Татьяна Ларина – Квартира №16 (страница 26)

— Заходи, Лисенок, — распахнул передо мной дверь Денис, как джентльмен, пропуская меня вперед. — Ты сегодня потрясающе выглядишь. Эта одежда…

— Это все новое. Мама купила, — проговорила я, понимая, что лучше не обманывать его.

— Для встречи с этим парнем? — нахмурился Денис.

— Да, — я виновато опустила взгляд.

— У нее планы на тебя, ведь так?

— Костя считает, что наши родители хотят нас поженить в будущем, потому что партнеры, а так смогут сохранить обе доли в семье.

— И им это удастся, — сказал парень, проходя в комнату.

— Почему ты так говоришь? У Кости тоже есть девушка! — я побежала за Денисом, но он даже не посмотрел на меня.

— Потому что перечить родакам ты не умеешь. Вот, например, не хочешь идти на юридический, но все равно идешь. Это же не профессия твоей мечты!

Я не знала, что ответить, ведь Денис был прав. Только ведь я соглашалась во всем с родителями не потому, что не могла возразить, просто я не знала, как жить иначе. Теперь, с его появлением в моей жизни, все изменилось. Может быть, это характеризует меня не с лучшей стороны, но я научилась врать и изворачиваться для того, чтобы вырвать кусочек свободы.

Опустившись на кресло, я тихо заплакала. Сейчас квартира Дениса казалась мне как никогда неуютной. Все давило, и я была в ней чужой. Может быть, следовало уйти, но я боялась, что тогда не увижу больше Дениса.

— Черт! — выругался парень и со всей силы пнул старый стул, и тот с грохотом упал на пол, отломив спинку. — Я не на тебя злюсь! Просто не могу держать в себе и срываюсь.

— У тебя что-то случилось? Это из-за той женщины в ресторане? — аккуратно спросила я, подойдя к Денису со спины и обхватив его торс руками.

— Да, из-за нее, но это старая история, и я не хочу об этом говорить, — он повернулся и заключил меня в объятья, слабо напоминая того самого парня, в которого я действительно влюблена. — Лисенок, принеси скрипку. Я тебя научу ее любить.

— Ты серьезно? — недоверчиво уточнила я.

— Вполне.

Я знала, что квартира будет пустовать до позднего вечера, потому что маме придется задержаться в бюро из-за утренней отлучки. Как же сильно ей хотелось свести меня с Костей, раз она даже отпросилась на полдня с работы… Зато я смело смогла пройти домой и взять скрипку. Уже на выходе из квартиры провибрировал мобильник, и я прочитала сообщение с незнакомого номера. Это был Костя, который интересовался, все ли у меня хорошо. Мысленно я поблагодарила судьбу, что получила СМС не при Денисе, и написала старому другу благодарность за волнение, уверив, что все прекрасно.

Когда я вернулась к возлюбленному, услышала шум воды из ванной. Несмело постучав, я сказала, что принесла скрипку, и буду ждать его в гостиной. Не знаю, слышал он меня или нет, но парень ничего не ответил.

Пока Дениса не было, я достала инструмент, подстроила и стала разыгрываться. Во мне появилось тщеславное желание поразить возлюбленного своим мастерством…

— Неплохо, Лисенок. Встань на центр комнаты и начни играть что-нибудь красивое. Что именно ты считаешь красивым?

Он вошел в гостиную в одном полотенце, низко повязанном на бедрах, прикрывавшем слишком мало и демонстрирующем чересчур много. У меня перехватило дыхание, и какой-то неосознанный страх сковал изнутри. Я не могла пошевелиться.

— Давай, Лисенок, сыграй…

Я волновалась так, словно стояла на сцене Московского Дома музыки, давая сольный концерт. Было ощущение, что от того, как сыграю, зависела моя судьба. Ладони вспотели от волнения, и в горле встал ком. Денис не сводил с меня демонического взгляда. Он ждал, и я не могла больше медлить. Опустив холодную скрипку на плечо, я зажала нужные аккорды и повела смычком, выводя ноты Бетховенской «К Элизе».

Денис подошел ко мне сзади и положил ладони на талию, потом повел ими вверх, а когда я хотела остановиться, шепнул, чтобы продолжала. Я играла дальше, чувствуя, как в такт музыке бьется мое сердце, а возлюбленный легко гладил мою спину, даря непередаваемые ощущения.

— Чувствуешь, как приятно играть? Ты проводишь смычком по струнам так, как я буду проводить языком по твоей тонкой шейке, — проговорил Денис, — прислушайся к своим ощущениям, но не останавливайся.

Я прикрыла глаза, стараясь не сбиться, что было чертовки сложно, потому что парень стал задирать мне подол платья. Его руки ползли вверх, пока не остановились у резинки колготок. Прекрасная мелодия заполняла до краев комнату, в которой становилось все жарче. Денис провел кончиками пальцев по моему голому животу над колготками, а потом стал медленно их стаскивать вместе с трусиками.

— Подними, — приказал он, обхватывая мою голень, и я подчинилась, позволяя ему окончательно снять с себя белье.

