Татьяна Костоварова – Разве что богиня (страница 4)

Мы были вместе полтора года. Полтора года моей жизни, в которые я вложила всё. А потом выяснилось, что у него есть гражданская жена.

Это не было красиво – ни слёз, ни достоинства, ни мудрых решений. Были истерики и отчаянные попытки быть с ним несмотря ни на что. Я цеплялась за человека, который уже сделал свой выбор. Моей глупости хватило, чтобы разрушить даже то, что ещё можно было спасти.

Спустя некоторое время Денис вернулся. Не просто так, я напомнила о себе, чтобы поставить точку в этих отношениях для себя самой. При этом он очень старался, хотел начать сначала, придумывал разные поводы привлечь меня на свидание. Но было поздно.

Я уже была другой. Сломанной в одном месте – аккуратно, но навсегда. Я долго переживала этот разрыв. И когда рядом появился другой мужчина, я уже не была прежней.

– Он тебя сильно поломал, да? – тихо сказала Соня, будто читая мои мысли.

– Научил, – ответила я. – Быть менее доверчивой.

Тысячи женщин проходят через это. Я не уникальна. Просто после этого сердце становится жёстче, а критерии выбора спутника жизни – строже. И самое смешное – с теми, кто мне действительно нравился, я начинала вести себя глупо: отстранённо, холодно, подсознательно отталкивая, потому что новая боль пугала больше одиночества.

– Ты просто очень боишься, Лиль, – сказала Соня. – И всё ещё думаешь, что любовь – это риск.

Я посмотрела мимо подруги, куда-то в прошлое:

– Возможно, – сказала я. – Но знаешь… иногда мне кажется, что я уже заплатила за любовь слишком высокую цену.

Соня вздохнула и встала.

– Сердце – не одноразовый орган, – сказала она. – Даже если ты биофизик и всё хочешь объяснить формулами.

В любой ситуации Соня умела говорить о жизни спокойно, без надрыва. Я дружили так давно, что как-то незаметно стали частью жизни друг друга – без громких признаний, просто рядом.

У неё была своя история любви. Обычная. Настолько банальная, что от этого становилось немного не по себе.

Она вышла замуж рано, по ощущению надёжности. Я, кстати, была свидетельницей на их роскошной и выверенной до ощущения тошноты свадьбы – яркой и скучной одновременно.

Ее избранник был спокойный, работящий, без сюрпризов. Не романтик, но и не подлец. Они не сходили с ума друг по другу, но им было удобно вместе.

Потом появился ребёнок, дальше ипотека. Итогом стала – вечная усталость.

Соня не жаловалась. Она говорила:

– Ну, а как у всех.

Выверенная “любовь” у них не исчезла, она просто стала тише – без взглядов, ожиданий и желания быть увиденной. Они жили рядом, как люди, которые давно договорились не мешать друг другу. Такие отношения я бы именовала согласием.

Иногда Соня рассказывала, как муж засыпает под телевизор, как они не разговаривают вечерами, потому что «и так всё понятно». Она говорила это спокойно, почти с гордостью, как будто сумела приспособиться.

И я вдруг ловила себя на странном ощущении: её жизнь была не несчастной, но в ней не было места для огня.

Моя подруга всегда выглядела аккуратно, но так, будто это требовало усилий. Волосы собраны быстро, макияж минимальный, одежда практичная – ничего лишнего, ничего «для себя». Она производила впечатление женщины, которая давно привыкла быть удобной: для работы, семьи, окружающих.

В её взгляде часто мелькала усталость, которую она старалась замаскировать бодростью. Улыбка появлялась быстро, но исчезала так же скоро, уступая место тревожной сосредоточенности.

Соня выбрала стратегию выживания – аккуратную, безопасную, без резких движений. Она не ждала от любви ничего лишнего и, кажется, была благодарна за это.

И мне становилось ясно: если ничего не менять, через несколько лет я буду говорить тем же тоном – спокойно, без боли и без жизни.

И всё же я никогда не думала, что Соня меня не понимает. Она просто выбрала иной путь.

Мне иногда казалось, что она не столько видит, сколько чувствует мою нехватку. Как врач чувствует болезнь ещё до анализов. Она не лезла с советами, не тянула за руку, не уговаривала «потерпеть» или «ценить то, что есть». Она просто была рядом.

В её взгляде иногда мелькало что-то странное – не зависть и не жалость. Скорее тихое ожидание, будто она знала: мне нужно найти что-то своё – тот самый огонь, без которого я не умею жить.

И, возможно, где-то глубоко внутри жила другая мысль – пока ещё не оформленная, не осознанная: если Лиле удастся… если она найдёт… значит, это вообще возможно.

Может быть, Соня хотела вдохновиться моей дорогой, а может – просто убедиться, что любовь не обязана умирать тихо.

Я не знала этого точно. Но я знала одно – она искренне желала мне счастья – без условий и зависти, без требований стать удобной. И от этого её «тихий выбор» казался мне не слабостью, а формой выживания. Просто не моей.

Она вышла, а я осталась сидеть с кофе, который давно остыл. И вдруг подумала: “А если я просто слишком долго жила без огня и забыла, как он ощущается?”

Глава 5 Врач, который верит в целительную силу любви

После разговора с Соней я ещё долго смотрела на стену ординаторской, а по сути – сквозь время. События прошлых лет как разноцветные клубки разворачивались передо мной, превращаясь в один огромный ковер воспоминаний. Наша память дает нам очень много составляющих для нашей личности и мироощущения. Что мы без неё?

Как я уже упоминала, я работаю в детской больнице в отделении функциональной диагностики. Звучит солидно, правда? На деле это значит, что я целыми днями смотрю на чужие сердца, ритмы, импульсы, графики. Я знаю, как выглядят тревога, усталость или страх на ЭКГ. Иногда мне кажется, что я знаю о теле больше, чем о людях.

По образованию я медицинский биофизик. Это такая специальность, после которой ты перестаёшь верить в чудеса – по крайней мере, официально. Всё должно иметь механизм, причину, логичное объяснение и формулу. Если что-то работает – значит, где-то есть закономерность. А если уже не работает то, что невозможно измерить? Что-то, что помещается глубоко в душе?

Иногда, глядя на эти графики и кривые, я ловила себя на мысли, что когда-то и моя жизнь выглядела иначе. Не стабильнее, а ярче.

Мы со Станиславом были той самой парой, на которую оглядываются. Не специально – просто потому что от нас шло много шума, смеха и какой-то странной радости. Мы могли спорить, мириться, смеяться посреди ночи на кухне и внезапно уехать куда-то без плана, зато с энтузиазмом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.