Татьяна Кагорлицкая – Фантастика 2026-63 (страница 85)

Джозеф вжал голову в плечи.

– Господин, я…

Щелчком пальцев Норрингтон заставил его умолкнуть и взглянул на Джейн. Когда он заговорил, его голос зазвучал на удивление серьёзно.

– Едва вы вернулись от хранителя с нужными мне знаниями, я мог получить их от вас в любой момент, даже не являя свой лик, а просто стелясь за вами тенью, выведать всё, пока вы обсуждали планы. Так и было сделано. Мне уже известно всё, что требуется. Наконец, и я открыл вам свои намерения: Золотой Змей должен стать темницей для Великого Духа.

Для всех, кто здесь присутствовал, его слова стали откровением, кроме самой Джейн. Она же молчала, не пытаясь перебить Норрингтона.

– Узнав правду, вы так и не перешли к решительным действиям. – Он осуждающе покачал головой. – Рассчитывали сначала спасти колонистов? Они сами не желают этого спасения, грезят золотом.

Его губы тронула снисходительная усмешка.

– Если вы сделаете правильный выбор, потом, когда всё будет кончно, я верну их назад, чтобы ваша трепетная совесть осталась чиста. Возможно. Итак…

Прежде чем он завершил фразу, Джейн невольно замерла, будто и её обездвижили. На самом деле Уолтер никак не вмешивался, и она оцепенела лишь потому, что поняла: ей не придётся искать повод, чтобы заманить Норрингтона в безвременье. Она даже удивилась, отчего ясность пришла только сейчас: «Мы гадали, как подловить его, а он сам жаждет этого мгновения! Настолько сильно стремится отомстить, что рискует собственной свободой. Иронично и… страшно. Страшно знать, что всё вот-вот решится и на кону стоит слишком многое». Разумеется, Норрингтон ощущал её страх. В любом другом случае эта эмоция понравилась бы ему, но сейчас его терпение подходило к концу. Он ждал долго, вылепливая из Джейн ту, кто воплотит его замысел, он рассчитывал на её решимость и не хотел видеть никаких колебаний. Когда она инстинктивно отодвинула за спину сумку с артефактом, Уолтера разозлил этот жест.

– Вам всё-таки нужен особый повод, мисс Хантер? Предоставлю с удовольствием.

Не успела Джейн сделать вдох, как Куана, коротко вскрикнув, полетел вниз, будто кто-то толкнул его. Всего за несколько секунд он полностью скрылся под водой, чья поверхность отчего-то даже не пошла рябью. Чёрная, гладкая, источающая клубы пара, она смотрелась как пасть какого-то диковинного монстра. И теперь этот монстр поглотил Куану целиком.

– Нет! Не убивай его! – закричала Джейн.

– Убивать? – удивлённо переспросил Уолтер. – Пока рано, мисс Хантер. Куана уже полюбовался нашим поцелуем, но этого мало. Взгляните-ка…

Он поманил её пальцем. Не чуя под собой ног, Джейн подошла к краю ямы. Опускать глаза было страшно, и всё же она повиновалась. Сначала показалось, что в ответ на неё смотрела лишь бездна, и тогда Джейн упала на колени, наклонилась почти над самой водой. От ужаса грудную клетку сдавило, сердце жалко трепыхалось, зажатое рёбрами как тисками.

– Куана! – отчаянно позвала она.

Постепенно Джейн разглядела его лицо. Под толщей воды оно стало пепельно-серым. Она заливалась в раскрытый в немом крике рот, застилала распахнутые глаза. Джейн чудилось, что она переживает всё то же, что и Куана: не перестаёт грести, пытаясь вырваться из жуткого плена, ищет опору под ногами, чтобы оттолкнуться, только глубина такова, что никакой опоры не существует и каждый вдох лишь приближает кончину, ведь вместо воздуха лёгкие наполняются густыми чёрными потоками. Во взгляде Куаны читалась такая боль, словно вода, проникая внутрь, разрывала тело на мелкие кусочки. С губ Джейн сорвалось жалкое:

– Почему он не в силах выплыть…

Глядя, как индеец, задыхаясь, бьётся в агонии, она была в шаге от того, чтобы броситься за ним. Уолтер удержал её, рывком подняв на ноги.

– Вы полагаете, Куана тонет потому, что он плохой пловец? Или, может, потому что это место обладает свойством поглощать всё живое? Нет, моя маленькая мисс Хантер.

Норрингтон чуть повысил голос, чтобы все услышали, как он её называет. Его ладонь, опустившаяся на её талию, жгла, давила. Казалось, что все смотрят именно на эту проклятую ладонь.

– Я сделал так, чтобы Куана нырнул в ваши мысли обо мне и узнал всё, что вы когда-либо обо мне думали. Там не только размышления о мести. – Его улыбка стала порочной. – Там притяжение, снедающее вас изнутри. Ваши запретные мечты. Мой палец на ваших губах. Наш поцелуй, который случился не во сне, и ночь, когда вы отдались мне прямо на берегу океана, на песке. Разве так поступают, когда уже есть другой возлюбленный? Или вы не любите его, мисс Хантер?

Прохладное дыхание Уолтера коснулось её щеки. Заставив Джейн посмотреть прямо в его лицо, он вкрадчиво прошептал:

– Разве сейчас вы не должны сбросить мои руки и ринуться спасать Куану?

Джейн не шевелилась. По её щекам безостановочно лились слёзы.

– Вот почему он тонет. Это не вода – это ваше предательство тянет его на дно, – припечатал Норрингтон.

