Татьяна Лисицына – Цветок на ветру (СИ) (страница 15)

— Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь?

— Да нет, мы просто поговорили, — пробормотала Зоя, отворачиваясь в сторону.

Диана Дмитриевна набросилась на Руслана:

— Руслан, ну разве можно так?! Зоя сегодня первый день без температуры. Неужели нельзя оставить выяснения отношений до лучших времён. Посмотри на неё, она еле на ногах держится. Как тебе не стыдно? Она же кормит ребёнка, ей нельзя волноваться.

— Что я слышу?! — ехидно начал Руслан, уперев руки в бока. — Диана Дмитриевна, неужели вы снизошли до того, чтобы обратить внимание на дочь? Мне кажется, до сих пор вы этим не интересовались, а занимались только вашей любовью.

— Так вы опять это обсуждали? — спросила Диана Дмитриевна.

— А у нас до сих пор актуален этот вопрос, — не унимался Руслан. — Я и сказал Зое только то, что не желаю вас больше видеть. Вы мне противны.

— Знаешь что, дорогой мой, — презрительно сказала Диана Дмитриевна, — это моя квартира, а вот ты здесь, по-моему, лишний. Так что — вон!

— Мама, да что ты такое говоришь? Зачем ты его выгоняешь из дома? Он же отец моего ребёнка! — закричала Зоя, появившаяся в дверях с малышом на руках.

— Иди в комнату! — крикнула Диана Дмитриевна с перекошенным от ярости лицом. — Нашей девочке не нужен такой отец!

— Ах, так! — подступил Руслан. Зое показалось, что он сейчас ударит, но она не могла двинуться с места и только крепче прижала к себе Катю. — А моей дочери не нужна бабушка — шлюха!

Диана Дмитриевна с перекошенным лицом закричала:

— Убирайся вон!

Руслан снова надел куртку и кинул злой взгляд на бледную стоящую в дверях жену.

— Пожалейте вашу дочь, — тихо сказал он Диане Дмитриевне и закрыл за собой дверь.

Зоя устало опустилась на диван, по-прежнему держа Катеньку на руках. Слёзы застилали ей глаза, и её трясло, как в лихорадке. Как он мог так оскорбить маму? И как мама могла выгнать его из дома? Ей было стыдно за них обоих, и она отчётливо понимала, что это конец. После такого не живут вместе, во всяком случае, не живут так, как она мечтала. Эта сцена, так же как и вся эта история любви двух взрослых немолодых людей всегда будет стоять между ними, и уже ничего не будет по-прежнему. У Руслана была одна единственная возможность спасти их брак, это их понять или простить, и сконцентрироваться на своей семье. А он, восприняв причуды взрослых, как личную обиду, нанесённую ему и его матери, позволил ситуации взять верх над их отношениями.

Когда мама вошла в комнату, Зоя не могла поднять на неё глаз, ей даже казалось, что она вообще теперь не сможет смотреть никому в глаза. Но Диана Дмитриевна вела себя, как ни в чём не бывало, только на щеках горели два красных пятна.

— Не переживай, — она села рядом с Зоей. — Он тебя не стоит. Полнейшее ничтожество.

И ты ещё уверяла меня, что он любит тебя? Да разве так себя ведут, когда любят?! У него чудесная жена, ребёнок родился, а он… — она махнула с досады рукой. — Даже говорить о нём не хочу.

— А что мне делать? — спросила Зоя, особенно не ожидая никакого совета.

— Как это что? Воспитывать ребёнка. Посмотри, какая у тебя девочка хорошая. Ты молодая, красивая, можешь снова выйти замуж.

— Но ведь никто не заменит моей дочери родного отца.

— Ну я же тебя вырастила без отца и ничего. И ты справишься. Все лучше, чем так жить.

Глава 10

Руслан вернулся поздно вечером, когда Диана Дмитриевна уже уехала, а Зоя собиралась искупать малышку. На этот раз всё обошлось без выяснения отношений, муж стал помогать Зое по хозяйству и даже погладил пелёнки. Потом, уложив Катю спать, они посмотрели телевизор и легли. Несмотря на усталость, Зоя долго не могла уснуть, думала, как сложатся их отношения дальше и как тяжело переносить, что два самых близких человека стали врагами.

На следующий день позвонила Надежда Ивановна, она тоже хотела увидеть внучку, к которой её не пускали под предлогом Зоиной болезни. Скрепя сердце, Зоя согласилась её принять, чтобы не усугублять сложившуюся ситуацию. В глубине души Зоя затаила обиду на свекровь за то, что она посеяла вражду в их семье. Ведь это она рассказала Руслану о романе между Дианой Дмитриевной и его отцом. Зоя прекрасно понимала, что пока Катя маленькая, ей не обойтись без Руслана и лишние скандалы в доме ни к чему не приведут. Но весь вечер, когда при свекрови держалась угрюмо и едва ли сказала несколько фраз. Хотелось, чтобы Руслан на собственной шкуре почувствовал, каково это, когда к твоей матери плохо относятся. Когда Надежда Ивановна удалилась, Руслан сказал Зое:

— Ты могла бы вести себя повежливее. Она не так часто нас навещает.

