Татьяна Иванько – Ключи и… (страница 18)

Генриха обуяло суетливое сумасшествие после её исчезновения, по всему свету неслись сыщики, но вернул на остров госпожу Ли человек Всеволода Вернигора, что само по себе было странно, и я заподозрил здесь какой-то странный заговор, пока не мог понять, чей. И вернул в плохом состоянии. Тут-то меня и призвали как лекаря, осмотреть прекрасную госпожу. Каково было моё изумление, когда помимо сотрясения мозга, которое она получила, думаю, от рук Одинигана, судя по его виноватому виду, госпожа оказалась ещё и беременна. Срок был очень маленький, не уверен, что она сама знала о своём положении, но отцом этого ребёнка никак не мог быть Генрих. Вот потому я решил молчать, а позднее призвать госпожу Ли в свои союзницы и попросить помочь бежать. Остальное вы уже знаете.

И теперь мы втроём, самой странной компанией, какую только можно вообразить, летели в Запретную зону, чтобы… впрочем, у каждого была своя причина. Но одно я должен был прояснить.

– Одиниган, сейчас, когда никто не может услышать и наказать тебя, ответь, ты изнасиловал госпожу? – спросил я, отмечая, что пределы острова, его воды и сторожевые корабли мы миновали, а значит, мы совершенно свободны.

– Что?! – подхватился Одиниган. – У тебя в голове твоей, плешивой вообще ума нет?!

Я засмеялся.

– Ну и плешивый… не всем быть волосатыми как гризли, – сказал я. – Но ударил её всё-таки ты. Расскажешь?

Одиниган только фыркнул.

– Тогда я расскажу. Ты раб Всеволода Вернигора, значит, ты…

– Замолчи!

– Почему он отправил её найти, понятно, но почему ты её ударил? Ты не посмел бы сделать это сам, никто бы не посмел, как бы ни складывались обстоятельства, а значит… Почему Всеволод приказал убить госпожу? Значит, есть что-то, что заставляет его её бояться… или не её… Кто отец её ребёнка? Ты знаешь, если ты следил за ней всё это время, ты не можешь не знать.

– Иди ты к чёрту! Ты думаешь, ты Шерлок Холмс? – прошипел Одиниган.

– Скорее уж Пуаро. Хотя тоже нет, я гораздо умнее их обоих. И всех остальных ваших книжных детективов. Давай, не запирайся, говори, что там было?

– Ты же такой умный, догадайся сам, – огрызнулся злой индеец.

– Ну и догадаюсь, делов-то… Только Всеслав Вернигор мог заставить госпожу Ли так отчаянно сопротивляться любви Генриха. Значит, тишайшие слухи о них – всё чистая правда. Я всегда говорил, не бывает пустых слухов…

– Кому ты говорил?

– Самому себе, кому же ещё, от вас всех толку никакого.

– То есть, я тупица?

– То есть, да. Не обижайся.

– Но сейчас ты всё же со мной говоришь.

– Послушай, на кухне Исландцев живут два кота, больше всего в жизни я говорил с ними, так что… Это способ снять напряжение.

– А чего это ты в напряжении?

– Я впервые управляю этим драндулетом.

– Что? Ты шутишь, что ли? – воскликнул испуганный Одиниган.

– Чего орёшь-то? Я его собрал по чертежам, по всему, что нашёл в сети и книгах, переделал дрон в самолёт, причём такой, который не виден радарам, иначе сбили бы нас ещё на вылете с острова…

– Как это?

– Да это как раз несложно. Электромагнитный отражатель, ерунда. А вот вести этот дурацкий шар безумно сложно… как оказалось. Вот тебе и самая совершенная фигура. Хорошо, всё же додумался, хоть какие-то плоскости приделать… Я же не думал, что пассажиры будут… и лететь много часов, большую скорость мы набрать не можем.

– Почему?

– Мощности немного. Емкость батарей небольшая, это же не топливо, солнечной энергии только под солнцем много, в темноте только расход.