Происходящее напоминало кошмар, после которого просыпаешься в холодном поту. Она дорого отдала бы за то, чтобы наконец проснуться, но Уолтер не отпускал её. Куана по-прежнему оставался пленником тёмного омута и смотрел сквозь мутную пелену, потеряв возможность выбраться обратно к свету.

– Вам ведь известно, как он терял тех, кого любил. – С нескрываемым удовольствием Уолтер усиливал страдания Джейн. – Известно, какое преданное сердце скрывается за хладнокровным спокойствием. Известно, что ради вас он отступился от данной самому себе клятвы. И как же вы обошлись с ним, мисс Хантер? Сколько времени вы трусливо откладывали решение, делая вид, что ваши чувства к Куане и ваша связь со мной – две разных реальности, которые никогда не пересекутся? Вели себя с ним как трепетная влюблённая, а за его спиной…

Её сердце разрывалось. Ни единой осознанной мысли в голове не осталось. Джейн могла лишь молить о том, чтобы всё прекратилось.

– Хватит! – прошептала она, глотая воздух. – Я… Я сделаю то, что ты хочешь. Только перестань его мучить.

– Это не я, это ты, Джейн, – отчеканил он.

Отстранив девушку, Норрингтон проследил за тем, как она потянулась к артефакту, сомкнув пальцы вокруг золотого изваяния. Ей наконец-то стала очевидна неизбежность того, что должно случиться. По тому, как изменилось выражение её лица, Уолтер понял, что решающий миг уже здесь, и, усмехнувшись взмахнул рукой, вызволяя Куану. Получили свободу и остальные: теперь каждый мог двигаться, мог бежать, мог прятаться – для Уолтера это не имело значения. Он не отрывал глаз от Джейн и от реликвии в её ладони. Норрингтон ждал этого мгновения невыносимо долго и готов был рискнуть всем, лишь бы Золотой Змей, попав в безвременье, вновь возродился.

Видя, что статуэтка начинает излучать сияние, он стиснул пальцы вокруг девичьего запястья, образуя неразрывную связь. Джейн сосредоточилась, мысленно взывая к артефакту. Она понятия не имела, что из себя представляет то самое место, где её долгий путь придёт к завершению. Всё, что от неё зависело, – собрать воедино все эмоции, бурлившие внутри, и направить их силу в дело.

Вдруг её свободную ладонь кто-то перехватил. Это Ральф, прожигая Уолтера взглядом, поклялся:

– Я последую за тобой, Норригтон.

На плечо капитана легла рука Куаны. Несмотря на пережитую только что пытку, он твёрдо стоял на ногах. Плотно сжатые губы не подрагивали.

– И я отправлюсь туда, где тропа закончится.

За ним потянулись Питер, Маргарет и Уильям. В полной тишине присоединились Джереми и Джозеф. Приподняв уголки рта в недоброй улыбке, Уолтер сжал локоть мистера Хантера, замыкая круг.

– Если вам всем так угодно, господа, добро пожаловать в безвременье.

Джейн из последних сил воззвала к Змею, вложив всё отчаяние в свою мольбу. Золотая вспышка достигла такой силы, что на миг скрыла сиянием всех собравшихся. А когда она рассеялась, никого из тех, кто стоял вокруг расщелины, здесь уже не осталось.

Зрение помутнело. Полагаться на него пока не имело смысла. После перемещения в ушах звенело, поэтому на слух Джейн тоже не рассчитывала. Втянув носом воздух, она различила тонкий аромат – хвоя, мох, древесина. Лесной запах окутал её вместе с приятной прохладой. Джейн опустила глаза, надеясь, что мир вокруг вскоре обретёт чёткость. Золотой Змей, зажатый в пальцах, всё ещё сиял.

– И куда же ты нас привёл? – тихо пробормотала Джейн. Она почти сразу почувствовала, что что-то не так: ничьё присутствие не ощущалось. Как человек, не понаслышке знакомый с шаманскими практиками, Джейн чутко реагировала на такие вещи. Сейчас рядом с ней не было ни души, она знала это. Когда зрение наконец вернулось к ней, предположение подтвердилось. «Я здесь одна…» – Пока Джейн не могла определить, пугает это или радует. После жестокого испытания, устроенного Уолтером, ей требовалось время, чтобы прийти в себя. Она пыталась не думать о том, что пережил Куана, о том, взглянет ли он на неё ещё хоть раз. «Ведь ты понимала, что Норрингтон именно так и поступит. – Жалости к себе Джейн не испытывала. – Вини только себя».

Вздохнув, она крепче сжала золотую статуэтку. Поскольку рядом не было никого, действовать предстояло самостоятельно. Внимательно осмотревшись, Джейн невольно затаила дыхание. Таких лесов она прежде не встречала. Деревья, росшие здесь, выглядели настоящими исполинами: даже двоих человек не хватило бы, чтобы обхватить огромные стволы, а раскидистые кроны уходили ввысь, к небу, которое терялось за тёмно-зелёным покровом. Никаких ориентиров, никаких звуков, ничего знакомого Джейн не находила. «Пожалуй, этот лес и правда похож на волшебный край, существующий вне времени. Его течение здесь не заметно…» – Она осторожно шагнула, наступая на мягкую, чуть рыхлую почву. Корни деревьев выступали над землёй, расчерчивая её извилистым узором. Пейзаж, окружавший Джейн, казался одинаковым – взгляду не за что было зацепиться. Складывалось впечатление, что лес раскинулся на долгие-долгие мили вперёд и плутать по нему ей суждено до скончания веков. «Только, если это действительно безвременье, веков здесь тоже не существует», – невольно усмехнулась она и, закрыв глаза, прислушалась. Тщетно: ни шороха, ни дуновения. – Что дальше? Либо оставаться здесь и ждать, либо идти наугад».