Татьяна Лакизюк – Под покровом тишины. Книга 2. Изреченная (страница 13)

– К сожалению – нет, – рявкнула Илайна.

Крис кое‐как сдержала рвущийся наружу вздох облегчения.

– Отмыть – отмыли, откормить – откормили, но вот твои манеры… Они ужасны. Мальчишка и есть мальчишка. Ты… Ты губы после еды вытираешь рукавом. Какое бесстыдство! За километр несет беспризорщиной. Осталось в носу поковыряться. Нужно вытравить все эти привычки. Министры должны сойти с ума от твоей элегантности и утонченности.

– Не вытравишь. – В Крис словно проснулся тот мальчишка, которым она была, бегая по пристани.

Она нахально плюнула на пол, немного втянула шею в плечи, ссутулилась и сунула руки в карманы, легко приняв позу бродяжки. Даже взгляд изменился. Стал вызывающим.

– И ничего я мерить не буду!

– Мне позвать Дана или Бо? Кто из них тебе нравится больше?

Илайна и не думала злиться на выходку Кристайн, а просто усмехнулась:

– Ну! Выбирай. Они быстро тебя и разденут, и потом оденут. И кто знает, что между этими двумя процессами сделают. – Ухмылка стала такой широкой, что Кристайн захотелось плюнуть еще раз, но теперь прямо в лицо самозванки.

Потянувшись к одежде, она вытащила нижнее белье, чулки и хорошенькое белое платье с детскими рюшами и воланами, но с таким вырезом на груди, что Крис залилась краской.

– Оденем тебя так, чтобы у них мозг взорвался. И невинно, и в то же время весьма многообещающе.

Илайна даже руки потерла, замерев в предвкушении:

– Я жду!

Крис стыдливо отвернулась к стене. Стянула с себя рубашку, старые штаны. И огорченно вздохнула. Перо, обычно разливающееся искрами в лучах солнца или при свете лампы, теперь молчало. Да и рисунок стал блеклым. Словно выцвел на солнце.

«Мне все приснилось, – пролетело в голове. – Теперь я в этом уверена. Нет никаких айн. Иначе перо не бросило бы меня…»

В измученной голове не возникло ни одного логичного вопроса.

Хотя бы: зачем Илайне нужно это перо? Ведь если айн не существует, то и пера наследия нет.

Но Крис лишь злилась, что когда‐то позволила себе поверить в сказку.

Сказки на то и сказки. Выдумки, фантазии и предрассудки. Только наивные мечтатели верят в них. А Крис уже давно не была наивной. И забыла, что такое мечты.

Отбросив в сторону рубашку, дрожащими руками она натянула нижнее белье и начала неловко надевать платье.

– Осторожней! – прикрикнула Илайна. – Не разорви.

Крис и впрямь запуталась в крючках, завязках и пуговицах.

– Какая же ты криворукая. – Илайна развернула ее к себе и выдрала из вспотевших рук платье.

Та моментально прикрылась.

– Не зли меня! Убери сейчас же! – Илайна стукнула ее по рукам. – Вот сюда голову, вот сюда руки.

Насильно оторвав руки Крис от груди, Илайна принялась внимательно осматривать ее.

Лицо, шея, руки Крис залились краской так, что коже стало горячо. Словно обдало паром от банных камней.

– Хороша, – то ли похвалила, то ли позавидовала Илайна, беззастенчиво разглядывая, оценивая фигуру девушки.

Та снова дернулась, пытаясь хоть как‐то прекратить унижение.

– Стой смирно, – рявкнула лжекоролева и начала натягивать на нее платье, чувствуя, как лицо запылало еще больше, чем у Крис.

Но не от смущения, а от ярости.

Увиденное не понравилось ей. Эта девчонка молода, свежа, в то время как она с каждым годом теряет красоту.

Когда же уже это проклятое перо будет в ее руках? Первым делом она вернет себе молодость.

От злости по лицу снова побежали буквы. Черные с ярко-алой каймой.

