Татьяна Гранде – Игра в прятки (страница 5)
Ему казалось, что, то самое возмездие, о котором он думал совсем недавно, наконец, настигло его.
И именно в эту секунду дверь на площадке распахнулась, выпуская знакомую ему старушку.
– Что, сынок, поплохело тебе? Иди, я водички тебе дам.
Да, это была она – Екатерина Андреевна, и Тягунов вдруг почувствовал, что боль чуть-чуть отпустила, и как завороженный пошел за бабулей.
Нина чувствовала себя сомнамбулой. Ее движения чем-то напоминали движения робота, запрограммированного и тупого. Она включила свет, прошла на кухню, чтобы поставить чайник на плиту.
Зажгла газ и отправилась в комнату. Там бросила на диван пальто и шапку. Подняла с пола зайца, решив положить его в кроватку к белому медвежонку.
Она уже, протянула руку и тут увидела спящую в кроватке Лизу.
– Доченька моя, – Нина схватилась за перильца и тут ноги отказались держать ее тело. Женщина опустилась прямо на пол, повторяя, – ты! Это ты!
Баба Катя показала Сергею на стул, и он послушно уселся возле стола. Она налила из кувшина в стакан воды и подала его Сергею, а потом протянула белый кругляш таблетки.
– Положи под язык, сердечко и отпустит.
Через минуту Сергею, действительно, стало лучше, и тут он заметил стоящую в комнате коляску со спящим младенцем беспутной мамаши.
– Что, так и не забрала ребенка?
Екатерина Андреевна подошла к коляске и долго смотрела на малыша. Когда она вновь повернулась к Сергею, лицо ее изменилось. Черты лица заострились, а рот скорбно изогнулся.
– Нет. Да и не заберет уже.
– Почему? – удивился Сергей.
– Машина ее сбила. В аккурат как ты уехал. Теперь Дашка сирота. От сироты родилась, и сама сиротой стала.
Бабуля присела на краешек стула и тяжко вздохнула:
– Я ведь Женьку предупреждала, что плохо все закончится. Не слушала она меня…
– И что же теперь?
Старушка внимательно посмотрела на Сергея своими голубыми глазами и тихо, словно раздумывая о чем-то очень важном, произнесла:
– А что теперь. Приедут эти, из опеки и заберут девку. Я-то старая. Мне не вырастить. Да и не даст никто. Позвоню завтра. В опеку. Она же, Женька, на учете не стояла и дома сама родила. Меня, в последний миг позвала. Я Дашку и приняла. В больницу просила не везти. Может, загубить хотела дитя, да так и не решилась. Вот так, сынок, бывает. Вроде и есть человек, а по документам, вроде, как и нету. Ну, эти-то выправят ей метрику живо. Только любовь бумажками не решается.
– Я могу ее любить. Я и моя жена, – неожиданно для себя сказал Тягунов.
– Сможешь? – еле слышно спросила бабуля.
– Да, – вдруг обретя уверенность, ответил Сергей, – мы потеряли ребенка, и у нас больше не будет детей. Хотя, простите, я не имею на это права.
– Господь решает наши судьбы! – Екатерина Андреевна поднялась со стула. – А ты свое право сегодня заслужил.
– Что вы имеете в виду?
– ы знаешь, – хитро прищурилась она,– ты ведь приходил сюда не случайно. Ты все знаешь. А теперь иди. Идите вместе.
Сергей встал, а бабуля подошла к коляске и вынув спящего ребенка, прямо в одеялке, передала ему в руки. Надев на девочку шапку, она подвела Тягунова к выходу, перекрестила и открыла перед ними дверь.
– Иди уже, подальше от людских глаз. Вместе идите. Да пусть хранит вас господь.
Сергей шел по дворику к машине с ребенком на руках, и теперь у него не было ощущения, что он забрал чужое! Конечно, впереди предстоял непростой разговор с Мариной. Но он знал, что она поймет его. Поймет и простит.
Он надеялся, что теперь все плохое закончилось. Новая жизнь, новые надежды!
Наверное, так думают все, завершая определенный отрезок жизни. Не зная, что прямой дороги к счастью нет!
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ПРЕДЛОЖЕНИЕ, ОТ КОТОРОГО НЕЛЬЗЯ ОТКАЗАТЬСЯ.
Красивый большой дом находился совсем недалеко от города, но этого было достаточно для того чтобы сохранять уединение.
