Татьяна Гончарова – Дом покинутых кукол (страница 4)
Наконец шум моторов стих, и наступила полная тишина. Ваня поднялся с кровати, которая громко заскрипела пружинами. Он подошел к двери, выглянул в коридор и оглянулся. Никого. Мальчик вышел из комнаты и побрел к лестнице.
Солнечные лучи падали из окон на каменные ступени, в их свете кружились тысячи пылинок. Ваня поднял голову и в очередной раз удивился чудной хрустальной люстре. Мама говорила, что такие люстры покупают, если деньги девать некуда, а простым людям они не нужны.
Получается, тем, кто здесь жил, деньги девать было некуда – подумал Ваня. Он дотронулся до шероховатой поверхности каменной колонны и ощутил ее прохладу. Медленно, ступенька за ступенькой, он начал спускаться вниз. Сначала мальчик направился к выходу, но вдруг передумал и на втором этаже свернул в коридор направо.
– Ванечка! Родный ты мой! Ты что же, опять наказан? Я думала, что все уехали. А фингал откуда у тебя? – всплеснула руками тетя Люба.
Ваня рассказал поварихе, как подрался с мальчишками, которые его дразнили.
– Да ты-ж мой дорогой… Ох уж эта Галюня. Хорошая девочка, но такая строгая! А ты не расстраивайся. Умение постоять за себя и свои интересы в жизни пригодится. Конечно, кулаками споры решать негоже. Постарайся в другой раз на словах разобраться.
– Но они обзывались!
– А ты будь выше этого. Пусть себе обзываются.
– Это как же? Молчать в ответ?
– Иногда, Ванечка, и смолчать нужно. Вырастешь – все поймешь. Иди сюда, я тебе дам булочку.
Тетя Люба принесла блюдо с плюшками. Большую часть она отдала ребятам с собой в дорогу, но кое-что осталось.
– Сейчас чаек тебе налью, садись, мой хороший.
Ваня съел булочку, поблагодарил добрую повариху и пошел прогуляться. Он решил спуститься к озеру.
– Эй, герой, далеко собрался? – раздался сзади него голос. Мальчик оглянулся. В дверях дома стоял вожатый Коля. В его руках была свернутая газета.
– Я к озеру хочу спуститься.
– Ну давай, только в воду чтоб не заходил! Я на террасе буду стенгазету рисовать, прослежу за тобой сверху. И недолго, через час жду тебя в доме.
– Хорошо – ответил Ваня. Коля довольно кивнул и исчез в дверях.
Мальчик спустился по лестнице к озеру и расположился на своем любимом месте – корнях гигантской сосны, что росла слева от пляжа. Он смотрел на озеро и бросал в воду маленькие камешки. Потом ему наскучило, и он стал строить домик из сосновых веточек и мха.
– Привет! – окликнули из-за спины. Ваня вздрогнул от неожиданности и обернулся. Перед ним стояла Аня.
– Анька, ты откуда взялась? Ты что, в кино не поехала?
– Неа. Я с утра соврала, что живот болит. Меня в кабинет врача отправили отлежаться, только вот удалось выбраться оттуда. Я с тобой хотела остаться, мы ведь друзья, а друзья должны помогать друг другу.
– Анька… – Ваня не мог скрыть своей радости – Ты настоящий друг! У меня таких еще не было. Я так рад, что ты пришла! Прости, что я тогда в тебя куклой бросался.
– Я уже не обижаюсь – улыбнулась Аня – Ну и смешной ты с этим фингалом!
Дети устроились на корнях сосны и весело болтали. Ваня посмотрел в голубое небо и прищурился.
– Ань, а ты хотела бы летать как птица?
– Ну уж нет! Я высоты боюсь.
– А я бы хотел. Летчиком думаю стать, во как.
– Ты же в агрономы хотел…
– Ну да, было дело… А сейчас хочу летать. Представляешь – ты высоко-высоко, а внизу под тобой люди маленькие как муравьи. И дома крохотные как спичечные коробки. И вожатая Галина Петровна смотрит вверх и думает – зачем я только Ваню ругала, вон каким важным человеком он стал!
Аня засмеялась.
– Ох и мечтатель ты, Вань.
– Ребята, давайте наверх, обедать скоро будем! – крикнул с террасы вожатый Коля и помахал рукой.
Лето подходило к концу вместе с очередной сменой пионерского лагеря. Дети загорели и прекрасно отдохнули, но все больше начинали скучать по дому и родителям. Наконец, наступил день отъезда. Во дворе было шумно. Повариха тетя Люба на крыльце утирала слезы, успев сильно привязаться к детям.
– Вы в следующем году вернетесь? – спросила она своих любимчиков Анечку и Ваню.
