Татьяна Ларина – Квартира №16 (страница 112)

— Лисенок, я отвезу тебя в отель, потом вернусь сюда и все улажу, — ласково сказал Денис.

— Не надо. Подождем, — от мысли, что нужно снова куда-то ехать, я содрогнулась. Опять холодная улица, чужая постель. Хотелось домой, и чтобы Денис был рядом.

— Там такой разгром, что потребуется генеральная уборка, а ты совсем устала. Алис, — Денис поднял мое лицо за подбородок и строго посмотрел на меня, — ты сегодня ела?

— Завтракала с Милой.

— И все?!

— Я подогрела нам бульон, но у Милы началась истерика, она не захотела есть…

— А ты?..

— Уложила Милу, а потом пришел Матвей. Мы поговорили. Он хочет оставить Милу у себя. Знаешь, меня волнует этот человек…

— А меня волнуешь ты! Лисенок, ты себя извела. Почти не спишь, мало ешь… Прости, но ты не выглядишь здоровой. Тебе нужен отдых.

— Какой? — усмехнулась я. — Сейчас я могу думать только о Миле, а послезавтра уже на работу…

— Поехали, — решительно заявил Денис и взял меня за руку. Я безвольно подчинилась.

Он отвез меня в мини-отель, где нам без труда нашли свободный номер. Кухня уже не работала, поэтому Власов спустился в круглосуточный супермаркет и купил мне кефир, шоколадку и большой сандвич. Только при виде еды я поняла, как на самом деле проголодалась.

— Возьми на работе выходные до конца недели, — сказал он, глядя, как я накинулась на сандвич.

— Не могу. Они меня до четверга отпустили с трудом. Я же еще на испытательном.

— Лисенок, отпросись, — стал настаивать Денис. — А если захотят уволить — флаг в руки, пускай!

— И на что мне жить? — возмутилась я.

— У меня дела пошли на лад, — гордо заявил Власов. — Если получу премию «Ресторатор года», а шансы есть, то дадут денежный приз.

— Что ты хочешь этим сказать?..

— Что если потеряешь работу, моей зарплаты нам хватит.

— Нам?..

— Лисенок, — Денис сел на кровать рядом со мной и провел тыльной стороной ладони по моей щеке. — Я же говорил, что если увижу тебя, то не смогу уйти.

— Но твой ресторан? Лена?

— С Леной мы не общаемся. После того, как ее выписали из больницы, даже не разговаривали. Да и не о чем. Ее семья считает меня моральным уродом, она — неблагодарным. Но мне нет до этого дела. Я вовремя погашаю ее кредит. Закрою долг и дело с концом. Тебя я прятать не собираюсь. Лене пора принять, что я люблю тебя и мы вместе. Захочет снова шантажировать рестораном — пускай. Теперь у меня на руках квитанции, что оплачиваю долг я, а значит, и долю во «Фьюжне» смогу отсудить, если до этого дойдет.

— Почему ты решил так только сейчас? — прошептала я, забираясь к Денису на колени, наконец снова чувствуя, что он мой.

— Я ушел, потому что думал, что так смогу оградить тебя от проблем. Дурак. Считал, что делаю для тебя лучше. Но на самом деле я должен быть рядом. Только так смогу тебя защитить по-настоящему, — он взял в ладони мое лицо и нежно поцеловал в губы. — Не хочу даже думать, что было бы, если бы ты была дома, когда в квартиру влезли…

— Мне кажется, что они проникли в дом как раз потому, что меня не было. Не знаю… не представляю, что им было нужно.

— У тебя есть догадки, кто это мог быть?

— Нет, никаких… Сам знаешь, у меня нечего красть.

В этот момент Денису позвонили. Он легко поцеловал меня в щеку, встал с кровати и подошел к окну. По разговору я поняла, что это был участковый. Я слышала только реплики Дениса, но догадалась, что ничего хорошего ему не сказали.

— Лисенок, я должен уехать, а ты попробуй поспать. Приберусь дома и утром приеду за тобой.

— Что сказали полицейские?

— Ничего. Никто ничего не слышал и не видел. Они опросили только соседей по этажу, но все, как один, сказали, что было тихо. Клара Михайловна тоже не видела чужих за эти два дня. Все слишком непонятно, — хмуро ответил Денис.

— Как думаешь, это связано с нашим расследованием? — поинтересовалась я.

— Лисенок, кто бы ни были те люди, что влезли в наш дом, их целью было не ограбление. Мы сменим замки, поставим сигнализацию, но больше ты не будешь во все это влезать. Поняла?

— Да…

— А теперь отдыхай, — Денис уложил меня в кровать, как маленького ребенка, укрыл и подоткнул одеяло. — Спокойной ночи, милая. Я тебя люблю.