Илайна сделала глубокий вдох. С каждым днем все труднее сдерживать эмоции. Она может выдать себя, просто вспыхнув от злости при посторонних.

А это совсем некстати.

Рано.

Пока очень рано.

Еще раз глубоко вдохнула спертый воздух. Жар начал спадать. И когда взлохмаченная голова Крис наконец‐то вынырнула из ворота, на нее смотрела нормальная Илайна. Разве что синяки под глазами появились.

Рывком развернув Крис, Илайна начала быстро застегивать крючки. Затем, уперевшись ногой в стену, затянула ленты на корсете, заставив девушку сдавленно охнуть. Корсет стянул талию так туго, что Крис никак не могла вздохнуть.

Илайна отошла на шаг и удовлетворенно хмыкнула. Белоснежное платье сделало порученное ему дело и даже превзошло все ожидания.

Кристайн, утонув в рюшах, кружеве и воланах, стала похожа на куклу-невесту. Такая же невинная, хрупкая и красивая. Но тугой корсет стянул узкую талию и приподнял маленькую грудь так, будто она вот-вот выпрыгнет из лифа. Сразу ясно, что это не покорная кукла, а полная жизни и желания соблазнительная девушка. И заодно тайных обещаний, что манили заглянуть в глубокое декольте.

Успех обеспечен.

– Дан! Бо! – крикнула Илайна.

Вся кожа Крис покрылась мурашками.

В чем дело? Зачем звать телохранителей? Она же все сделала, как от нее требовали.

Заскрипела дверь, и близнецы втащили стулья, а затем стол, на котором была разложена куча приборов.

Аккуратно поставив стол на пол, чтобы ни одна ложка не звякнула, братья, как по команде, уставились на Крис.

Глаза сразу налились похотью и вожделением. Дан (или это Бо? Крис до сих пор не научилась различать их) даже облизал губы, проведя по ним языком медленно, вызывающе, бесстыдно, что Крис чуть не стошнило.

Отступив в темный угол, она прикрыла полуобнаженную грудь руками.

– Какая сочная курочка! – пробормотал один из братьев.

Видя их ничем не прикрытую реакцию, Илайна сначала растерялась. С одной стороны, она добилась того, чего хотела. Уж если молодые, полные сил парни, не обделенные страстным вниманием горничных и кухарок, потеряли всякий стыд при виде Крис, напрочь позабыв, что в комнате присутствует и их госпожа, то что уж говорить о стариках, соскучившихся по женским прелестям?

Но, с другой стороны, как они посмели? Открыто реагировать на девчонку при ней?

Илайна всегда считала, что братья влюблены в нее до беспамятства, но не была наивной и закрывала глаза на их похождения из одной постели в другую. Желание плоти и чувства – это разные вещи. И если удовлетворения первого, по ее мнению, требовали животные инстинкты, то второе – нечто более возвышенное.

Единственным условием была явка по первому зову, в чьей бы постели они ни кувыркались. Полагалось немедленно бросить все и явиться к госпоже.

И не сметь кого‐то тискать при ней. Братья знали это и неукоснительно соблюдали все правила, чинно обходя горничных, чьи глаза горели при виде гигантов.

Соблюдали… до сегодняшнего дня. Еще немного, и они набросятся на Кристайн. Вон в глазах уже появилась неконтролируемая похоть.

Братья переглянулись друг с другом, мысленно спрашивая: кто первый?

– Свободны, – громко рявкнула Илайна, чтобы показать недовольство.

Тишина.

Дан и Бо застыли столбом, не сводя горящих глаз.

– Вон отсюда! – заорала Илайна.

Буквы тут же вспыхнули на лице, обезобразив ее.

К своему ужасу, Крис впервые увидела, как изо рта Илайны вслед за последним словом вылетел сгусток тьмы. Мгновенно растянувшись в воздухе, он разделился на две одинаковые части, которые быстро подлетели к братьям. Они и не успели подумать о том, что надо увернуться. Пара секунд, и разделившиеся сгустки, превратившиеся в кляксы черного густого дыма, врезались в их лица.

– А-а-а! – синхронно завопили оба.