Татьяна Гончарова – Дом покинутых кукол (страница 5)

Маша обнимала рыдающую Таню и гладила ее по голове. Лиза стиснула в руках салфетку и смотрела в одну точку. Саша прижался к маме и уткнулся в ее платье. Его плечики вздрагивали.

– