Олег Адольфович по своему видавшему виды портфелю. – Посмотрим, что можно вытащить из этой истории.

– Это тот, который у тебя отобрали, когда решили, что ты дурь бодяжишь и бомжам впариваешь? – засмеялся Виталий Николаевич.

– Что бы вы сейчас без моего чемоданчика делали? – хмыкнул Олег Адольфович.

Яна допила кофе и отодвинула чашку. Внимание ее привлек одинокий мужчина, коротающий эту ночь в не самой хорошей компании, а именно с бутылкой водки и бумажным стаканчиком.

– Мальчики, я на минутку, – сказала она своим спутникам и отправилась к соседнему столику.

– Арнольд Елизарович? А я смотрю, лицо знакомое… – Не спрашивая приглашения, Яна села к нему за столик.

– Яна? – вздрогнул тот. – Привет. Надеюсь, не надо сейчас никуда ехать и что-то исследовать?.. Да и не получится. Отстранили меня. А главврач намекнул, что вообще уволит… – грустно вздохнул патологоанатом.

Яна взглянула на бутылку, чтобы прикинуть степень опьянения.

– Сильно расстроился? Из-за этого пьёшь? – спросила она.

– Это фигня, то есть цветочки. Я полный идиот… – опустил голову Арнольд Елизарович.

– Я бы не сказала! – не согласилась с его оценкой Яна. – Вполне себе умный, воспитанный мужчина…

– Нет! Настаиваю!.. Я – полный козел. Как, впрочем, все мужики… Мне тут повезло. Встретил девушку, как в той песне, «полумесяцем бровь… любовь…». Конечно, вздрогнул, что она в инвалидной коляске!.. Но это фигня – сгладилось в первые же минуты общения. Ты же ее знаешь, Яна!

Яна поняла, что он пьянее, чем она изначально думала.

– Лора! Конечно, знаю! Мы с тобой вместе были у нее в гостях!

– Да, Лора! Мы потом общались каждый день. Может, это и недолго… Но дольше века длился день!.. Показалось, что мы знакомы всю жизнь. Я не хотел с ней расставаться!

– Так это же хорошо! Я в таких вещах никогда не ошибаюсь!.. Лоре ты очень симпатичен. Думаю даже, она влюблена в тебя. Но эти слова она должна сказать тебе сама. – Яна разговаривала с Арнольдом максимально спокойно и даже нежно.

– И у нас было… – доверительно признался Арнольд Елизарович.

Яна не знала, что на это ему сказать. Не могло же у них быть в постели всё так плохо, что мужик ушел в глухой депресняк!

Но Арнольд Елизарович добавил:

– Всё было прекрасно!

– Ну! Так что ты… – не понимала Яна.

– Не торопи меня… – перебил ее патологоанатом. – Заглянул я в кафешку перекусить. Я живу в престижном районе… Вот там, в кафе, случайно и встретил Эвелину. Даму удивительную во всех отношениях. Подсела ко мне за столик, была мила… Излишне мила! Мне бы сразу заподозрить… А потом ну просто настояла, чтобы подвезти меня на своей арендованной машине до дома. Я ж говорю, слабак! Уломала… Надо было жестче быть, принципиальнее! Нет, и всё! А я уже поплыл, кретин! Думаю, что мне с ней, драться, что ли? А когда к моему дому подъехали… Там, в машине, всё и произошло. Весь ужас в том, что Лора нас видела! Приехала ко мне, зная, что я вот-вот с работы вернусь. Привезла мне вкусной еды… А я же не привык к такому обращению, пошел ужинать в общепит как холостяк. Если бы не это чёртово кафе!.. Хотя какая разница, если я такой подонок? Кой дьявол дёрнул меня на измену? Смешно, да? Лора мне очень дорога, но Эвелина оказалась хитрее. Вот такой я донжуан хренов. – Залихватским движением Арнольд Елизарович закинул свою длинную тёмную чёлку назад.

Больше всего Яне было жалко, конечно, не своего друга, а Лору.

– А самое страшное знаешь что? – поднял он на нее мутные глаза и нетвердой рукой налил себе еще стакан, чуть ли не половину расплескав на стол.

«Чего же может быть хуже?» – подумала, но спросила Яна. Его откровения ее потрясли.

– Мне было так стыдно, так отвратительно!.. За себя… А Эвелина заметила помертвевшую Лору, вышла из машины, усмехнулась и просто, буднично так, сказала ей: «Не волнуйся, мне он не нужен. Смотреть на вас противно было!.. Сладкая парочка… А я в последнее время что-то квалификацию терять стала. Один отказал, другой… Я малость запаниковала даже. Но нет, могу еще!.. От моих чар никто не устоит, хоть холостой, хоть женатый, хоть влюблённый». Она так противно засмеялась! Боже! На Лору было страшно смотреть. Она же смотрела на меня и молчала. А что я? Даже сказать мне ей было нечего. Лора вызвала такси и уехала. Я, конечно, стал ей звонить, но она звонки сбрасывала, а потом и вовсе забанила. Я кинулся к ней домой и нарвался на пощёчину от ее мамаши.

– Заслужил!.. – бросила Яна.

– Совершенно согласен! Лора не хочет больше ни видеть меня, ни слышать. И это же справедливо. Я даже думаю…

– Ах, ты еще и думаешь? – язвительно удивилась Яна. – Правда?

– Шутка? Зачёт! – прищурился Арнольд Елизарович и направил на нее указательный палец, словно прицеливаясь. – Я думаю, что к этой истории подходят слова из песни: «Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло».

– Да ты у нас просто поэт-песенник, – съязвила Яна. – Дурак ты, глупый человек!

– Не понимаешь ты меня!.. В жизни каждый может совершить ошибку. Но надо же быть великодушной, дать человеку шанс исправиться, оправдать доверие. Ну да, я изменил Лоре. Я свинья, признаю. Но ведь с кем не бывает! Понимаю, совершил гнусность. А я ведь хотел ей предложение сделать.

Арнольд достал коробочку из кармана и открыл ее.

Яна посмотрела на кольцо и привычно оценила его. Для рядового патологоанатома, – а он явно не был миллионером, – Арнольд Елизарович купил очень дорогое и стильное украшение с крупным бриллиантом.

– Лоре бы понравилось… – зачем-то сказала Яна.

– Теперь не пригодится! – тяжело вздохнул неудачливый жених, закрыл коробочку и резко замахнулся, чтобы выкинуть.

Яна успела перехватить его руку.

Неожиданно появились Виталий Николаевич и Олег Адольфович.

– Э-э, мужчина! Поаккуратнее! Яна, с тобой всё в порядке? – спросил Лебедев. – Что вообще происходит? Сначала он тебе явно угрожал, затем замахиваться начал…

– Всё нормально, – успокоила всех Яна. – Арнольд, это коллега твой из Москвы, Олег Адольфович.

– Олег? Адольфович? – ахнул Арнольд Елизарович.

– А я вас узнал. Ведь мы несколько раз встречались. Конференции, семинары… Я запоминаю людей по надбровным дугам, носогубному треугольнику, – прищурился Олег Адольфович и посмотрел на коллегу, как художник смотрит на глыбу мрамора, от которой нужно отсечь всё лишнее. – Постойте! Постойте!.. Арнольд Елизарович, кажется?