Татьяна Луганцева – Бесплатный сыр для второй мышки (страница 39)
– То есть как «ничего»?
– Абсолютно ничего. Полная амнезия.
– Зато она помнит, кто она, и дискредитирует мужа, который ее к вам определил.
Профессор орлиным взором уставился на Яну, в глазах его сначала мелькнуло недоумение, а потом подозрение.
– Скажите, любезная, мы сейчас обсуждаем вашего мужа или какую-то Пушкину?
– А почему вы не хотите ответить на мой вопрос? Что я такого спросила?
Профессор встал из-за стола.
– Не нравится мне наш с вами разговор. Боюсь, я не возьму вашего Иосифа Леонидовича к себе в клинику, – вдруг сказал он, чем несказанно удивил всех присутствующих, особенно Олега Адольфовича.
Петров неожиданно посмотрел профессору в глаза и отчеканил:
– Как не возьмёте? Я больной человек! Типичный классический шизоидный тип с маниакальным поведением. Я не ошибаюсь. Вы же профессионал! Это абсолютно ваш профиль!..
Профессор пошёл красными пятнами.
– Вы кто?! Ах, вот оно что! Подставной! Я так и знал! Всё было так хорошо, что не могло оказаться правдой. Я вас не выпущу отсюда!
– А что вы сделаете? Нас, думаете, искать не будут? – усмехнулась Яна.
– Вы артисты, что ли? – успел только спросить профессор, как в коридоре раздался шум, и в кабинет ворвался следователь Архип Игоревич в сопровождении трех оперативных сотрудников.
– Всем оставаться на местах. Профессор, у меня тоже к вам масса вопросов.
Бледный профессор бессильно рухнул в кресло.
– Браво! Не думал, что из этого что-то выгорит. Но получилось! Удивительно! Яна Карловна, вы были бесподобны! – подлетел к Яне Марков. – Вам бы блистать на подмостках! – У следователя даже лысая голова блестела от радости, как диско-шар. Он повернулся к профессору. – Ваш разговор записан на плёнку. Вам придётся многое объяснить следствию.
На профессора было больно смотреть. Он остался в кабинете, а все остальные вышли в коридор.
– Я вас, Яночка, явно недооценил, – сказал Марков. – Нам бы таких сотрудников, с такой-то хваткой!..
– Вы уж угомонитесь, Архип Игоревич, а то меня уже и в театр записали, и в полицию. Мне и на моем месте хорошо. Я еще и зубы умею лечить. Только я теперь в замешательстве…
– В каком? Можно узнать? – спросил Данила, выходя из образа альфонса и застёгивая пуговицы на рубашке.
– Я думала, что когда полиция поймает Туза, то он расколется, и сразу всё будет ясно.
– Ты сомневаешься в доблестных сотрудниках?! – воскликнул Архип Игоревич. – И поймаем, и расколем!
– Этот психиатрический профессор верил каждому моему слову и соскочил только в конце, почувствовав неладное, – задумчиво проговорила Яна. – И это было тогда, когда я сказала, что Пушкину в клинику сдал муж. Профессор напрягся, сообразив, что не так уж я и осведомлена. А это означает только одно – Туз свою жену в психушку не упекал. Это сделал кто-то другой.
– И кто же? – спросил следователь.
– Я не знаю… – зябко передёрнула плечами Яна. – Но вы же можете спросить у профессора?
– Точно! – согласился следователь, не отрывая взгляда от накладной груди Цветковой.
Она посмотрела на устремлённые на нее мужские глаза и скомандовала:
– Вольно!