— Скажи спасибо, что я вообще приняла её после того, что ты вчера устроил, — буркнула Зоя.

— Да что ты имеешь против неё? — вскипел Руслан. — Она не сделала тебе ничего плохого.

— Ты забыл про тот звонок?! Она могла бы и вовсе ничего тебе не рассказывать, если бы хотела, чтобы у нас с тобой были хорошие отношения.

— Зоя, ты всё ставишь с ног на голову, — раздражённо заметил Руслан. — Всё равно бы это вышло наружу. Какая разница, кто об этом сказал?

— Есть разница, — Зоя закусила губу. — И, вообще, знаешь что, мой дорогой муженёк, если ты не хочешь видеть мою мать, то я запрещаю появляться здесь твоей.

— Ты сумасшедшая! — заорал Руслан. — Она бабушка, она имеет право.

— Так же как и моя, — пожала плечами Зоя и улыбнулась. Ей удалось сделать ему больно, и ей, по характеру достаточно мягкой и доброй, понравилось это ощущение. Руслан обиделся и не разговаривал с ней до вечера, но Зое уже было всё равно. Пусть тоже страдает, не всё же ей одной. Она уложила Катю спать и вышла на улицу, чтобы в одиночестве придумать, как же ей теперь жить. Царила весна: на Тверском бульваре целовались на скамейках парочки, у фонтана у Макдональдса веселилась молодежь, и никому не было дела до тоски в душе у Зои.

Их отношения рушились с каждым днём, и если раньше Зоя пыталась уговорить Руслана и смолчать, то теперь высказывала всё, что думает. Она потеряла к нему интерес, как к мужчине, и он даже стал её раздражать, когда был рядом. Больше она не пыталась никого помирить и не надеялась на лучшее, а целиком ушла в воспитание ребёнка и написание диплома в институте. И хотя Зое и не нравилась такая жизнь, она не собиралась пока ничего менять. В ней погас какой-то внутренний огонёк, который делал её живой и энергичной. Она чувствовала материальную зависимость от Руслана и понимала, что пока Катя не подрастет, она не сможет выйти на работу.

Когда Руслана не было дома, Диана Дмитриевна приезжала, чтобы посидеть с внучкой, и Зоя посвящала эти часы себе. Ходила по магазинам, гуляла, готовилась к защите дипломного проекта. С грустью Зоя заметила, что её отношение к маме изменилось, она больше не относилась к ней с тем обожанием и теплотой, как раньше. Наверно, это было следствием того, что в самый тяжёлый момент её жизни, Диана Дмитриевна не смогла поддержать её. А ведь самое тяжёлое досталось Зое. Это она провела долгие часы, успокаивая и уговаривая Руслана. Не спала ночами и плакала, потому что больше не верила ему, а она уже была беременной и не могла ничего изменить. И самое обидное было то, что она ошиблась сразу в них двоих.

Как-то раз Зоя вышла из института вместе с Марьяной, которая рассказала ей о том, что вчера она встретила Юру в метро.

— Ну и где он сейчас? — живо спросила Зоя.

— Перевёлся на вечерний и работает. Спрашивал о тебе, я сказала, что ты родила ребёнка. Он побледнел, пошатнулся и упал бы на рельсы под поезд, если бы я его не поддержала.

— Подожди, он же видел меня, когда я была уже на восьмом месяце. Не заметить мой живот было невозможно.

Марьяна весело рассмеялась, и её раскосые глаза превратились в щёлочки.

— Представляешь, он не заметил!

— Не заметил?!

— Да, мы вспомнили с ним эту встречу. Оказывается, наш Ромео смотрел тебе в глаза.

— Как же слепы мужчины! — воскликнула Зоя.

— Он сказал, что обязательно должен увидеть твоего ребёнка, иначе не поверит. Так что жди звонка. По-моему он по-прежнему в тебя влюблён.

— Я с удовольствием встречусь с ним, — улыбнулась Зоя. — Приятно осознавать, что меня хотя бы кто-нибудь любит.

Марьяна знала об их ссорах с Русланом, но Зоя до сих пор не могла открыть ей истинной причины. Руслан умудрился внушить ей, что это очень стыдно и непорядочно, и она не хотела, чтобы ещё и подруга осуждала Диану Дмитриевну. Если бы она могла она выкинуть всё это из головы, но Руслан не давал ей такой возможности, слишком часто напоминая об этом по любому поводу.

— Как у тебя с Русланом? — спросила Марьяна.

— Лучше не спрашивай. Даже не помню, когда мы с ним, не то, что были близки, а вообще куда-нибудь ходили вместе. Мы просто живём рядом.

— Ну, кто бы мог подумать?! А он казался таким в тебя влюблённым. Может, и зря тогда ты не отменила свадьбу? — вспомнила Марьяна. — А я ведь уговаривала тебя, думала: с Русланом у тебя будет все хорошо.

— Успокойся, ты ни в чём не виновата. Никто не мог ничего знать. Зато у меня есть самая замечательная дочка на свете, — огорчение на лице Зои сменилось тёплой улыбкой.

— Твоя Катюшка прелесть! — тоже улыбнулась Марьяна.

— У нас очень много разных достижений: мы уже сидим, играем в мячик, пытаемся вставать и говорим «мама» и «папа».