Татьяна Кручинина – Путь вампира психолога (страница 8)

– Извини за опоздание, – голос Алекса вывел её из задумчивости. Он опустился на стул напротив, его волосы были слегка влажными, как будто он только что принял душ. – Задержался на тренировке с новыми охранниками.

Лилиан улыбнулась, отмечая, как хорошо он выглядел в темно-синей рубашке, которая подчеркивала широкие плечи и глубокий цвет его глаз.

– Ничего страшного, я только пришла, – ответила она. – Как прошла тренировка?

Алекс взял меню, но его взгляд был сосредоточен на ней.

– Продуктивно. Они хорошие ребята, опытные. Некоторые из них раньше работали в спецподразделениях по борьбе с паранормальными угрозами. – Он сделал паузу. – Они знают, с чем могут столкнуться, и готовы к этому.

Лилиан кивнула, чувствуя одновременно благодарность и тревогу. Алекс не терял времени, собирая команду для защиты клиники и её самой. Это было профессионально и предусмотрительно. Но также это делало угрозу Маркуса более реальной, более осязаемой.

– Спасибо, – сказала она тихо. – За всё, что ты делаешь.

Алекс улыбнулся, и его улыбка была теплой, искренней.

– Не стоит благодарности. Ты бы сделала то же самое для меня.

Официант подошел к их столику, и они сделали заказ – паста с морепродуктами для Лилиан и стейк для Алекса. Когда официант ушел, Алекс наклонился вперед, его выражение стало более серьезным.

– Как прошел день? Я слышал, у тебя была групповая терапия с новообращенными.

Лилиан кивнула, благодарная за смену темы.

– Да, и это было интересно. Они все на разных стадиях принятия своей новой природы. Некоторые всё ещё в отрицании, другие уже начинают видеть преимущества. – Она сделала паузу. – Но самым сложным сегодня был Райан.

Алекс поднял брови.

– Тот парень-оборотень? Который разбил стул?

– Да, – Лилиан вздохнула. – Он очень сопротивляется своей волчьей стороне. Видит в ней только монстра, угрозу своей человечности.

– И это проблема? – спросил Алекс, его тон был нейтральным, но Лилиан знала, что за этим вопросом скрывается больше. Как бывший охотник, Алекс имел сложные отношения с концепцией "принятия" сверхъестественной природы. Хотя он поддерживал работу клиники, часть его всё ещё видела в некоторых существах потенциальную опасность.

– Да, это проблема, – ответила Лилиан твердо. – Когда оборотень борется со своей волчьей стороной, это создает внутренний конфликт, который только усиливает агрессию и нестабильность. Чем больше Райан отрицает волка, тем сильнее волк будет пытаться вырваться наружу, особенно в моменты стресса или сильных эмоций.

Алекс кивнул, обдумывая её слова.

– Я понимаю логику, – сказал он. – Но разве не рискованно поощрять его принять часть себя, которая потенциально опасна?

– Более рискованно позволить этой части оставаться неконтролируемой, – возразила Лилиан. – Принятие не означает капитуляцию, Алекс. Это означает интеграцию, установление баланса. Когда Райан научится слышать и понимать свою волчью сторону, он сможет направлять её энергию, а не быть поглощенным ею.

Алекс задумчиво посмотрел на неё.

– Ты говоришь как настоящий эксперт, – сказал он с легкой улыбкой. – Иногда я забываю, сколько лет опыта у тебя за плечами.

Лилиан улыбнулась в ответ, но её улыбка была немного грустной.

– Большая часть этого опыта была получена тяжелым путем, – сказала она тихо. – Я потратила столетия, борясь со своей вампирской природой, пытаясь сохранить человечность. И только когда я перестала видеть в себе монстра, я смогла найти путь к настоящему исцелению.

Официант вернулся с их напитками – бокал красного вина для Лилиан и пиво для Алекса. Когда он ушел, Алекс поднял свой бокал.

– За исцеление, – сказал он. – И за тех, кто помогает другим его найти.

Лилиан подняла свой бокал, тронутая его словами.

– И за тех, кто защищает этот путь, – добавила она, и они чокнулись.

Разговор перешел на более легкие темы, пока они ждали свою еду. Алекс рассказал о новой системе безопасности, которую он устанавливал в клинике, а Лилиан поделилась историей о том, как один из её пациентов-фей случайно превратил все растения в приемной в поющие цветы.

Когда принесли их блюда, Лилиан почувствовала, как напряжение последних дней начинает отступать. Было что-то успокаивающее в этом ужине с Алексом, в их непринужденной беседе, в том, как легко они понимали друг друга.

– Знаешь, – сказал Алекс, отрезая кусок стейка, – несмотря на все сложности, я рад, что работаю в клинике. Это… изменило мой взгляд на многие вещи.

Лилиан посмотрела на него с интересом.

– В каком смысле?