— И я тебя…

Мне удалось на удивление быстро уснуть. Видимо, организм настолько износился, что не было сил даже на волнение. Когда я проснулась, Власов еще не вернулся, хотя на часах было одиннадцать. Я стала ему звонить, но то и дело слышала короткие гудки. Тогда я решила сходить в душ и поехать к Миле. Девочка наверняка проснулась, и вряд ли Матвей смог нормально о ней позаботиться. Резко поднявшись с кровати, я почувствовала головокружение, как было всегда, когда падало давление. Мне срочно требовалась чашка горячего крепкого кофе, но в номере не было даже пакетика с растворимым. Прикрыв глаза, я несколько раз глубоко вдохнула и, почувствовав себя лучше, пошла в ванную. Но теплая вода не помогла освежиться. Все вокруг превратилось в непонятную расплывчатую массу, а потом и вовсе исчезло. Ноги больше меня не держали, и по стеночке я скатилась вниз. В голове возникла совершенно глупая мысль, что, если потеряю сознание, затоплю этаж ниже, и это было последним, о чем я успела подумать.

Глава 48. Трое в лодке, не считая малявки

У каждого человека есть предел. Предел терпения, возможностей, сил… Я своего достигла, когда вымотанная всеми неурядицами потеряла сознание в душе. Мне повезло, что почти сразу меня нашел Денис. Он вернулся несколько часов назад, но не стал меня будить, а потом спустился вниз за завтраком как раз тогда, когда я проснулась и пошла в ванную. Найдя меня без сознания в душевой кабине, мой возлюбленный страшно перепугался. Неудивительно, что после всего случившегося первой мыслью было, что на меня напали. Он отнес меня в номер, уложил на кровать и вызвал скорую. Я пришла в себя еще до приезда медиков, но меня все равно забрали в больницу.

Всю дорогу в карете скорой помощи Денис не отпускал мою руку. Я видела, как он переживает за меня, но эгоистично радовалась этому. Он рядом, он со мной, он боится за меня… О чем еще можно мечтать? Только быть с ним всю свою жизнь. Вот только на душе у меня было неспокойно, ведь время позднее, а я все еще не знала, как дела у Милы.

— Денис, нужно позвонить Миле, предупредить, что я задерживаюсь, — спохватилась я.

— Лисенок, сегодня ты точно никуда не поедешь, — отрезал Денис.

— Но мы не можем бросить Милу! Она сейчас совсем одна! — возмутилась я.

— Красовская в школе, — ответил Денис. — Я звонил ей, но ответила Зинаида Ивановна, сказала, что девочка ушла на занятия, а мобильный забыла.

— В школу? На следующий день после похорон Оли? Милый, тут что-то не так! Она вчера была в таком состоянии, что сегодня никак не смогла бы пойти на уроки! И забыть телефон?.. Сейчас с мобильниками не расстаются, а, зная Милу, она скорее прогуляла бы занятие, но за сотовым вернулась.

— Сама сказала, что она была в плохом состоянии. Понятно, что малышка рассеяна. А в школу могла пойти специально, чтобы отвлечься.

— Тогда нужно поехать в школу! Забрать ее после уроков.

— Лисенок, тебе нужно подумать о себе! Обморок — это сигнал. Нельзя так не щадить себя!

— Денис, сейчас не время на жалость к себе. После моего вчерашнего разговора с Матвеем я окончательно убедилась, что Красовскую надо выручать! Где она? Ты уверен, что Мила пошла в школу? Уверен?

— Алис, успокойся. Ты мне доверяешь? Как только мы узнаем, что с тобой, я поеду к Миле и узнаю, как она.

— М-м-м… нет. Лучше позвонить Косте.

— Косте?! — нахмурился Власов. — Почему ему? Я и сам могу позаботиться о Миле.

— Тут другое… Мила в него по уши влюблена, его внимание может ее взбодрить.

— Хм… Ладно. Сейчас наберу ему и сам поговорю.

Власов полез в карман за мобильным, а я только закатила глаза. Конечно, я понимала всю щекотливость ситуации, ведь продолжала дружить с Костей, который все еще меня любил. Денис ревновал, и это было обоснованно, мне тоже было тяжело от его общения с Леной. Костя ответил быстро, он согласился поехать в школу за Милой и стал спрашивать про меня. Денису пришлось рассказать, что случилось.

— Он заедет за Красовской, отвезет домой и объяснит, почему ты не приехала. Потом этот Викинг намеревается навестить тебя, — недовольно сообщил возлюбленный.

— Не надо, милый, не ревнуй. Я же с тобой! Только с тобой. И люблю тебя, всегда любила только тебя. А Костя — хороший друг.

— Знаю, я не сомневаюсь в тебе, но все равно злюсь, что он так на тебя смотрит, что желает тебя, вспоминает, как вы…

— Денис! — я строго перебила его. — Прекрати немедленно. Я могу так же изводиться из-за Лены.

— Но я с ней больше не поддерживаю связь!

— Потому что, в отличие от Кости, она тебя не смогла отпустить! — не выдержала я и приподнялась на носилках, куда меня уложили медики. — Знаешь, я считаю низким опускаться до оскорблений бывших, но Лена самая настоящая дрянь, шантажистка и манипуляторша!

В этот раз и мое терпение достигло предела. Я больше не могла молчать и заглушать в себе злость на бывшую любовницу Дениса. Надоело врать, прикрываясь равнодушием истинной леди. Я ненавидела Лену, и хотелось об этом кричать. Но из-за сильных эмоций снова закружилась голова, а к горлу подступила тошнота. Я закрыла глаза и ухватилась за край носилок, пытаясь подавить неприятный позыв.