Татьяна Кошкина – Принц и злая ведьма (страница 6)

– Короче, я полчаса назад отправил ему твои фотки. Он сейчас набирает в проект еще моделей. Это реальный шанс засветиться. Герман – крутой парень, очень талантливый фотограф. Так вот, этот крутой парень сказал, чтобы мы приехали в студию сегодня вечером. Хочет сделать пару твоих тестовых снимков, – Громов сиял, как лампочка, и явно был доволен собой. – Если уж кто-то сверху отсыпал тебе такой привлекательности, давай юзать ее по полной.

– Думаешь, у меня получится?

Перед глазами всплыли фотографии из глянцевых журналов со все той же Краш. Идеальное тело. Каждая поза отточена до положения мизинца. Нет, я никогда не питала иллюзий по поводу своей внешности и не страдала глупостями из серии «дурнушка». У меня шикарные длинные: светлые волосы, красивое тело и ноги, как говорил папа, растут от ушей. Но смогу ли я позировать на камеру? Полюбит ли меня объектив? Вот тут были сомнения. Никогда не позировала и фотографироваться не люблю. Так, селфи для инстаграмчика.

– Кожевникова, да ты рождена для этой работы! В зеркало посмотрись, – хмыкнул Громов, окидывая меня взглядом, от которого по телу пробежала приятная щекотка. Резкий звонок телефона прервал наш разговор. – Так, мне пора. Погуляй с Бадди! И подпиши контракт, он на стойке, – коротким движением принял вызов. – Да. Гер, все ок. Она согласна. Будем в семь…

Марк сунул ноги в ботинки и, на ходу продолжая разговор, вышел из квартиры.

***

День прошел слишком стремительно. Я на удивление весело и без особых проблем погуляла с Бадди в ближайшем сквере, мы даже немного повалялись на траве. Никогда бы не подумала, что от нервов есть лекарство лучше, чем тонна успокоительных – горячий лохматый бок. Завалиться на него головой, смотреть в голубое летнее небо и ни о чем не думать. Вот только все хорошее когда-нибудь заканчивается, этому правилу меня научила жизнь. Сегодняшний день не стал исключением. Стоило вернуться в квартиру Громова, как нервозность накатила с новой силой. В чем пойти на встречу с фотографом? Как уложить волосы? Что делать, если он посмотрит на меня без фильтров и разочаруется? Тогда мой шанс на счастливую жизнь вылетит в трубу вместе с планом Марка Громова, каким бы нелепым он ни был.

Как назло, сейчас в моем распоряжении был минимум косметики и средств по уходу, а денег на салон красоты Громов не догадался оставить. Идиот. Я злилась на все: ногти, волосы, прыщик на шее, а вот здесь около правого глаза как будто морщинка. О нет, только не морщинка! Никогда в жизни я не казалась себе такой несовершенной, как перед кастингом в модели.

Но в назначенное время послушно стояла на крыльце, ожидая, когда к нему подъедет дорогущий спорткар Громова. Парень, к моему удивлению, тоже оказался пунктуальным, но открыв окно, одной фразой все испортил:

– Ну что, рыбка моя, ныряй!

Я раздраженно плюхнулась на кожаное сидение и неприлично громко хлопнула дверью.

– Еще раз назовешь меня рыбкой, горло перегрызу, – бросила злобный взгляд на Марка.

– А ты в хорошем настроении, злая ведьма, – он обезоружил меня широкой улыбкой.

– А ты, как всегда, еле плетешься на своем железном коне.

Уколола его в ответ скорее по привычке, чем специально, и попала в десятку.

– Чтоо? – искренне возмутился принц и дал газу, благо конь в пятьсот сорок лошадиных сил позволял разогнаться по-взрослому. – Сейчас я тебе покажу, что значит скорость.

Моя Маруська был менее мощной, и от такого старта я не удержалась от вскрика. Черт, это было потрясающе. Машина с ревом неслась по дороге, Марк умело петлял между машинами, а когда выехали на скоростное кольцо вдавил тапку в пол. Раз. Два. Три. Сердце билось в сумасшедшем ритме. Громов вклинивался между машинами на невероятной скорости, пару раз я не выдержала напряжения и вцепилась руками в обшивку кресла. Четыре. Пять. Шесть.

Скоростное шоссе кончилось и сменилось двухполосной дорогой. Марк выехал на встречку. И тут я не выдержала:

– Черт, фура, Громов! – завопила во все горло.

Парень лишь усмехнулся и вернулся в свой ряд, как мне показалось, за несколько секунд до столкновения с огромным большегрузом.

Через минуту мы свернули с дороги и въехали небольшой городок, который вот-вот должен был стать частью нашего мегаполиса, но все еще хранил в себе провинциальный колорит в виде старых обшарпанных автобусов, открытых рынков и мутных стеклянных витрин.