Алекс задумался на мгновение, подбирая слова.

– Когда я был охотником, всё казалось таким черно-белым. Вампиры, оборотни, демоны – они были угрозой, которую нужно было устранить. Люди были жертвами, которых нужно было защищать. – Он сделал паузу. – Но работа в клинике показала мне, что реальность гораздо сложнее. Что даже существа, которых я когда-то считал монстрами, могут страдать, бороться, стремиться к лучшему.

Лилиан почувствовала, как тепло разливается по её груди от его слов.

– Это именно то, чего я надеялась достичь, когда открывала клинику, – сказала она. – Создать место, где сверхъестественные существа могут получить помощь, а не осуждение. Где они могут научиться жить в мире с собой и с людьми.

– И ты преуспела, – сказал Алекс искренне. – То, что ты создала здесь, Лилиан, это нечто особенное. Нечто важное.

Их взгляды встретились через стол, и на мгновение Лилиан почувствовала, как время замедляется. В глазах Алекса было восхищение, уважение и что-то ещё – что-то более глубокое, более личное.

Она потянулась за своим бокалом вина, и их пальцы случайно соприкоснулись. Электрический разряд пробежал по её коже от этого простого контакта, и она быстро отдернула руку, чувствуя, как румянец поднимается к её щекам.

– Извини, – сказали они одновременно, а затем рассмеялись, разряжая внезапное напряжение.

Но что-то изменилось в атмосфере между ними. Что-то, что было там всегда, но теперь стало более явным, более настойчивым.

Лилиан опустила взгляд, внезапно заинтересовавшись узором на скатерти. Её сердце билось слишком быстро, и она знала, что Алекс, с его обостренными охотничьими чувствами, вероятно, мог это слышать.

– Лилиан, – начал Алекс, его голос был мягким, почти неуверенным. – Я хотел спросить тебя.

Но он не закончил свою мысль. Его взгляд переместился за её плечо, к окну, и его выражение мгновенно изменилось – расслабленность сменилась настороженностью, теплота – холодной сосредоточенностью.

– Что такое? – спросила Лилиан, поворачиваясь, чтобы посмотреть, что привлекло его внимание.

– Не знаю, – ответил Алекс, его голос стал низким, профессиональным. – Мне показалось, что я что-то видел там, у деревьев. Движение, слишком быстрое для человека.

Лилиан напряглась, её собственные чувства обострились. Хотя она больше не была вампиром, некоторые из её сверхъестественных способностей сохранились в ослабленной форме – более острое зрение, более чуткий слух, более развитая интуиция.

Она всматривалась в темноту за окном, в деревья, окружавшие ресторан. На мгновение ей показалось, что она видит силуэт – высокую фигуру, стоящую неподвижно в тени. Но затем он исчез, словно растворился в ночи.

– Ты видела что-нибудь? – спросил Алекс, его рука незаметно переместилась к поясу, где, Лилиан знала, он носил серебряный кинжал – одно из немногих оружий, которое он сохранил со времен активной охоты.

– Не уверена, – ответила она, не отрывая взгляда от окна. – Возможно, это просто игра света и тени.

Но она не верила своим словам. Что-то – или кто-то – наблюдал за ними. И глубоко внутри она знала, кто это мог быть.

Маркус.

Мысль о том, что он мог быть так близко, наблюдая за ней, за Алексом, вызвала волну страха и гнева. Она сжала кулаки под столом, пытаясь сохранить внешнее спокойствие.

– Мы должны уйти, – сказала она тихо. – Если это то, о чем я думаю, оставаться здесь небезопасно.

Алекс кивнул, его взгляд всё ещё был прикован к окну.

– Согласен. Я расплачусь, и мы уйдем через кухню. Там есть запасной выход.

Лилиан не удивилась, что он знал планировку ресторана, включая пути эвакуации. Это было типично для Алекса – всегда быть готовым, всегда иметь план.

Они быстро закончили ужин, Алекс расплатился, оставив щедрые чаевые, и они направились к выходу через кухню, объяснив ситуацию менеджеру, которого Лилиан знала лично.

Выйдя на улицу через заднюю дверь, они быстро направились к машине Алекса, припаркованной неподалеку. Ночной воздух был прохладным, и Лилиан поежилась, хотя не была уверена, от холода ли.

– Я отвезу тебя домой, – сказал Алекс, открывая для неё дверь машины. – И останусь на ночь. На всякий случай.

Лилиан кивнула, слишком встревоженная, чтобы спорить. Мысль о том, что Алекс будет рядом, приносила странное облегчение. С ним она чувствовала себя в безопасности, защищенной.

Но даже когда они отъехали от ресторана, она не могла избавиться от ощущения, что за ними наблюдают. Что Маркус всё ещё где-то рядом, следуя за ними сквозь ночь, как тень, от которой невозможно убежать.

3.3