Татьяна Кручинина – Путь вампира психолога (страница 6)

Когда дверь закрылась за Алексом, Лилиан указала Элеоноре на кресло напротив своего.

– Присаживайтесь, мисс Найт. Расскажите, что привело вас в нашу клинику.

Элеонора грациозно опустилась в кресло, её движения были слишком плавными, слишком отточенными для обычного человека. Она улыбнулась, и в этой улыбке Лилиан увидела отражение своего прошлого – хищного, бессмертного, опасного.

– Думаю, вы уже знаете, доктор Грей, – сказала Элеонора тихо. – Или, может быть, мне следует называть вас просто Лилиан? В конце концов, мы с вами не совсем чужие.

Лилиан почувствовала, как холод разливается по её венам. Она знала, кто перед ней. Не просто вампир, но посланник Маркуса. Его глаза и уши. Его инструмент.

– Кто вы? – спросила она, хотя уже знала ответ.

Элеонора наклонилась вперед, и её глаза на мгновение сверкнули, зрачки сузились до вертикальных щелей.

– Я та, кто пришла напомнить вам, кто вы на самом деле, Лилиан, – прошептала она. – И он ждет вас. Маркус всегда получает то, что хочет. Вы должны это помнить.

В этот момент Лилиан поняла, что игра началась. И ставкой в этой игре была не только её человечность, но и всё, что она построила за последний год. Её клиника. Её пациенты. Алекс.

Маркус пришел за ней. И он не остановится, пока не получит то, что считает своим.

Лилиан выпрямилась, встречая взгляд Элеоноры без страха. Она больше не была той испуганной вампиршей, которая бежала от своего создателя год назад. Она изменилась. Стала сильнее.

И она была готова бороться.

– Передайте Маркусу, – сказала она тихо, но твердо, – что я больше не принадлежу ему. И никогда не буду принадлежать.

Элеонора улыбнулась, и в её улыбке не было ничего человеческого.

– Он так и думал, что вы это скажете, – ответила она. – И просил передать, что с нетерпением ждет возможности доказать вам обратное.

За окном кабинета начался дождь, капли стучали по стеклу, словно отсчитывая время до неизбежной встречи. Встречи, которая изменит всё.

ГЛАВА 3: ПРИЗРАКИ ПРОШЛОГО

3.1

Кабинет для терапевтических сеансов в клинике "Новый рассвет" был спроектирован с учетом особых потребностей. Стены, усиленные специальными материалами, могли выдержать значительные физические воздействия. Мебель, казавшаяся обычной, была создана из сверхпрочных сплавов. Даже окна были изготовлены из особого стекла, способного блокировать как физические атаки, так и определенные виды энергетических выбросов.

Все эти меры предосторожности были необходимы, когда работаешь с пациентами, чьи эмоциональные срывы могли буквально сотрясать стены.

Лилиан сидела в своем кресле, наблюдая за молодым человеком напротив. Райан Торн, двадцать четыре года, высокий, с атлетическим телосложением и настороженным взглядом карих глаз. Его темные волосы были коротко подстрижены, а на правом предплечье виднелась татуировка – стилизованный волк, воющий на луну.

Это был их третий сеанс, и Лилиан чувствовала, что они приближаются к переломному моменту. Первые две встречи Райан в основном молчал, отвечая односложно и избегая говорить о главном – о своей оборотнической природе, которую он обнаружил всего полгода назад.

Сегодня что-то изменилось. Райан был более напряжен, чем обычно. Его пальцы постоянно двигались, то сжимаясь в кулаки, то расслабляясь. Взгляд метался по комнате, словно в поисках угрозы или пути к бегству.

– Как прошла неделя, Райан? – спросила Лилиан спокойно, хотя внутренне она была настороже. После встречи с Элеонорой Найт прошло два дня, и она всё ещё чувствовала себя выбитой из колеи. Но сейчас ей нужно было сосредоточиться на пациенте перед ней.

Райан пожал плечами, его взгляд на мгновение остановился на ней, а затем снова начал блуждать.

– Как обычно, – ответил он. – Работа, дом, попытки не превратиться и не разорвать кого-нибудь на части.

В его голосе звучала горечь, которую Лилиан хорошо понимала. Принятие своей сверхъестественной природы никогда не было легким процессом, особенно для тех, кто, как Райан, был обращен против своей воли.

– Вы использовали техники контроля, о которых мы говорили? – спросила она, делая заметку в блокноте.

Райан издал короткий, резкий смешок.

– Да, конечно. Глубокое дыхание, медитация, визуализация. – Он наклонился вперед, и его глаза на мгновение сверкнули золотом – признак того, что волк внутри него был близко к поверхности. – Знаете, что происходит, когда я пытаюсь "визуализировать свое спокойное место"? Я вижу лес. Я вижу охоту. Я вижу кровь.

Лилиан кивнула, не выказывая удивления или осуждения. Она слышала подобные признания от других оборотней. Борьба между человеческой личностью и звериными инстинктами была центральной проблемой для большинства из них.