– Герман ненавидит мегаполисы, поэтому студия здесь, – пояснил Марк с привычной самодовольной улыбкой на лице и припарковался рядом с двухэтажным домом, похожим на отреставрированный старинный особняк. Огромные полукруглые окна, лепнина, тяжелая деревянная дверь с резьбой. Такое чувство, что оттуда сейчас выбежит побитый жизнью холоп и крикнет: «Барин, гости пожаловали-с!».

– Громов, – я все еще не могла унять сердцебиение и звуки в слова складывались плохо. Острое возбуждение полыхало в каждой клетке тела, адреналин разжигал его с удвоенной силой. – Жаль, что утром контракт подписала. Иначе…

– Иначе что? – резкое движение. Он почувствовал. Он рядом. Сильная рука вжала моё плечо в кожаную спинку кресла. Запах того самого древесного одеколона заполнил все пространство вокруг. Пристальный взгляд карих глаз, на идеально красивых губах хитрая улыбка. – Отдалась бы мне прямо в машине? Хочешь нарушим договор прямо сейчас, детка? – провел пальцем по шее, где бешено билась жилка.

– Да я скорее уйду монастырь, чем опущусь до секса с тобой, – скинула руку с плеча и оттолкнула нахала. – Тем более ценой своей машины.

– Опустишься? Многие считают это верхом наслаждения, – уже в открытую веселился Громов. – А тут какая-то старая тачка в качестве штрафа. Должен же я перестраховаться! Нарушила закон – отвечай.

– Эта старая тачка сделала тебя в городе, как котенка. И нечего тянуть к ней руки, – шлепнула его по плечу. – И ко мне тоже!

– Это ты ко мне руки тянешь! – наигранно обиделся и отодвинулся подальше, сменив образ «коварный соблазнитель» на «оскорбленная невинность». Театр по тебе плачет, Громов. Рыдает горючими слезами.

– Ты первый начал!

– Нет ты! – показала ему язык и насупилась.

На секунду в идеально чистом салоне авто повисла не менее идеальная тишина. Я сложила руки на груди и прижалась правым плечом к дверце. Он повторил мою позу. Через пару мгновений грянул смех. Смотрели друг на друга, смеялись, как безумцы, и не могли остановить этот выплеск адреналина. Интересно, я выгляжу сейчас как полная идиотка?

– Давай уже мириться – сквозь слезы произнес Громов и протянул «мизинчик».

Нет, идиотов тут определенно двое. Подцепила его своим. Кажется, наша вынужденная совместная жизнь будет очень недолгой и похожей на игры в детском саду. Только вместо песочницы – шикарные рестораны, пластиковые машинки заменим на реальные, а вместо листиков подорожника настоящая валюта. Интересно, если я захочу его совочком по темечку стукнуть мне что, взять черепушку с полки?

На несколько минут я забыла о судьбоносной встрече с фотографом и немного успокоилась.

Глава 7

На первом этаже здания разместилась самая настоящая профессиональная фотостудия. Мы вошли сначала в небольшую прихожую, где нас с улыбкой поприветствовала девушка-администратор и, узнав Марка, проводила в огромное помещение с высокими потолками. Ого, это какое-то безумие!

Вокруг, как в кино про фэшн, сновали люди с вешалками на колесиках. Кто-то кому-то кричал и просил принести ножницы. Несколько девушек ругались в углу, перетягивая между собой какое-то блестящее платье. Но весь этот хаос происходил в полумраке, с которым сильно контрастировала светлая сторона. Я смогла рассмотреть белый фон, гигантские цветы и еще несколько узоров из причудливо переплетенных веток, кажется, из них была сделана арка. Я не могла разглядеть больше, мешало несколько мониторов, где постоянно менялись картинки.

Высокий худощавый блондин в широких джинсах и футболке на размер больше щелкал фотоаппаратом и временами что-то коротко говорил ассистентам. Те тут же куда-то бежали.

– Офигеть.

Я стояла посреди этого безумия и, чтобы не потеряться в нем, схватилась рукой за рубашку Громова. Он стал моим единственным маяком в бушующем океане.

– Знал, что тебе понравится, – снова эта бесячая самодовольная ухмылка.

Марк без церемоний схватил меня за руку и потащил к яркому пятну свету. Ему удавалось умело лавировать не только в потоке машин, с потоком людей он справлялся не хуже. Тепло его руки помогло немного успокоиться. Это было как далекое воспоминание из детства, когда кто-то берет тебя за руку и ведет, а ты чувствуешь себя в полной безопасности, потому что этот кто-то точно тебя не обидит.

Путь к фотографу нам преградила невысокая полноватая девушка с куцым крысиным хвостиком. У неё на шее болтался фотоаппарат, а в глазах сияла самоуверенность. Да, с этой чупакаброй мы точно не сработаемся.

– Привет, съемка еще идет, – нахмурилась она, – не отвлекайте мастера. А это еще кто? – смерила меня снисходительным взглядом.

Я с трудом подавила в себе желание отвесить пигалице хорошего пинка. Вот есть же такие люди, вроде, ничего особенного не сделала, а уже бесит.

– Её Герман пригласил для проекта, а я так – служба доставки, детка. Не сверли во мне дырку взглядом, я же не железный, Натусь.