Татьяна Грач – Двоемирье. Книга 3. Новое поколение (страница 8)

– Вот как. – Аурика так резко оттолкнула Джея, что едва сама не упала. – Думаешь, я буду обузой? Не смогу быть тебе полезной?

Слезинка скатилась по щеке, оставив обжигающую дорожку. Еще одна, и еще… Самый действенный аргумент. Аурика надеялась, что до этого не дойдет, но сейчас даже особо притворяться не пришлось, до того было обидно. Она смахнула капли с лица и обнаружила, что к слезам добавились капли дождя. Туча налетела так внезапно, что Аурика и заметить не успела. Зато Джей сразу сориентировался: накрыл ее сверху своей кофтой.

– Хорошо, я подумаю. – Он мягко подтолкнул ее в сторону дома. – Но предупреждаю сразу: нытья и жалоб не потерплю, домой отправлю без лишних разговоров.

Услышав это, Аурика готова была запрыгать от радости. «Подумает» – это все равно, как если бы он сразу ответил «да». Знала, что это сработает. Всегда срабатывало, не только на Джее, но и на нем тоже. В особенности на нем. И все-таки Аурика сумела сохранить серьезный и немного обиженный вид. Пусть он не думает, что сделал такое уж одолжение.

– Ты не услышишь от меня ни слова возмущений, обещаю.

Кивнув в ответ, Джей открыл дверь дома, за которой все еще слышались голоса их родителей.

– Пойдем наверх. – Он указал на узкую деревянную лесенку, выглядящую настолько ненадежной, что Аурике стало боязно на нее ступать.

Но сделать шаг пришлось. Если она испугается даже такой мелочи, ни о каких дальних экспедициях не может быть и речи. Еще один шаг, цепляясь за столь же ненадежные перила.

– Осторожнее, там… – прозвучало как раз в тот момент, когда нога Аурики соскользнула. – …Ступенька. Скользкая.

Договорил Джей уже когда она судорожно вцепилась в перила. Виновато развел руками.

– Извини, я-то уже привык, забыл предупредить.

– Твоя комната, да? – Аурика с любопытством поглядела на дверь, приглашающе скрипнувшую, стоило Джею ее открыть. Он кивнул, подал руку, чтобы помочь ей преодолеть верхние ступеньки. – Неужели нравится каждый раз сюда забираться?

– Зато я точно знаю, что никто чужой сюда не зайдет без моего приглашения.

«Никто в своем уме, это точно». – Аурика обернулась назад и снова ужаснулась ненадежности лестницы. Лишь после этого перешагнула порог и оказалась в маленькой комнатке, большую часть которой занимал огромный мягкий матрас, а на оставшемся кусочке пола разместились стол со стулом и потемневший от времени комод. Мягкий приглушенный свет, проникающий через окошко в покатой крыше, казалось, делал комнату еще меньше. Аурика поспешила присесть на край матраса – так, по крайней мере, нет ощущения, будто крыша вот-вот придавит всем своим весом. Еще и дождь так громко барабанит.

– Всегда знала, что ты странный, – протянула она, на что Джей лишь пожал плечами.

– А кто на самом деле странный: чудак или тот, кто хочет быть с ним рядом, несмотря ни на что?

Пока Аурика раздумывала над ответом, он подошел к комоду и вынул из нижнего ящика запылившийся радиоприемник, поставил его на пол.

– Ну как, проверим?

– Все еще сомневаешься в моих способностях? – возмутилась Аурика. Выхватила приемник у Джея из рук, нажала кнопку включателя, отчего приемник издал тихий приглашающий свист. – Какую станцию? «Южный ветер»?

Для Аурики выбор был очевиден. Отчасти потому, что большинство ее друзей и вообще окружающих слушали именно эту радиостанцию, первую, которая начала вещание в послебарьерной эпохе. Отчасти – потому что именно там выходят передачи ее отца.

Однако Джей решил иначе, кто бы сомневался. Почесал задумчиво затылок, уселся рядом.

– Давай выберем наугад? Переключай не глядя, и узнаем, что выпадет на ближайшее будущее.

Аурика на такое предложение звонко рассмеялась. Только он так умеет: обычный выбор радиостанции превратить в сеанс предсказаний.

– Опять твои магические штучки? Но давай, попробуем. Хотя… – Она отдала Джею приемник. – Ты предложил, вот сам и пробуй.

Странное дело: хоть она и не верила во все эти ритуалы и приметы, посмеивалась и считала чудачеством, но участвовать сама, пусть даже в таком маленьком и совершенно невинном эксперименте, побаивалась. Глупое, безотчетное опасение столкнуться с необъяснимым, преодолеть которое не получилось. Рядом с Джеем никогда не получалось.

Зато Джей без лишних разговоров закрыл глаза, крутанул регулятор на несколько оборотов, цокнул языком одновременно со щелчком настройки. С досадой поморщился – первая попытка оказалась неудачной, и приемник издал лишь шумы, сквозь которые, если хорошенько прислушаться, можно было уловить тихое ритмичное постукивание.

