Татьяна Лисицына – Я не могу проиграть! (СИ) (страница 33)

Следующий охранник, услышав фамилию Сергея, долго водил пальцем по спискам:

— Не разрешено Ковалёву свиданий, — буркнул он.

— Почему это? — начал разбираться Андрей, а я молча полезла в сумку. Мои сомнения, что здесь я увижу что-то иное, уже исчезли: везде действовал один единственный закон.

Молоденький парень ловко схватил мой заранее заготовленный чистый лист бумаги с купюрой внутри и отработанным движением убрал в ящик стола.

— Если только в виде исключения. Пятнадцать минут, пока начальство не нагрянуло.

Нас провели в комнату для свиданий. Надзиратель проинструктировал нас и ушёл за Сергеем. Медленно тянулись минуты, наконец, дверь открылась, и надзиратель буркнул:

— Пятнадцать минут.

Мы смотрели друг другу в глаза. Я заметила, что Сергей похудел, осунулся, под глазами залегли тёмные круги, но таким он мне показался ещё роднее. Он первым сделал шаг ко мне, и мы обнялись.

— Милая моя девочка, — он покрывал поцелуями моё лицо. Я почувствовала, что сейчас расплачусь и отстранилась. Тогда он просто взял меня за руку.

— Тебе не нужно сюда приходить.

— Но я пришла, — сказала я шёпотом и снова прижалась к нему, пытаясь скрыть слёзы.

Он погладил меня по волосам.

— Ну не надо, я этого не стою.

Мы простояли бы так всё отпущенное нам время, но Андрей, до этого молча стоявший в сторонке, наконец, заметил себя.

— Ну, хватит же ребята! У нас всего пятнадцать минут.

— Спасибо, что пришел! — Андрей протянул ему руку.

Все сели на стулья, мы, по-прежнему не сводили друг с друга глаз.

Андрей постучал по столу.

— Я понимаю ваши чувства, но нам многое нужно обсудить. Я так тронут, что сейчас расплачусь, а последний раз я плакал, когда мне было лет пять. Но к делу. Сергей, тебе нужен хороший адвокат, для этого нужны деньги.

— А зачем мне адвокат? — неожиданно спросил он.

— Тебе светит лет десять!

— Годом меньше, годом больше, тюрьмы всё равно не избежать. Может лучше пустить деньги на дело?

— Ну, ты вообще?! Ты что совсем умишко тронулся? — возмутился Андрей. — Неделя в камере — и ты сдался? Руки опустил? Или тебе здесь нравится?

— А что? Кормят, поят, компания, — улыбнулся Сергей.

— Прекратите! — спокойно сказала я. — Завтра поговорю с адвокатом, визитку которого ты мне дал. Возможно, он возьмётся за оба дела и сделает нам скидку.

— Согласен, — спокойно сказал Сергей, но с одним условием.

Мы удивлённо посмотрели на него, а Андрей иронично добавил:

— Посмотрите на него! Он даже здесь условия ставит.

— Это хорошее условие, — сказал Сергей и посмотрел на меня. — Я хочу заплатить за оба дела сразу. — Это самое маленькое, что я могу для тебя сделать, и я прошу принять это от меня.

— А если я откажусь? — с интересом спросила я.

— Значит, не надо мне никакого адвоката.

— Это шантаж! — сказала я.

— Конечно, — Сергей улыбнулся. — Ты же имеешь дело с преступником.

— Ладно, будь, по-твоему, — согласилась я.

— Умница, — бросил он мне, — ты всё понимаешь правильно. Я позже расскажу тебе, как связаться с человеком, у которого мои деньги.

Вошёл надзиратель.

— Свидание окончено.

Сергея увели, мы уныло поплелись к выходу. Похожее чувство я испытывала после посещения психушки первый раз: отчаяние, боль за близкого человека и страстное желание помочь.

— Что думаешь обо всём этом? — нарушил моё молчание Андрей.

— Сначала надо созвониться с адвокатом. Как ты думаешь, он сможет его вытащить?

— Не думаю, Вика, — покачал головой Андрей. — Кажется, сейчас он сел крепко. Кончилась его красивая жизнь. Я никогда не верил в лёгкие деньги, это всегда криминал. А ты всё-таки подумай, зачем он тебе? Может, отойдёшь в сторонку?

— Ни за что. Мой папа учил меня помогать людям. Ты только подумай, у него же кроме нас никого нет. А потом время покажет: расстаться нам или вместе быть.

— Ты молодец, — похвалил меня Андрей. — В тебе есть стержень. Ты никогда не отступаешь.

— Стараюсь, но иногда бывает, — я посмотрела на часы. — Слушай, подвезёшь к школе, а то я опаздываю? Сегодня договорилась с физичкой — контрольную писать.

— Ты что, ещё успеваешь в школе учиться? — удивился Андрей.

— Да, сдаю экстерном. Мамина подруга уговорила закончить десятый класс.

— Просто обалдеть, — он покачал головой. — А зачем тебе учиться, если ты уже столько зарабатываешь?

— Учиться нужно всегда, так папа мой говорил.

Я взяла сумку и повернулась к нему:

— До встречи вечером в подвале?!

Вид у Андрея был озадаченный: я никогда не рассказывала о школе.

— Успехов в школе, — он шутливо покрутил пальцем у виска.

На следующий день я отправилась к адвокату. К походу готовилась особенно тщательно, чтобы произвести хорошее впечатление. Слегка подкрасилась, сделала строгую причёску и надела новый фирменный брючный костюм с белой блузкой. Покрутившись перед зеркалом, осталась довольна. Я выглядела именно так как хотела: скромно и по-деловому. Я быстро добралась до конторы, которая находилась в большом сером здании рядом с кинотеатром на Пушкинской.

Контора Венского Ивана Сергеевича производила приятное впечатление. Массивная мебель подобрана со вкусом и гармонировала с окрашенными в темно-зеленый цвет стенами. Венский чем-то напомнил мне гномика. Возможно, маленьким ростом. Симпатичная секретарша принесла нам кофе. Я старалась держаться уверенно, но прищуренные глазки адвоката буравили меня насквозь, заставляя вжиматься в кресло. Усилием воли я заставила себя выпрямиться и положила ногу на ногу. В конце концов, я здесь клиентка и нечего на меня так смотреть.

— Давно у меня не было таких приятных посетительниц, — сказал он неожиданно. — Вы напомнили мне мою дочь, которая сейчас за границей. Рассказывайте, я слушаю.

— Мне порекомендовал обратиться к вам Сергей Ковалёв, — начала я. — Вы его помните?

— Да, конечно. Очень амбициозный молодой человек, не лишён обаяния или, как модно говорить, харизмы. Мне не нравился его род деятельности, но каждый волен выбирать сам.

— Боюсь, вы правы, — согласилась я с ним. — У него большие неприятности, его арестовали.

— Боже правый! — брови Венского поползли вверх, придавая ему комичный облик. — Хотя я знаю, всё это было не вполне законно. Он уже привлекался один раз, вы знаете? — спросил он.

Я покачала головой.

— Но это была сущая ерунда, мы выстроили хорошую защиту, нашли свидетелей, разыграли всё как по нотам, и он вышел сухим из воды.

— Значит, вы можете и сейчас помочь ему? — обрадовалась я.

— Пока не знаю. Рассказывайте.

Я коротко изложила суть дела.

Венский слушал меня, не перебивая, по-прежнему не сводя с меня глаз, но меня это уже не беспокоило, я прониклась к нему симпатией.