Татьяна Гранде – Игра в прятки (страница 4)

Не дожидаясь ответа, девица стремительно, насколько могла, сорвалась с места. Старушка только и успела, что плюнуть ей вслед.

– Эх, шалава! Теперь сидеть до ночи с дитем, а, может, и до утра, пока мамаша беспутная нагуляется.

– Так мужу ее или родителям, ребенка отдайте, – посоветовал Тягунов, поднимаясь и стряхивая с колен снег.

– Э-эээ, милый, – вздохнула баба Катя, – нет у нее никого! Детдомовка она. Без роду, без племени. И дитя это несчастное сама не знает от кого родила. Беда, да и только.

– Да…Беда, – соглашаясь, кивнул головой Тягунов, – до свидания. Пора мне.

Пока он шел к машине, старушка внимательно и серьезно смотрела ему вслед.

– Иди, раз пора. Вернешься еще.

Младенчик в коляске тревожно захныкал, но не проснулся, и бабе Кате пришлось встать, сбросив с колен пригревшегося котищу, чтобы покачать колясочку.

Почему-то на обратном пути Тягунов совсем не замечал красот подготавливающегося к Новогоднему празднику города. Все его мысли были заняты лишь женщиной в черном. Ее лицо немым укором стояло перед ним. Он даже едва не столкнулся с едущим навстречу автомобилем, неожиданно выскочившим на перекрестке.

Чудом избежав аварии, он почему-то подумал о том, что кара небесная неминуемо настигнет его.

Не может же быть такого, что Господь оставит его подлое деяние безнаказанным! Ведь эту несчастную, раздавленную горем Нину, так назвала ее бабуля, лишил ребенка именно он!

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. РАВНОВЕСИЕ.

Когда он вернулся домой, то на пороге его встретила теща. Светлана Сергеевна держала на руках Дашу и мохнатого смешного зайца.

– А вот и папа пришел, – теща поцеловала его в щеку.

– Добрый день. А Мариша где?

– Мариша поехала к подруге, – улыбнулась Светлана Сергеевна. Часика через два-три вернется. Велела тебя накормить.

Женщина пошла на кухню, собираясь выполнить наказ дочери.

Сергей быстро разделся, вымыл руки, и пока теща пыталась успокоить хныкающую девочку, заглянул в холодильник.

Он извлек оттуда только бутылку водки и тарелку с нарезкой мяса и сыра. Не найдя рюмки, он, не замечая взгляда изумленной       Светланы Сергеевны, выставил на стол стакан и наполовину наполнил его.

– Курочку что, не будешь? – растерянно спросила она. – Ты разве, не голоден?

– Да, я не хочу есть. Я хочу сильно, очень сильно напиться.

Сергей сел за стол, включил телевизор и, бездумно смотря в экран, залпом выпил водки.

Отправив в рот кусочек сыра, налил еще, но пить не стал. Обхватив голову руками, он смотрел в одну точку. Теперь совсем не в экран телевизора, чем сильно испугал Светлану Сергеевну.

Она отвела малышку в комнату и, посадив в манеж с игрушками, вернулась на кухню.

– Что-то случилось, Сережа?

– Случилось. Только не сейчас, не сегодня. Как я мог совершить такую страшную ошибку?

Светлана Сергеевна не поняла его слов. В комнате громко заплакала девочка. Наверное, и ей передалось состояние напряжения и отчаяния…

Женщина, вскочив со стула, на который только что присела, подошла к манежу и постаралась уговорить малышку не кричать:

– Дашенька, папе надо отдохнуть. Папа сильно устал! Смотри, куколка ждет, когда ты с ней поиграешь, милая.

– Ее зовут не Даша! – вдруг громко выкрикнул Сергей. – Она Лиза! И я украл ее жизнь. Вот просто взял и украл, думая, что имею на это право. Улучшить свою жизнь за счет жизней других! Теперь я должен все исправить.

– Что исправить? Сережа, что ты хочешь исправить?

Лицо тещи выражало ужас.

Наверное, он и правда, выглядел сейчас страшно. По крайней мере, женщина впервые видела приличного и уравновешенного зятя таким.

– Светлана Сергеевна, оденьте малышку. Здесь душно. Я выйду с ней на улицу.

– Сергей, ты уверен, что хочешь погулять с Дашей? По-моему, ты не очень хорошо себя чувствуешь. И ты выпил.