– Это наверняка предвещает, – начала Аурика, понизив голос до мистического шепота. – Скорые перемены…

– Да ничего это не значит, – раздраженно прервал ее Джей. – Просто надо попытаться еще раз.

Снова закрыл глаза, снова покрутил регулятор. На этот раз из приемника послышался тихий женский голос.

– Они говорят о развитии, непрерывном прогрессе, о будущем, которое принадлежит нам, молодым. – Ведущая скептически хмыкнула, прежде чем продолжить. – Нам, у которых отняли прошлое.

– Вот сейчас я бы переключила частоту на твоем месте. – Аурика безуспешно попыталась забрать приемник. – Серьезно, это же «Контрадио», никогда их не слушаю, они такие жуткие вещи говорят.

– А откуда ты знаешь, если не слушаешь? – поинтересовался Джей.

Пришлось признаться, что натыкалась пару раз на эту станцию. Случайно, конечно, но этого оказалось достаточно. А ведущая все продолжала свою вкрадчивую речь.

– В новостях вам расскажут о реформе образования. О том, что теперь оно станет доступно каждому, но промолчат, что исключили из программы курс добарьерной истории, как «не несущий ничего полезного в наше прогрессивное время». Расскажут о безграничных возможностях, открытых перед жителями страны, но не станут лишний раз упоминать о вчерашнем решении совета министров. Очень своевременном перед скорыми выборами. Если новый закон вступит в силу, их уже нельзя будет называть всеобщими, ведь право голоса будут иметь лишь те, у кого есть «карта гражданина». Только они будут иметь шанс хоть что-то решать, хоть на что-то влиять.

– По-моему, она несет полную чушь, – возмутилась Аурика, поймав себя на мысли, что эта ведущая и это радио нравятся ей теперь еще меньше, чем было до сих пор. Снова говорит ужасные вещи, еще и выдумывает, лишь бы было поскандальнее. «Карты гражданина», их ведь совсем недавно начали выдавать как поощрение для ученых и работников граниумных шахт. Да и то только потому, что благодаря им страна так быстро восстановилась после падения Барьера. Ну и еще таким, как ее отец – за «особые заслуги перед государством», как они это назвали. Но если… если все то, что это ведущая тут наплела, правда… – Это не может быть правдой!

А Джей приложил палец к губам и, словно завороженный, вслушивался в доносящиеся из приемника слова.

– Сначала они отняли у нас прошлое, теперь лишают и шанса строить свое будущее самим. У тебя лишь два пути – быть гением и двигать науку, или гробить свою жизнь в подземных тоннелях, надеясь, что удастся когда-нибудь воспользоваться обещанными привилегиями. Хотя нет, есть еще один путь, и как раз он большинству из нас и светит. Стать изгоем. Никчемным отбросом, недостойным решать хоть что-то.

– Большинство людей не хотят сами принимать решения, – раздалось со стороны двери, и Аурика вздрогнула от неожиданности.

Как папа сумел так тихо подняться по скрипучей лестнице? Или это передача так отвлекла?

– Вы правда так думаете? – взвился Джей. – Тогда кто имеет право решать за это большинство? И как быть тем, кто в этот ваш новый мир не вписывается?

Словно изощренно издеваясь, ведущая вторила его словам:

– Они разрушили Барьер, но тут же выстроили новый – между теми, кого они посчитают достойными лучшей жизни, и всеми остальными, кто так и останется никем.

Наконец-то Джей выключил радио – слишком поздно. Аурика вдруг отчетливо ощутила, что стоит на краю пропасти. Той пропасти, что разделяет их с Джеем. Он прав, для нее открыт путь в любую академию, какую только пожелает. А значит, она сможет получить «карту гражданина», все положенные с ней привилегии. Право выбора.

И первый выбор придется сделать уже сейчас: отправиться с ним на поиски туманного прошлого, или пойти вперед по ясной и легкой дороге в будущее. Уже без него. Он-то, похоже, все уже решил.

– Ты закончил, пап? – Проще всего оказалось спрятать чувство безысходности под маской ледяного безразличия. – Тогда пойдем, мы слишком задержались.

– Так, теперь медленно тянешь ручку запуска на себя, – подбодрил отец, но это заставило Стифа нервничать еще больше. – Вот так, аккуратнее. Отпускай и жми на газ.

Стиф судорожно сглотнул, разжал ладонь.

– Как ты только с этим управлялся? – проворчал он. – Неужели всем приходилось так мучиться?

В нынешних гранилаках управление куда проще. По крайней мере, так кажется со стороны, сравнить самому у Стифа пока что не было возможности.

– Дело привычки, – ответил отец. – Человеку вообще всегда тяжело отказываться от того, с чем уже хорошо знаком.

– Тогда зачем было это делать? И нет, не надо мне рассказывать сказки про катастрофу, все равно я больше в это не верю.

– Не стану.

Отец вдруг помрачнел и всем своим видом дал понять, что не намерен продолжать этот разговор. Однако молчанием только подтвердил правильность предположения Стифа. Рано или поздно придется рассказать, что же на самом деле тогда произошло. А пока…