– Это нормально, Райан, – сказала она мягко. – Волк – часть вас теперь. Его инстинкты, его желания – они так же реальны, как и ваши человеческие эмоции.

– Я не хочу, чтобы он был частью меня! – Райан резко встал, его движения были слишком быстрыми, слишком плавными для человека. – Я хочу, чтобы он исчез! Я хочу вернуть свою нормальную жизнь!

Лилиан осталась сидеть, сохраняя спокойствие. Она знала, что любой признак страха или тревоги с её стороны только усилит агрессию оборотня.

– Я понимаю ваше желание, – сказала она. – Но мы должны быть реалистами. Ликантропия – не болезнь, которую можно вылечить. Это состояние, с которым нужно научиться жить.

Райан начал ходить по комнате, его движения напоминали хищника в клетке. Лилиан заметила, что его ногти удлинились, превращаясь в когти – ещё один признак приближающейся трансформации.

– Вы не понимаете, – сказал он, и его голос стал ниже, с рычащими нотками. – Никто не понимает. Я теряю себя. Каждое полнолуние я становлюсь чем-то другим, чем-то, что хочет убивать.

– Не обязательно, – возразила Лилиан. – Многие оборотни научились контролировать свои трансформации, направлять энергию волка в конструктивное русло.

Райан остановился и посмотрел на неё с недоверием.

– Как?

Лилиан глубоко вдохнула. Она подошла к критическому моменту в терапии – моменту, когда нужно было предложить решение, которое многие пациенты сначала отвергали.

– Принятие, – сказала она просто. – Вместо того, чтобы бороться с волком, попробуйте принять его. Признать его частью себя. Установить диалог.

Райан уставился на неё, как будто она предложила ему прыгнуть с крыши.

– Вы шутите? Вы хотите, чтобы я… подружился с монстром внутри меня?

– Я хочу, чтобы вы перестали видеть в нём монстра, – ответила Лилиан спокойно. – Волк – не зло, Райан. Он просто другая форма существования, с другими инстинктами и потребностями. Когда вы перестанете бороться с ним и начнете сотрудничать, вы обнаружите, что контроль становится намного легче.

Она видела, как её слова влияют на него – сначала недоверие, затем гнев, затем что-то похожее на страх. Райан остановился посреди комнаты, его дыхание стало тяжелым.

– Вы не понимаете, – повторил он, но теперь в его голосе было больше отчаяния, чем злости. – Если я позволю ему… если я приму его… что останется от меня? От человека, которым я был?

Лилиан встала и медленно подошла к нему, сохраняя достаточное расстояние, чтобы не вторгаться в его личное пространство.

– Вы не исчезнете, Райан, – сказала она мягко. – Вы станете больше, чем были. Интеграция человека и волка создает нечто новое, нечто сильное и уникальное. Это не потеря себя, это эволюция.

Райан покачал головой, его глаза теперь полностью изменили цвет – янтарно-золотые, с вертикальными зрачками. Его лицо начало удлиняться, черты заостряться.

– Нет, – прорычал он. – Я не стану этим существом. Я человек. Я хочу остаться человеком!

Лилиан видела, что он теряет контроль. Трансформация начиналась, и она знала, что должна действовать быстро.

– Райан, послушайте меня, – сказала она твердо, но спокойно. – Вы можете контролировать это. Дышите глубоко. Сосредоточьтесь на моем голосе.

Но было уже поздно. С рычанием, которое больше напоминало волчий вой, Райан схватил ближайший стул и с нечеловеческой силой швырнул его в стену. Стул разлетелся на части, оставив вмятину в усиленной стене.

– Вы ничего не знаете! – закричал он, его голос был наполовину человеческим, наполовину звериным. – Вы сидите здесь, в своем уютном кабинете, и говорите мне принять монстра! Как вы можете понять, через что я прохожу?

Лилиан не отступила. Она встретила его взгляд прямо, без страха.

– Я понимаю больше, чем вы думаете, Райан, – сказала она тихо. – Я тоже знаю, что такое бороться со своей природой. Что такое бояться потерять себя.

Что-то в её голосе, в её взгляде заставило Райана замереть. Его трансформация приостановилась, хотя глаза всё ещё светились золотом, а руки оставались наполовину превращенными в когтистые лапы.

– Что вы имеете в виду? – спросил он хрипло.

Лилиан сделала глубокий вдох. Она редко говорила о своем прошлом с пациентами, но сейчас чувствовала, что это необходимо. Райану нужно было знать, что он не одинок в своей борьбе.

– Я не всегда была человеком, Райан, – сказала она тихо. – Я была вампиром. Очень долгое время.

Его глаза расширились от удивления.

– Вампиром? Но как?

– Это долгая история, – ответила Лилиан. – Но суть в том, что я тоже боролась со своей природой. Я тоже боялась потерять себя, свою человечность. И я нашла способ изменить это.