Татьяна Лив – ХУДШИЙ ПИРАТ ГАЛАКТИКИ (страница 23)

— Она была моей дочерью. Теперь она — беглянка. Проблема, которую я предпочитаю не решать.

Макс чувствовал, как внутри поднимается что-то горячее. Злость. Или отвращение. Или то и другое.

— Вы объявили за неё награду! Пятнадцать миллионов! Вся галактика её ищет!

— Разумеется, — кивнул Таллон. — Я должен выглядеть обеспокоенным отцом. Политика. Но если кто-то её найдёт... — он чуть наклонил голову, — ...я не буду спешить забирать.

— Вы хотите, чтобы её поймали охотники?

— Я хочу, чтобы она поняла: в этой галактике нет места, где можно спрятаться от последствий.

Макс стиснул кулаки.

— Она семнадцатилетняя девочка.

— Она наследница империи. Это больше, чем возраст. — Таллон откинулся в кресле. — Капитан Коваль, я дам вам совет. Бесплатный. Отвезите её, куда она просила. Получите свои деньги. Забудьте. Если попытаетесь вмешаться — мои люди найдут вас. И результат вам не понравится.

— А если я сдам её за награду?

— Вас опередят. Охотники уже в пути. Профессиональные. Не чета вам.

Макс молчал. Кулаки побелели.

— Вы чудовище, — сказал он.

Таллон впервые шевельнул лицом — еле заметная усмешка, холодная, как поверхность мёртвой звезды.

— Я император, — ответил он. — Хорошего полёта, капитан.

Экран погас.

Макс сидел в тишине. Руки тряслись. В висках стучало.

— КАРЛ, — хрипло сказал он.

— Да?

— Он... серьёзно?

— Абсолютно, — ответил ИИ. Голос был тише обычного. — Я проанализировал его мимику, тон, паттерны речи. Он не блефовал. Ему действительно всё равно.

— Как отцу может быть всё равно?

— Не знаю. Я ИИ. У меня нет детей. У меня вообще ничего нет, кроме депрессии и треснувшего реактора. Но даже мне это кажется... неправильным.

Макс встал. Ноги не держали — он схватился за спинку кресла.

— Никому не говори, — сказал он. — Особенно ей.

— Понял, — ответил КАРЛ.

Макс вышел из рубки. Коридор. Тусклый свет. Капает охлаждающая жидкость — кап, кап, кап.

У двери каюты он остановился. За дверью — тишина. Лира спала. Или не спала.

Он пошёл дальше. В грузовой. Сел на пол, прислонился к стене. Закрыл глаза.

Семнадцатилетняя девочка. Сбежала от отца, которому на неё плевать. Наняла охотницу, спряталась в контейнере, доверилась банде неудачников на корабле-развалине. Потому что больше некому.

Бритва заглянул в отсек.

— Капитан?

— Да?

— Вы в порядке?

Макс открыл глаза. Посмотрел на робота. Два метра металла, который читает Толстого и чинит трубы. Который убил триста сорок семь существ и теперь боится раздавить жука.

— Бритва, — сказал он, — мы довезём её. Что бы ни случилось.

Робот помолчал. Потом кивнул.

— Да, капитан.

Бритва посмотрел на него долго.

— Как скажете, капитан.

Из коридора донёсся голос Лиры:

— Макс?

Он вздрогнул. Она стояла в дверях грузового отсека. Босая, в майке Зары, волосы спутаны. Глаза — зелёные, сонные.

— Почему ты сидишь на полу? — спросила она.

— Думаю, — ответил он.

— О чём?

— О стабилизаторе. Он отвалился.

— Это плохо?

— Немного.

Лира прислонилась к косяку. Посмотрела на него — внимательно, как будто пыталась что-то прочитать на его лице.

— Ты звонил кому-то, — сказала она.

Макс замер.

— С чего ты взяла?

— Я слышала, как КАРЛ устанавливал связь. Стены тонкие.

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

— Я... связывался с Рен, — соврал он. — Уточнял координаты "Убежища".

Лира смотрела на него. Долго. Макс держал взгляд — хотя это стоило усилий.

— Ладно, — сказала она наконец.

Она не поверила. Макс это видел. Но она не стала спорить. Просто повернулась и ушла обратно в каюту.

Дверь закрылась. Медленно, со скрипом.

— Она не поверила, — тихо сказал КАРЛ.

— Знаю.

— И рано или поздно узнает.

— Знаю.

— И тогда будет хуже.