Татьяна Лив – ХУДШИЙ ПИРАТ ГАЛАКТИКИ (страница 6)
— Форсаж? — Зара нахмурилась. — КАРЛ, двигатели в таком состоянии выдержат?
— Вероятность критического отказа — двадцать семь процентов. Вероятность частичных повреждений — шестьдесят один процент. Вероятность того, что мы доберёмся целыми и невредимыми…
— Дай угадаю, — перебил Макс. — Около нуля?
— Двенадцать процентов. Я оптимист.
Зара посмотрела на Макса.
— Твоё решение, капитан.
Макс потёр лицо.
— У нас есть выбор? Летим на форсаже. Авось повезёт.
— Если не будем маневрировать и отключим второстепенные системы — топлива хватит, — добавил КАРЛ.
— Второстепенные это какие? — спросил Макс.
— Горячая вода, отопление в жилых отсеках, развлекательный модуль…
— У нас есть развлекательный модуль? — удивилась Зара.
— Был. Сгорел три месяца назад. Я просто перечисляю для полноты картины.Макс поднялся в рубку, плюхнулся в капитанское кресло.
— Ладно. Глок, проложи курс. Зара, готовься к старту. Бритва…
— Я пойду помолюсь, — сказал робот.
— Ты робот.
— Но я нашёл веру.
— В кого?
— Пока не решил. Рассматриваю буддизм.
Макс махнул рукой.
— Делай что хочешь. КАРЛ, запусти двигатели.
Станция начала отдаляться. Огни «Помойки» мигали в темноте космоса, как костёр в ночи.
— КАРЛ, — тихо сказал Макс, глядя в иллюминатор, — как думаешь, мы справимся?
ИИ помолчал.
— Честно?
— Честно.
— Нет. Мы обречены. Рано или поздно эта авантюра убьёт нас.
Макс усмехнулся.
— И что мне делать с этой информацией?
— Ничего. Просто… наслаждайся процессом, пока можешь. Это всё, что у нас есть.
Макс посмотрел на звёзды за окном. На бесконечную, равнодушную чернотуюпустоту. Где-то там, в двадцати тысячах световых лет, была Земля. Дом, который он бросил. Жизнь, от которой сбежал.
А здесь — корабль-развалина, экипаж из неудачников, опасная работа и почти нулевые шансы на успех.
И всё же…
Макс улыбнулся.
— Ты прав, КАРЛ. Наслаждаемся процессом.
Двигатели взревели. «Сокол-М» устремился в глубины чужого космоса, к планете с непонятным грузом, навстречу неизвестной опасности.
И Макс Коваль, худший пират галактики, впервые за долгое время почувствовал себя живым.
Глава 3. Двадцать два часа до катастрофы
Глава 3. Двадцать два часа до катастрофы
Форсаж включился с звуком, который Макс мог описать только как «умирающий кит в мясорубке».
Корабль содрогнулся. Стены завибрировали. Где-то в недрах «Сокола» что-то громко лязгнуло, и из вентиляции повалил дым.
— Это нормально? — крикнул Макс, вцепившись в подлокотники капитанского кресла.
— Определяй «нормально», — ответила Зара, судорожно нажимая кнопки на панели управления. — Если ты имеешь в виду «мы ещё не взорвались» — то да!
— КАРЛ, доклад!
— Двигатели работают на сто тридцать процентов номинальной мощности, — монотонно сообщил ИИ. — Температура критическая. Вибрация превышает допустимую в четыре раза. Обшивка трескается в семи местах. Хорошего полёта.
— Сколько мы так продержимся?
— По моим расчётам… — пауза, — …сложно сказать. От двадцати двух часов до двадцати двух минут. Зависит от везения.
— У нас никогда нет везения, — пробормотала Зара.
— Вот именно, — согласился КАРЛ.
Макс глубоко вздохнул и откинулся в кресле. Звёзды за иллюминатором превратились в размытые линии — эффект релятивистской скорости. Красиво. Жаль, что смертельно опасно.
— Глок, — позвал он штурмана, — как там маршрут?
Глок сидел над навигационной консолью, все три глаза вращались в разные стороны. Он что-то быстро нацарапал на экране когтистым пальцем.
— Кххррр-щёлк… тррр-ККК.
— КАРЛ?
— Он говорит: маршрут проложен в обход гравитационных ям. Но впереди метеоритное поле. Нам придётся пройти через него или сделать крюк на четыре часа.
— Четыре часа у нас нет, — Макс посмотрел на Зару. — Ты сможешь провести нас через метеориты на этой скорости?
Зара побледнела.
— Макс, я… на форсаже корабль почти не слушается управления. Один неверный манёвр — и мы превратимся в фарш.
— Но ты же лучший пилот, которого я знаю.
— Я ЕДИНСТВЕННЫЙ пилот, которого ты знаешь!
— Технически это делает тебя лучшим.
Зара уставилась на него. Потом расхохоталась — истерично, на грани срыва.
— Мы все умрём, — сказала она сквозь смех. — Все. Умрём.
— Возможно, — кивнул Макс. — Но не сейчас. Веди через поле.
Зара вытерла слёзы, глубоко вдохнула и положила руки на штурвал.