Татьяна Логинова – Созвездие Андромеды (страница 8)

Постояв в нерешительности, он вернулся к себе. Виски больше не приносил облегчения – только усиливал чувство потерянности. Алексей закрыл глаза, и перед ним снова возникло то страшное лицо из машины. "Кто следующий придет за мной?" – прошептал он в темноту.

Глава 6. Тревожный день

Алексей ворочался на постели, как раненый зверь в клетке собственных страхов. Даже после того, как виски закончился, сон не приходил – вместо него в темноте танцевали силуэты, напоминающие то музейные артефакты, то бесконечно длинные пальцы водителя из черной иномарки. Каждый шорох за окном заставлял его вцепляться в подушку влажными ладонями, каждый скрип половиц отдавался в висках ритмичным эхом: "Ты-не-спря-чешься".

Перед глазами снова и снова всплывало то страшное лицо из машины – бледное, словно слепок из парафина, с вытянутыми чертами и неестественной улыбкой, будто кто-то приклеил к черепу резиновую маску из дешевого хоррора.

"Кто это был? Почему он хотел меня убить? Может это был обычный психопат, которому приспичило размазать бухгалтера по асфальту?" – мысли бились в черепе, как летучие мыши в сводах пещеры.

Под утро, когда серые лучи пробились сквозь жалюзи, он наконец провалился в тяжелый, беспокойный сон.

Звонок будильника вонзился в мозг, как раскалённая спица. Алексей застонал, поднимаясь с кровати – тело ныло так, будто всю ночь его использовали вместо боксёрской груши. В зеркале его ждало бледное, осунувшееся лицо с темными кругами под глазами – точь-в-точь как у призрака из детских страшилок.

– Черт… – прошептал он, проводя рукой по щетине.

Пока бритва скользила по коже, мысли крутились вокруг вчерашнего происшествия.

"Это была не случайность. Кто-то действительно пытался меня убить. Но за что?" – Алексей вдруг ясно представил, как его жизнь стекает в канализацию вместе с пеной и щетиной.

Кофе, сваренный второпях, оказался горьким и обжигающим. Рот тут же скривился – напиток был отвратителен, но другого способа проснуться не оставалось. Первый глоток обжег язык, второй заставил содрогнуться, зато третий наконец прочистил мозги.

"Хоть бы сегодня без сюрпризов", – подумал он, натягивая пиджак

В метро все выглядело обычным, если не считать, что тени между вагонами двигались странно – не синхронно с поездом, а будто по собственной прихоти. Алексей ловил на себе слишком много взглядов: старушка с авоськой, полной лука, вдруг замерла, уставившись на него стеклянными глазами; подросток в наушниках нервно заерзал, когда их взгляды встретились.

"Паранойя – отличный спутник для потенциального самоубийцы", – мысленно съязвил он, но пальцы сами сжали поручень так, что побелели костяшки.

Офис встретил его непривычной тишиной, словно кто-то выключил звук в мыльной опере. Коллеги перешептывались у кулера, бросая тревожные взгляды в его сторону.

Алексей прошел на свое место. Сегодня его стол казался чужим – компьютер моргал мертвым синим глазом, стопка документов лежала под странным углом, будто кто-то листал их ночью. Мужчина сел за компьютер и попытался сосредоточиться на работе. Но цифры в отчетах расплывались перед глазами, а пальцы то и дело дрожали.

"Соберись, черт возьми. Это просто стресс. Никто не пытался тебя убить. Это просто…"

Мысль оборвалась, когда он заметил, как Петр смотрит на него слишком пристально.

– Что? – резко спросил Алексей.

– Ничего, – Петр быстро отвернулся.

Атмосфера в офисе была натянутой, как струна. Даже привычный гул принтеров и разговоров казался приглушенным.

После обеда Алексей вернулся к рабочему месту, но сосредоточиться не получалось. Вдруг за его спиной раздался легкий кашель.

– Не помешаю? – Маша стояла с чашкой кофе, ее ногти сегодня были цвета запекшейся крови, а помада – на два оттенка ярче, чем дозволял дресс-код.