Деревенька разрослась километрах в пяти от деревянного двухэтажного особняка, и местный народец бывал у хозяина дома редко. Разве что по крайней необходимости.
Для выполнения работ по строительству или уборке территории он прибегал к услугам простого народа, да и то крайне неохотно. Его образ жизни требовал этого. Чем меньше людских глаз, тем лучше. Таким был его девиз, и он старался придерживаться неписаного закона.
Здесь было очень красиво во все времена года. Вот и сейчас, в декабре, местечко напоминало кусочек сказки. Дом гармонично вписывался в пейзаж из леса, реки и холмов. И, возможно, здесь нашли приют сказочные гномы и эльфы.
Стоп…
Если здесь и жил кто-то не из простого мира, то это – хозяин дома. И был он не добрым волшебником, а, скорее, исчадием ада.
Да и дружки у него были под стать. Они частенько собирались под крышей этого прекрасного жилища, решая судьбы неугодных под звон бокалов с изысканным вином, а нередко, и под рюмочку обыкновенной русской водочки. Под хороший закусь, все вопросы решались необыкновенно просто. И не дай бог кому-то угодить под замес!
Сегодня здесь было пусто. Картины, написанные рукой именитых художников, редкие статуэтки и вазы, старинная мебель, привезенная со всех уголков света, безмолвно взирали на молодую особу, пытающуюся вписаться в этот избранно прекрасный мир.
Хоть девушка и была симпатичной, было в ее образе что-то демоническое. Глаза ее не были добрыми. В них читался трезвый расчет и презрение ко всему окружающему миру. Длинные выбеленные волосы, придавали лицу еще больше кукольности.
Благодаря успешным инъекциям ботекса и гиауронки, она выглядела несколько моложе своих тридцати с хвостиком.
Светка, скучая сидела на диване и под звуки, лившиеся из включенного телевизора, листала модный журнал.
Когда в комнату вошел Мамон, она обрадовалась, но не подала вида, продолжая все также переворачивать страницы.
Мамон всегда выглядел хорошо. Любимым цветом считал черный. Он был высок ростом, в меру худощав и, несомненно, красив. Его темно карие глаза, насквозь пронизывали собеседника, словно еще до начала разговора, он уже знал о нем все. Правильные черты лица добавляли образу аристократичности.
Скрывая рано проявившиеся залысины, он брил голову почти наголо, но это ему тоже шло. Мамон выглядел гораздо моложе своих пятидесяти и старался поддерживать физическую форму на высоте.
Хозяин дома подошел к ней, присел рядом и приобняв, сказал:
– Ну что, Светик! У тебя сегодня День Рождения! Поздравляю!
Светка отбросила в сторону журнал и удивленно уставилась на Мамона.
– Ты что, совсем обалдел? У меня днюха вообще-то летом!
– Нет… сегодня… И ты будешь праздновать сегодня в твоем любимом ресторане свой День Рождения. И позовешь подружку. Ту, симпатичную, с темными волосами, – ласково поглаживая ее по голому колену, продолжал Мамон.
– Надьку что ли? – стараясь казаться равнодушной, уточнила девушка.
– Вот–вот. Именно Надьку.
– А если она не пойдет?
– Сделай так, чтобы пошла! – Мамон вытащил из кармана синюю бархатную коробочку. – Я вот тебе подарочек приготовил.
Взяв Светкину руку в свою, он раскрыл ее ладонь и вложил в нее подарок.
Девушка немедленно открыла синий маленький футлярчик и, вынув оттуда колечко, восторженно воскликнула.
– Ух ты! А камушки то настоящие!
– Кто бы сомневался! – усмехнулся Мамон. – Короче, сделай как я сказал. К семи вы с Надеждой должны быть в «Фениксе».
Он притянул ее к себе и поцеловал, а затем быстро сорвал с нее одежду, не очень заботясь, что может испортить нежные предметы ее белья.
Бархатная коробочка упала из рук Светки на пушистый ковер…
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. ШАМПАНСКОЕ С СЮРПРИЗОМ.
Наденька неторопливо шла по дороге мимо многоэтажек. Она только что закончила работу в салоне мобильной связи и теперь с удовольствием рассматривала витрины магазинов.
Ей хотелось украсить свою квартиру чем-то новым. Возможно, это будет красивый шарик для елки, которую сегодня она собиралась поставить и нарядить или, например, вот этот прекрасный светильник-медвежонок.