Мне хотелось скорее закончить играть, но в то же время было страшно. Я не представляла, что ждет дальше. Он обошел меня спереди и опустился на корточки. Смычок скользил по струнам, а Денисовы руки — вверх по моим ногам. Щеки горели от стыда, но в то же время приятное тепло разливалось внутри от его прикосновений. Я уже не помнила, что играю, поэтому снова повторяла сыгранное, превращая композицию в бесконечную. Возлюбленный перевел руки на внутреннюю сторону бедер и, чуть надавив, заставил меня отшагнуть. Время замедлилось, когда он снова повел руки вверх. Я знала, что он коснется меня там, но не представляла, насколько остро смогу ощутить это касание. Никогда раньше я не чувствовала подобного, даже в ту ночь, когда бесстыдно себя ласкала… Во мне что-то екнуло, словно я только что упала с высоты, но не разбилась.

Кажется, в третий или в четвертый раз я начинала «К Элизе». Сосредоточиться на музыке уже не получалось. Я могла только дышать, прерывисто и жадно, иногда вздыхая, а иногда постанывая от ласк любимого. Он делал это под музыку, которая стала гимном моей любви. Я сбилась лишь один раз, когда не было сил держать скрипку на плече. Было слишком хорошо. Я выгнулась раненным зверем, достигнув пика наслаждения, и в голос простонала.

— Видишь, как здорово играть на скрипке? — поднимаясь с корточек и демонстративно облизывая влажные пальцы, спросил мой парень. Он забрал у меня из рук инструмент, положил его на пол и снова посмотрел мне в глаза. — Ты чувствовала, какое наслаждение она может доставить?

Я отшагнула назад, словно добыча перед хищником, но потом сама подалась вперед и отчаянно его поцеловала. Денис прижал меня к себе, и я почувствовала бедром твердость под полотенцем. Возлюбленный поддел собачку на молнии платья и медленно потянул ее вниз. Дальше я сама сняла совершенно ненужный кусок сапфировой ткани. Он взял меня за руку и потянул в спальню.

Я была готова отдаться Денису еще в первую ночь, но сейчас мне стало страшно. Где-то в глубине души я надеялась, что он остановится, но его напор становился лишь сильнее. Мой лифчик уже валялся на полу, а его полотенце рядом на кровати. Стало до безобразия любопытно. Перебарывая стыд, я посмотрела на него внизу и пришла в ужас, понимая, что это будет во мне. Нужно было все остановить. Но как? Мы слишком далеко зашли. Денис привстал и куда-то потянулся, а я подумала, что это и есть мой шанс сбежать. Поднявшись на локти, я попятилась назад по кровати, хотела встать, но не успела. Под пристальным взглядом своего парня я откинулась на подушки, и это выглядело так, словно я специально выбирала место поудобнее. Денис зубами порвал обертку презерватива и вытащил небольшой резиновый кружок.

— Помоги мне, Лисенок, — кивнул он на свое возбужденное достоинство.

— Но… я… не умею, — с трудом выговорила я.

— Я помогу, иди сюда.

Он все сделал сам, но держал мою ладошку, проводя ею, словно расправляя на себе презерватив. Мне казалось, что он получает какое-то особое удовольствие от того, что я касалась его там. Прикрыв глаза, он шумно выдохнул, а потом грубо толкнул меня на кровать. Я не успела что-либо понять, как Денис уже был сверху. Я даже не заметила, как развела ноги и пустила его так опасно близко.

Возлюбленный довольно улыбался, глядя на меня, а мне казалось, что я была похожа на затравленного зверька, ожидавшего пули охотника. Выстрел произошел так неожиданно и резко, что я вскрикнула от боли. Упираясь ладошками в грудь Дениса, я пыталась оттолкнуть его от себя, чтобы все прекратить. По щекам снова катились слезы то ли от боли, то ли от своей беспомощности.

— Тихо, Лисенок, потерпи, — проговорил Денис, собирая губами мои слезинки, но не сбавляя темпа. — Потерпи. Я тебя слишком хочу.

И я терпела. Стараясь не плакать, кусая до крови губы, отсчитывая про себя секунды и складывая их в минуты, мечтая, чтобы скорее все кончилось, я терпела. Денис сделал несколько резких, болезненных, чересчур глубоких движений и замер во мне. А я улыбалась, как дурочка, тому, что все кончилось и что теперь я полностью принадлежу своему мужчине.

— Когда тебе нужно возвращаться домой? — укрывая нас простынею и прижимая меня к себе, спросил Денис.

— Я могу остаться до утра, — прошептала я, выводя кончиком указательного пальца вензель на его груди.

— Серьезно?

— Да, только напишу Косте, чтобы соврал, что я с ним.

— Напиши.

Снова обманом я вырвала свободу. Друг детства согласился меня прикрыть и пообещал проинформировать, когда поедет домой, чтобы по времени наше возвращение совпало, и родители ничего не заподозрили. У меня были вечер и ночь, чтобы насладиться любимым.