Алексей мысленно вздохнул. За пять лет ее облик не изменился ни на йоту – все те же кукольные черты, будто выточенные на 3D-принтере: губы-полумесяцы, налитые силиконом; брови-ниточки, застывшие в вечном удивлении; грудь, торчащая как носовая часть крейсера. Единственное, что выдавало в ней нечеловеческое – это глаза. Слишком блестящие. Слишком… неподвижные.

– Работаю, – буркнул он, делая вид, что проверяет отчет.

Она присела на край стола, нарушая все нормы личного пространства. Юбка задралась, обнажив ноги – идеальные пластиковые конечности манекена.

– Ты знаешь, мы с ребятами заметили… – ее голос был сладким, как испорченный мед, – ты в последнее время какой-то странный.

Ее пальцы постукивали по картонному стаканчику. Алексей вспомнил их первый разговор – тогда она "случайно" облила его латте, предлагая помочь снять рубашку. А потом тот ужасный вечер на корпоративе, когда она не давала ему прохода.

Мужчина почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

– О чем ты?

– Ты же чувствуешь, – она наклонилась так близко, что он разглядел странный желтый отблеск в ее зрачках. – что мир… не такой, каким кажется?

Ее рука легла на его плечо. Прикосновение было ледяным, несмотря на душное помещение офиса. Пальцы сдавили мышцы с силой, несоразмерной хрупкому телу.

– Маш, я… – он попытался вырваться, но тут зазвонил мобильный.

"Кто это может быть?"

На экране – незнакомый номер.

– Алло?

– Алексей? – голос в трубке показался знакомым, но неестественно хриплым. – Это… Мирон.

Сердце пропустило удар. Алексей краем глаза заметил, как Маша напряглась – ее ногти впились в картонный стаканчик, продырявив его.

"Откуда у него мой номер? Мы же только познакомились…"

– Извини за звонок, – продолжал сосед, и в голосе слышалась странная слабость. – Я… не знаю, к кому еще обратиться.

– Что случилось?

– Температура под сорок, в аптеку сходить не могу. – На другом конце провода раздался болезненный кашель. – Если бы ты мог купить лекарства…

Алексей машинально схватил ручку.

– Какие именно?

Пока Мирон перечислял препараты, Маша следила за движением ручки, ее ноздри дрожали, словно она учуяла добычу.

– Хорошо, зайду после работы, – пообещал он, чувствуя странное облегчение от того, что есть причина уйти.

Когда разговор закончился, Маша встала. Ее движения были слишком плавными, как у марионетки на невидимых нитях.

– Друзья зовут на помощь? – ее улыбка стала острой, как лезвие.

– Коллега по старой работе, – соврал Алексей, пряча телефон в карман.

Она задержала на нем взгляд чуть дольше необходимого.

– Осторожнее с… новыми знакомыми, – прошипела она, затем развернулась и ушла, оставив после себя запах чего-то горького, похожего на полынь.

Алексей ждал, пока ее каблуки перестанут цокать в коридоре, прежде чем достать дрожащие руки из-под стола. На ладони краснели полукруглые отметины – отпечатки его ногтей.

"Что-то не так с ней. Что-то не так со всем этим…"

Но одно он знал точно – сегодня вечером ему нужно проверить, что случилось с соседом.

Аптека встретила Алексея ярким неоновым светом и резким запахом лекарств. Пока фармацевт собирала заказ, он просматривал список:

– Кеторол (сильное обезболивающее)

– Эластичный бинт

– Гепариновая мазь от синяков

– Жаропонижающее

– Противовоспалительные таблетки

"Это не просто простуда… Такое берут после серьезных травм", – подумал Алексей, чувствуя странное беспокойство.

На улице уже сгущались сумерки. Подъезд встретил его полной темнотой – свет во всем доме почему-то не работал. Пришлось подниматься по лестнице, держась за перила и подсвечивая себе телефоном.

Пальцы дрожали, когда он нажимал кнопку звонка. Из-за двери донесся приглушенный стон, затем шаркающие шаги.

– Кто там? – голос Мирона звучал неестественно хрипло.

– Это я. Принес лекарства.