– Конечно! – радостно ответил Ваня.
Дети расселись по машинам. Заурчали моторы, из выхлопных труб пошли серые клубы дыма. Одна за другой машины разворачивались на пятачке перед домом и медленно, подпрыгивая, начинали спускаться по вымощенной булыжником дороге.
Ребята оглядывались с грустью на старинный дом, где они провели такое прекрасное лето. Одна лишь вожатая Галя вздохнула с облегчением. Ей не по душе был этот особняк. Каждый год она испытывала здесь необъяснимую тревогу. Конечно, она не верила ни во что сверхъестественное, но находиться в доме было не очень приятно, особенно по ночам. Из раза в раз она просила распределить ее в другой лагерь, но начальство упорно отправляло именно сюда.
– Галина Петровна, а вы в следующем году приедете? – спросила Олечка Корсакова, хорошая скромная девочка.
– Конечно – улыбнулась ей Галя.
Ваня с Аней сидели рядом. Когда машина развернулась, они увидели тетю Любу и помахали ей. Женщина, утирая слезы платочком, еще долго смотрела им вслед.
– Интересно, дождется ли меня моя Лиза… – задумчиво сказала Аня.
– Куда она денется, дождется! – Ваня взял ее руку в свою и крепко сжал.
Глава 6. Прощай, Родина
Утро не задалось сразу. Маленький Саша проснулся спозаранку, выскользнул из комнаты и услышал, как внизу переговариваются родители. Было еще темно. Мальчик понял, что папа собирается выходить из дома, и рванул к лестнице. Он очень хотел обнять отца перед уходом, как обычно.
Георгий был уже в дверях, когда услышал сзади громкий крик жены. Он обернулся и увидел, как Елена склонилась над распростертым Сашей.
– Господи, что случилось? – закричал Георгий, подбегая к жене.
– Саша, Саша с лестницы упал! – рыдала жена.
Прибежала Маша, наверху лестницы появились девочки, которые испуганно смотрели на все, что происходило внизу.
– Сынок! – Елена держала голову сына в руках. Саша заморгал глазами. Его лоб был весь в крови, которая была и на нижних ступеньках, и на ковре под лестницей.
– Мамочка, прости пожалуйста, я поскользнулся и ковер испачкал – сказал он, оглядываясь.
– Ну какой еще ковер! Слава Богу, с тобой все в порядке!
Елена подхватила сына и отнесла на диванчик в холле. Маша прибежала с мокрым полотенцем и стала вытирать мальчику лоб. Рана оказалась не слишком большой, но кровоточила сильно.
– Машенька, за доктором бы послать нам – сказал Георгий – распорядись, пожалуйста.
– Конечно, Георгий Матвеевич – Маша исчезла в дверях.
– Сашенька, ангел ты мой, как напугал меня – плакала жена. Георгий обнял их с сыном. Девочки в ночных платьях уже прибежали в гостиную. Танюшка сидела на коленях около дивана и сжимала ладонь братика в своих руках.
– Саша, ну сколько раз я тебе говорила не бегать по лестнице! – воскликнула старшая сестра Лиза, заломив руки. В глазах ее были слезы.
Через час приехал заспанный доктор, которого подняли из постели ни свет ни заря. Он осмотрел мальчика, обработал рану и сказал соблюдать постельный режим. Сашу уложили в кровать. Девочки окружили его всяческим вниманием. Лиза читала ему книги, а Таня приносила игрушки и пыталась развлечь.
Геогрий уехал сразу же, как только врач сказал, что с Сашей все будет в порядке. Он очень спешил.
За обедом Елена решилась наконец рассказать об отъезде. Она долго собиралась с духом и мыслями. Позвала в столовую повара Егора Михайловича, управляющего Алексея Ермолаевича, Машу и детей.
Первую минуту после ее слов воцарилась гнетущая тишина. Потом потихоньку начала всхлипывать Таня. За ней расплакался Саша. Егор Михайлович стал что-то шептать про себя и креститься. Алексей Ермолаевич сжал губы и нахмурил брови, не произнеся ни слова.
– Как же так, Елена Федоровна, благодетельница, что же будет-то с нами? – закричала Маша, закрыв лицо ладонями.
– Машенька, ты едешь с нами, если не против. Алексей Ермолаевич, мы доверяем вам усадьбу. Как с ней поступят, мы пока не знаем.
– Елена Федоровна, все сделаю для вас, что смогу. Но оставят ли меня-то здесь?
– Не знаю, Алексей Ермолаевич. Мы с мужем не хотим, чтобы вы пострадали, поэтому если будут давить на вас, говорите, что с хозяевами никаких отношений не имели, кроме работы, и о делах их совершенно ничего не знаете.
Управляющий молча кивнул.