Татьяна Лисицына – Помощь призрака (страница 15)

– Надеюсь, ты не думаешь, что я осталась здесь, чтобы комедию ломать?

– Нет, Лиза, успокойся. Просто я боюсь за тебя.

Ответить я не успела. В кармашке сумки пропел мобильный. Сняла трубку.

– Тебе последнее предупреждение, слышишь? Убирайся отсюда, иначе окажешься на том свете, так же как и твой родственничек.

– Кто это? – сдавленным голосом спросила я.

– Тот, кто тебе добра желает.

– Лиза, что с тобой? Ты побледнела. Кто звонил? – Эмиль с тревогой вглядывался в моё лицо.

– Никак не могу понять, тот же голос или нет. Такое впечатление, что он закрывает рот салфеткой. Значит, боится, что его узнают, – рассуждала я дрожащим голосом. – Похоже, кого-то беспокоит мое расследование.

– И как часто ты получаешь такие предупреждения? – встревожено спросил Эмиль.

– Третий раз. Первый был в день убийства Андрея, второй – неделю назад.

– Тебе нужно возвращаться домой.

– Нет, я должна довести дело до конца.

– Послушай, Лиза, – Эмиль взял мою ледяную руку. – Я понимаю, что ты любила Андрея. Его все любили. Мне тоже его не хватает. Уж, такой он был человек. Но ты только напрасно подвергаешь себя риску. Если уже ты очень хочешь участвовать, найми частного детектива и уезжай. Вернёшься, когда всё закончится.

Мне удалось восстановить сбившееся дыхание. Только коленки еще противно дрожали.

– Если идут звонки, я на правильном пути? Значит, кто-то меня боится?

– Лиза, это не имеет значения. Выбрось из головы идею, что ты можешь найти убийцу и уезжай.

– Я не уеду, – твёрдости в моём голосе не прозвучало, но это было от пережитого стресса, а не от неуверенности. – Не уеду, пока не накажу его.

– Ты сумасшедшая. Как ты его найдёшь? Как?

– Если я не ошибаюсь, мы встретились, чтобы кое-что выяснить, – в моем холодном голосе появились высокомерные отцовские нотки. – И если ты боишься, обойдусь без твоей помощи.

От неожиданности Эмиль отпустил мою руку и посмотрел на меня, словно я его ударила. Так же на меня смотрел Андрей, когда меня зашкаливало, и природа моего папочки начинала проступать слишком явственно.

– Но… – Эмиль покрутил головой. – Я не говорил, что боюсь за себя.

Мне стало стыдно.

– Извини. Всё нервы. Пойдём скорее. Мне не терпится узнать, на месте ли шкатулка.

Нам легко удалось перебраться через низенькую оградку. Время близилось к полуночи, моросил мелкий дождь, на улице никого не было. Жёлтый фонарь освещал узкие окна с витражами и светлые стены причудливого строения известного архитектора. Я поежилась, ожидая какой-нибудь реакции. Каждый раз что-нибудь меня здесь удивляло. В голове появлялись смутные воспоминания, роились образы, звучала музыка. Но в этот раз ничего не произошло. Даже странно.

На первом этаже, где по моим предположениям, находилась комната сторожа, горел слабый свет. Мы тихо друг за другом подобрались к подвалу. Замок по-прежнему оказался незапертым, и мы легко проникли внутрь.

Эмиль зажёг фонарь и обернулся ко мне. Я чувствовала, что дрожу от нетерпения. Тогда, на всякий случай, мы завалили это место валявшимися в подвале вёдрами и мётлами. Сейчас здесь оказалось пусто. «Здесь кто-то побывал», – мелькнуло у меня в голове.

– Дай лопату, – я протянула руку.

Мой спутник извлёк из пакета складную лопату и подал мне. Я осторожно копала, готовясь услышать стук об шкатулку. Мы не зарывали её слишком глубоко, потому что пребывали в полной уверенности, что кроме нас никому не придёт в голову что-то здесь искать. Знакомого звука не было, но я продолжала раскидывать землю. Эмиль подсвечивал мне фонарём. Яма была уже слишком глубокой. Я устало облокотилась на лопату и вытерла вспотевший лоб.

– Ничего нет.

– Давай я попробую. Может, вы закопали глубже?

Я смотрела, как осторожно Эмиль перебрасывает землю и продолжала лелеять надежду, что драгоценности всё же окажутся на месте. Мысли крутились в голове, перегоняя друг друга. Если шкатулку украли, значит, у преступника появлялся мотив убить Андрея. Да и меня тоже. От этой мысли гадко екнуло сердце, переместившись куда-то вниз. Я мысленно ругнулась на себя. Да что уж бояться-то в моём возрасте? Про таких, как я можно сказать, что жизнь совершенно не удалась, и впереди меня ждёт лишь одиночество. А что может быть хуже одиночества? Андрей! Ты не мог оставить меня. Мой единственный человечек, которого я любила.