Глава восемнадцатая
Почему-то во всех городах, городках и иных населённых пунктах всегда можно узнать жилье губернатора, мэра и прочего начальства. Очень отличается это жилье от жилищ простых смертных – размахом замысла, метражом, качеством строительных материалов, ухоженным ландшафтом, охраняемой территорией. Сплошное богатство и успех. То ли к власти приходят исключительно богатые люди, то ли, придя во власть, они обязательно становятся богатыми…
Даже в таком отстойном, заброшенном месте, как Мозаик, мэр местного разлива, он же председатель Союза фермеров, господин Вольнов, смог удивить Яну показушным богатством и жуткой безвкусицей. Его дом-дворец был выстроен в непонятном стиле, вернее, в смешении стилей – что-то среднее между шале и фахверком с насильственным добавлением колонн и лепнины. Дорого-богато – вырви глаз. Перед фасадом дома стриг английский газон садовник, но сбоку предательски выглядывало подсобное хозяйство – грядки, теплички и прочая огородная ерунда.
На открытой веранде стояли-толпились гости и шумел самый настоящий праздник. Длинные столы ломились от яств. Народ пьянствовал, гулял, смеялся, пел песни. Неподалёку на четырех крытых мангалах колдовали над шашлыком два кавказца в длинных белоснежных фартуках.
Яна и Гордеев подошли к калитке узорной решётки и позвонили в дверной звонок. Их попросили назвать себя. Замок щёлкнул, и они вошли на участок мэра, ощущая себя участниками голливудской вечеринки на открытом воздухе. В идеальном черном костюме и белой рубашке Данила выглядел очень импозантно. А Яна была сама элегантность в ярко-синем шелковом платье на тонких бретельках, подпоясанном кожаным ремешком изумрудного цвета.
– Ты очень красивая! – искренне сказал ей Данила.
– Ты тоже ничего. Бледноват, правда, как граф Дракула, – ответила Яна, держа его под руку.
– О… Круто гуляют! Здесь даже девочки из Волжска… – отметил Данила.
– Не поняла…
– Проститутки. Собрали лучших по всем барам и саунам, – пояснил Данила.
– Откуда знаешь? Завсегдатай злачных мест? – удивилась Яна.
Данила рассмеялся.
– Ревнуешь? Очень рад! Я люблю тебя, Янка! – Он попытался притянуть ее к себе за талию.
– Данила! Прекрати! Ты что?! – вырвалась Яна. – Мы же договорились!
– Я ни о чем не договаривался! Я с ума схожу.
– Не нужно сходить с ума. Он тебе еще пригодится! Пойми, у меня другая жизнь.
– И где этот твой любимый человек? Я бы не отпустил тебя одну и так надолго.
– Он мне доверяет. Но получилось, зря. Да он вообще не знает, что я здесь! – рассердилась Яна.
– Доверяет и не проверяет?.. Понятно… А я буду всегда рядом! Да и ты откликнулась на мои чувства…
– Ты воспользовался моментом. Это нечестно…
– Здравствуй, Яна… – раздался голос, который вернул бы ее с того света.
Она повернулась и утонула в любимых темно-шоколадных глазах с загнутыми густыми ресницами. Родное лицо, губы и копна темно-каштановых волос.
– Мартин… – выдохнула она и рухнула бы на землю, если бы Данила не подхватил ее. – Что ты тут делаешь? – прошептала она.
– Хочу задать тебе тот же вопрос. Мать сказала, что ты уехала с Асей отдыхать. Видимо, это твоя версия, которую ты озвучила. Хорошо отдыхаешь! Активно. И что-то Аси я здесь не вижу.
– Мне сказали, что ты на задании. Я не тревожила тебя звонками. Ты тоже не звонил. Как ты тут оказался?
– Скажи своему… чтобы он прекратил тебя лапать! Или я сверну ему шею, – проговорил Мартин с угрозой.
Яна знала эту интонацию. Ничего хорошего она не предвещала.
Она отошла от Данилы.
– Это кто еще кому что свернёт… – спокойно отреагировал Данила.
Мартин рванул вперед, словно бык на корриде. Яна скользнула между ними с криком:
– Брек! Разойдитесь! Здесь не место для выяснения отношений.
– Кто этот мужик? – наступал Мартин.
– Мартин, нет! Пожалуйста! Он ранен! Он меня спас!..
– Откуда спас?
– Я тонула…
– О господи… – схватился Мартин за голову. – А почему он ранен?