– Я хочу выйти на улицу с ребенком, – упрямо повторил он и

Светлана Сергеевна не осмелилась перечить. Да к тому же она поняла, что не сможет его остановить. Уж где ей справится с мужиком под метр девяносто? Она сильно пожалела, что отпустила Марину. Та уж точно бы справилась с этим упрямцем!

– Хорошо… Хорошо… Я сейчас одену ее для улицы.

Светлана Сергеевна вышла с кухни и вскоре вернулась с уже одетой в яркий комбинезончик Дашей.

Сергей молча взял ребенка на руки и вышел на улицу.

Светлана Сергеевна выскочила на крыльцо вслед за ним и, трясясь от холода в своем тоненьком халатике, жалобно попросила:

– Возвращайтесь скорее. Мне бы не хотелось, чтобы Марина, когда вернется, не застала вас.

– Идите в дом, – повернулся к ней Сергей,– простудитесь.

Снежинки, кружась, ложились на ее седую голову, а ветер забирался под халат, морозя голые ноги, и тогда ей пришлось вернуться в тепло.

Когда дверь за тещей закрылась, Тягунов быстро пошел к машине, посадил девочку в детское кресло и выехал со двора.

Машина ехала вдоль сосен. Лишь свет фар освещал дорогу, и в этом было что-то зловещее.

Наверное, Тягунов понимал, что его ждет по возвращении. А ведь

он уже привык видеть Марину веселой. Прежней!

Теперь же ему предстоит испытать то, что казалось, ушло безвозвратно. Вновь испытать.

Наверное, он мог бы повернуть обратно. Смириться. Забраться в уютный, теплый кокон и плыть по течению. Как получится. Как уже получилось!

Мотнув головой, Тягунов отогнал наваждение и прибавил газу, боясь, как бы черный демон не нашептал ему еще что-то, смущая его и без того мечущуюся грешную душу.

Девочка заснула в своем кресле. И Тягунов был рад, что она больше не плачет.

Когда машина въехала в город, хмель уже вполне выветрился из него. И он хорошо понимал, что делает и что хочет сделать.

Затормозив у знакомого уже дома под номером двадцать пять, Сергей вышел из машины и, вытащив спящую малышку из кресла, направился к подъезду.

Он поднялся по лестнице вверх и осмотрелся по сторонам, стараясь понять, где находится нужная квартира и вдруг увидел, что одна дверь на лестничной клетке приоткрыта. И сразу вспомнил бабулины слова. Только здесь могла жить та скорбная, в черной одежде, женщина.

Зайдя в квартиру, он приготовился к объяснениям, но никого не обнаружил. Тягунов прошел по коридору, заглянул на кухню и наконец, понял, что Нины в квартире нет. Тогда он увидел еще одну комнату. В ней было много игрушек, а в углу стояла детская кроватка.

На кружевной подушке лежал белый пушистый медвежонок. Казалось, он незаслуженно занимал чужое место, но его присутствие здесь делало кроватку хоть как-то заполненной. Пусть хотя бы этой плюшево-игрушечной энергией.

Тягунов положил спящую малышку на стоящий в углу комнаты диванчик и осторожно снял с нее одежду.

Он был рад, что ребенок не проснулся. Теперь он мог положить девочку в кроватку, что с удовольствием и сделал, предварительно отодвинув с подушки медвежонка.

Лиза, а теперь это была именно она, повернулась на бок и обняла рукой любимую игрушку.

Сергей смотрел на нее не больше минуты. Он понял, что может избежать тяжелой беседы с матерью, лишь немедленно покинув квартиру. Да и как бы он мог объяснить Нине свой поступок? Она могла вернуться в любой момент и Тягунов, улыбнувшись спящей девочке, покинул квартиру.

Теперь душа его перестала метаться, но внутри появилась пустота. Он не знал, что ждет его дальше, но в одном уверен был точно -то, что он сейчас сделал, было правильно!

Он успел спуститься на два пролета ниже, как вдруг увидел идущую навстречу женщину в черном. Нина шла, опустив глаза и, поравнявшись с Сергеем, даже не обратила на него внимания.

Это его вполне устроило.

Находясь уже на первом этаже, он почувствовал укол в области сердца и, склонив голову к перилам, пару минут стоял так, боясь выпрямиться.