– Наверно, нет смысла здесь рыть дальше, – в свете фонаря зловеще блеснули стекла очков Эмиля, я не могла разглядеть выражение спрятанных за ними глаз, и мне почему-то стало страшно. Друг Андрея прислонил лопату к стене. – Может, ты перепутала место? – Я тупо уставилась на глубокую яму и раскиданную землю. Перепутала? Гадкая память послушно высветила передо мной план, который я вытащила из камина и который таинственно исчез. Крестик, который поставила Фаина, стоял на том же самом месте, где мы копали.

И вдруг передо мной возникла картина из прошлого: одетая в длинное платье девушка кромсает землю ножом, разрывает руками и плачет.

– Лиза, может попробовать в другом углу, – вернул меня к действительности Эмиль.

– Ты прав – нет смысла, – я вдруг разревелась. Словно на миг оказалась на месте Фаины, бедной влюблённой девушки, которая видела то, что не мог видеть Степан. И всё же не могла его оставить. И эта шкатулка с драгоценностями для неё представляла маленькую ниточку к спасению. Может быть, когда-нибудь она сможет вернуться, чтобы надеть ожерелье и танцевать с любимым. Этого не произошло.

– Лиза, не надо плакать, – Эмиль стоял совсем близко, не решаясь меня обнять. Ему казалось, что он понимает, что я чувствую. Но разве он мог подумать, о чём я на самом деле плачу?

Я прислонилась к его плечу. Как хорошо, что со мной друг Андрея, который может меня поддержать. Друг, который пошёл на риск, чтобы…

Мысль, пронзившая мой мозг, заставила меня отшатнуться. Господи! Какая же я идиотка, что из-за глупого страха впутала сюда Эмиля. Они были друзьями, и вполне можно предположить, что Андрей мог рассказать Эмилю. И Эмиль мог…. Дальше я отказывалась думать. Мне стало тошно. Я не должна подозревать Эмиля. Но даже если предположить, что он не убивал Андрея, у него была целая неделя, с тех пор, как я ему рассказала, чтобы забрать драгоценности. И как мы не старались с Андреем разровнять землю, всё равно, если знать, что где-то копали, место можно найти. Неудивительно, что Эмиль сегодня уговаривал меня уехать, якобы волнуясь о моей безопасности. Он может прямо сейчас грохнуть меня лопатой по голове, и никто не догадается, кто это сделал. ДА тело найдут только, когда что-нибудь понадобится в подвале.

– Надо навести порядок, – Эмиль протянул руку к лопате, но я быстро перехватила её.

– Нет, я лучше сама.

Плохо помню, как мы добрались до метро. Прощаясь с Эмилем, старалась изо всех сил вести себя непринужденно, чтобы он, – не дай бог, – не заподозрил, что я его испугалась. Ведь то, что мне почудилось, вполне могло оказаться злой шуткой моего воображения и требовало самой тщательной проверки.

Глава 12

Захлопнув дверь и заперев ее на все замки, ощутила себя в безопасности. Странно, но в этой крохотной квартирке у метро Белорусская, мне было хорошо. Только пожив самостоятельно, я осознала какое чудовищное влияние оказывал на меня отец.

Спасибо Андрюшке, своим примером он показал мне как нужно жить. Андрей! И снова мысли побежали по привычному кругу. Неужели, тогда в гостиной, Степан пытался нас предупредить? План, который таинственным образом исчез и так и не был найден. Духи, души. Верю ли я в это? Не знаю. Сбросила туфли и, не раздеваясь, прошла к шкафу, где в поцарапанной стенке советских времён организовала что-то наподобие бара. До моего приезда в Россию не понимала, каким спасением может стать алкоголь. А здесь открыла для себя виски, – замечательный напиток, дарящий ощущение расслабленности.

После нескольких глотков липкий страх отпустил. На всякий случай задала себе вопрос: неужели я так боюсь за свою никчёмную жизнь, в которой у меня ничего не осталось, кроме желания найти убийцу? Сейчас, при мягком освещении настольной лампы, мои подозрения на счет Эмиля показались абсурдными. Андрюшка считал его лучшим другом и не мог ошибаться. Мне бы тоже хотелось в это верить, тем более что мне нравился Эмиль. Но противный голос в моей голове продолжал твердить: «Ты должна быть объективной, если уж взялась играть в следователя. Прежде, чем делать выводы, нужно обладать всей необходимой информацией».

Заставила себя достать блокнот и на странице, где записывала всех, кого я подозревала и где под номером первым значился Тимур, поставила новоё имя – Эмиль. Даже если он не убивал Андрея, он мог взять драгоценности после того, как о них узнал от меня, справедливо полагая, что богатая наследница обойдётся и без них.

И все же подозревать Тимура, – неприятного молодого человека с бегающими глазками, было гораздо проще. Когда я позвонила ему и предложила встретиться, он долго отказывался, ссылаясь на то, что почти не знает Андрея. И всё же я проявила настойчивость, и он сдался.

Мы сидели на скамейке: Тимур нервничал, грубил. Сказал, что я взялась не за своё дело, и он вовсе не обязан отвечать на мои вопросы. У него есть алиби: в ту ночь, когда убили Андрея, он был с девушкой. Она может подтвердить. Они трахались всю ночь, он так и сказал, не занимались любовью, не спали вместе, а трахались. Честно говоря, я засомневалась. Да что за девушка должна быть, чтобы проводить время с подобным типом?