Одиниган помолчал несколько мгновений, а потом заговорил снова.

– То есть ты посадил госпожу в этот… как ты говоришь, самодельный драндулет, и куда и как мы долетим теперь неизвестно? – возмущённо высказался он, захотелось треснуть его по его орлиному носу, выискался умник.

– А что, был выбор? Я прям не могу, сидит, рассуждает… Вы-то, куда намеревались податься? К лодкам? Ну-ну, с прошлого раза под страхом лишения всех прав для свободных, а это значит, в будущем железного ящика, запрещено брать пассажиров на лодки и корабли без личного разрешения господина Ольгерда. Так что… поймали бы вас ещё в порту.

– Я угнал бы лодку.

– Управлять умеешь, угонщик?

– Ну и ты не умеешь.

– Два часа летим, однако. И никто не видит и не знает, где мы. И не найдут.

– Если долетим.

– Долетим, недолго уже.

– Откуда ты знаешь? У тебя же не работает навигатор.

– У меня не не работает навигатор, у меня его нет, потому что по нему нас могут отследить, его я снял первым. Но это сегодняшние навигаторы можно отследить через сеть, они работают от станций-ретрансляторов на Земле. А про спутники все забыли.

– То есть? После Войны же они отключились, – сказал Одиниган, и я удивился, значит, не такой он и остолоп, кое-что знает об этом мире.

– Они и отключились, но не так уж сложно было их включить.

– Несложно? Это как?!

– Перенастроил антенну и дело с концом. Ничего нет сложного, если хочешь.

– Хочешь? А чего ты хотел?

– Освободиться, если попросту, – не буду же я ему рассказывать о своих мечтах.

Одиниган рассмеялся.

– Чего ты? – спросил я.

– Я думал, только я сумасшедший.

– Госпожа тоже… не очень в своём уме, конечно. Совокупляться с братом тоже… не совсем нормально, хотя говорят, в Тёмном мире всё одобряют. Слыхал?

– Наверное… только… они не брат и сестра, – будто нехотя произнес Одиниган.

Я посмотрел за спину, он снова аккуратно приобнял госпожу Ли.

– Ты точно знаешь?

– Точно…

– Ну… собственно говоря, я догадывался.

– Есть хоть что-то, о чем ты не догадывался или не знал? – сердито проговорил Одиниган.

– Чего ты злишься? Достаточно посмотреть на них, на всех Вернигоров и госпожу Ли, чтобы понять, что она не их крови. Сходство одно – сказочная красота, но её совсем иного рода. Думаю, её удочерили.

– Сведений нет. И доказательств тоже, – сказал Одиниган. Искал их, значит.

– Кто ж оставит сведения в деле такого рода, – сказал я.

– Но она родилась в их клинике, там, в Вернигоре, никаких документов, хотя бы упоминаний о ещё какой-то роженице в то же время, кроме их с Всеславом матери Евы Вернигор в ночь её рождения… И после переехала в замок, ну то есть… во дворец.

– Да-а… – с завистью протянул я. Об этой клинике, имевшей филиалы по всему миру, я слышал, как и о её руководителе, Никитине. Говорят, он чудеса творит, вот бы поучиться у кого, а то мои-то знания и умения только для Исландцев и годятся, от природы крепких потомков викингов.

Впереди показались очертания скал. Это Геркулесовы столбы, Гибралтар. Мы достигли Запретной зоны…

…Я уснула мгновенно и так глубоко и спокойно, даже сладко, как не спала уже очень давно. Это был какой-то любопытный сон о путешествии, мы плавно летели на небольшой высоте, внизу был только океан, но сейчас была ночь, и он был не виден, но мы все чувствовали его. А яснее всего я чувствовала лёгкость. Настоящий полёт.

И вот из воздуха сгустился Фос. Это был именно он, как всегда светящийся, струящийся светом. Но я позвала его:

– Серафим…

– Ты же узнала меня, Ли, – мягко произнес Фос. – Серафим не может прийти. Ты уже поняла, наверное.