Татьяна Курочкина – Три богатыря и Морской царь (страница 7)

– Кого ждём, якорь вам в печёнку! – рявкнул Князь. – Поставить марселя! Бизань... – тут он немного растерялся и шёпотом спросил у Антипа: – Как там дальше?

Боярин, стоявший поблизости, начал судорожно листать справочник морских терминов.

– Бизань-гик, князь-батюшка, – так же тихо подсказал он, найдя подходящее словечко.

– Бизань-гик на правую, живо! – грозно приказал Князь своей команде.

Пираты забегали по палубе, выполняя поручения. Правда, матрос в фиолетовой феске так и остался стоять на месте.

– Нельзя бизань сейчас ставить, – растерянно сказал он. – Ветер подымается. Не ровен час опрокинуть может.

– Кто из нас капитан? – возмущённо гаркнул Князь. – Ты или я?

– Конечно ты, княже, – побоялся спорить матрос.

– Ну так и ставьте тогда! – топнул ногой самопровозглашённый капитан.

Моряк отдал честь и побежал к команде, а Князь повернулся к Антипу и проворчал:

– Ишь ты, ветер. Какой ветер? Где ветер? – Капитан приложил ладонь козырьком ко лбу и поглядел в безмятежное голубое небо. Ни единого облачка! Щурясь от солнца, Князь мечтательно протянул: – Тишь да гладь, божья благодать. Эх, позагорать бы сейчас.

Но, к сожалению, предсказание матроса вскоре сбылось. Сначала по морской глади пробежала лёгкая рябь, а потом небо заволокло чёрными, как смоль, тучами. Сверкнула молния и начался сокрушительный шторм. Со страшным рёвом огромные волны обрушивались на судно, кидая его из стороны в сторону, словно щепку. Паруса рвались от порывов вихря, мачты гнулись, а рулевой с трудом удерживал курс.

Князь мёртвой хваткой вцепился в раскачивающуюся мачту и голосил:

– Ветер-ветер, ты могуч, ты гоняешь стаи туч, ты... я дальше не помню...

Антип обнимал ту же мачту с обратной стороны и бормотал что-то вроде молитвы.

И тут произошло непоправимое. Верёвка, которая удерживала огромный мешок с сокровищами, не выдержала и развязалась. Когда корабль в очередной раз подпрыгнул на огромной волне, всё золото высыпалось в воду... Команда сбежалась к борту. Но было уже поздно. Все богатства поглотило море.

– Кто приказал бизань поставить? – прорычал один из матросов.

Все разом повернулись к Князю.

– Вот он, – трусливо сказал правитель, указывая на Антипа.

Когда небо немного расчистилось, а ветер начал стихать, матросы буквально затолкали Князя и его советника в шлюпку, спустили её на воду и отправились в дальнейшее плавание без них.

– Эй! На кичку сарынь! Точнее сарынь на кичку! – орал Князь вслед уходящему кораблю.

Антип только покачал головой и взялся за вёсла.

– Поплыли, княже, – тихо сказал он.

– Куда? – удивился Князь.

– Домой, – вздохнул Антип.

Глава 8

Над Великой Китайской стеной взошла полная луна. Богатыри притаились в засаде и внимательно следили за небом. Наконец в высоте появился силуэт крылатого дракона с тремя головами.

– Готовы? – шепнул Алёша.

Товарищи его кивнули.

– Ну, с богом, – сказал Илья.

Они с Добрыней ухватили Алёшу за ноги, со всей силы раскрутили и забросили высоко-высоко в воздух. Перекувырнувшись в полёте, молодец ловко спикировал прямо на спину иноземному чудищу. Приземлившись точно меж крыльев, он достал большой мешок и одним движением накинул его на все головы разом. Дракон, внезапно лишившись зрения, резко снизился и повалился на землю. Он брыкался и крутился, но никак не мог сбросить невесть откуда взявшегося наездника.

Богатыри ринулись на подмогу товарищу.

– Огромный какой! – хохотнул Добрыня, пытаясь связать драконьи крылья. – Больше Горыныча раз в пять!

– И сильный, – добавил Алёша. – С Горынычем вообще не сравнить.

Он придавил одну из голов коленом, достал припасённые кусачки и сунул их под мешок. Нащупал клык, зажал его и резко дёрнул. Ещё секунда, и в руке молодца блеснул белоснежный зуб чудовища. Всё прошло как по маслу, не зря он всю дорогу тренировался.

– Погодите, не отпускайте только. Проверить надо! – крикнул Алёша друзьям и побежал к стене.

Он ухватил каменное основание одной рукой и легко поднял над головой. Чуть полюбовавшись вечерним Китаем, молодец аккуратно поставил стену на место и с довольным видом повернулся к товарищам.

– Ну что? – нетерпеливо спросил Илья.

– Ваще! – счастливо рассмеялся Алёша. – У меня сила теперь прямо даже из ушей лезет. Действует, действует зуб драконий!

От радости он пустился в присядку и начал выделывать трюки разные. То на руки вставал, то сальто делал, то колесо, чтобы наглядно показать, как силён и ловок стал. Илья с Добрыней отпустили дракона и с довольным видом ударили по рукам. Удался их поход, ох удался!

Несчастный трёхголовый Змей, пошатываясь, поднялся с земли и сбросил с себя мешок.

– Добрыня! – раздосадовано позвал он, прижимая лапу к лишившейся клыка челюсти. – Это же я!

– Горыныч? – ахнул Илья.

Богатыри разом повернулись к дракону. И только теперь увидели, что во все Змей не такой уж большой, а самый обычный. Видать, китайский бес попутал.

– Ошиблись, – растерянно признал Илья.

А Горыныч не выдержал и горько расплакался.

– Да, но действует же, – в замешательстве сказал Алёша, показывая вырванный зуб.

– Да что действует? Что действует? – прошамкала средняя голова, отбирая свой клык у богатыря. – Вы только о себе думаете!

– А там Киев сгинул, – возмущённо сообщила левая голова Горыныча.

– Как сгинул? – обомлел Алёша.

– Как, как... Что я зря сюда прилетел что ли? А вы! Вона чего! – негодовала правая голова.

Илья, Добрыня и Алёша ещё долго извинялись перед обиженным Горынычем, но сделанного не воротишь. После множества уговоров дракон всё же согласился по воздуху перенести богатырей к Киеву (точнее, туда, где он раньше был). А то на обратный путь ещё много дней ушло бы!

Всю дорогу Змей молчал и бросал на друзей сердитые взгляды.

– Ну ладно, Горыныч, будет дуться, – не выдержал наконец Добрыня.

– Не томи душу, Горыныч, рассказывай быстрее, – поддержал его Илья. – Что там с Киевом?

– Не буду вам ничего рассказывать, – насупилась левая голова.

– Да ладно тебе, – вздохнула правая и коротко пояснила: – Утонул Киев.

– Брешешь! – ахнул Алёша и, позабыв обо всём, вскочил на ноги.

Не удержав равновесия, молодец скатился со спины Змея и полетел вниз.

– Не брешу! – запальчиво крикнул Горыныч и спикировал, чтобы поймать богатыря.

– Пришла волна выше колокольни, – рассказала правая голова.

– Едва взлететь успел, – добавила левая.

Алёша воскликнул:

– Братцы, а как же наши жёны?

Илья с Добрыней обменялись обеспокоенными взглядами.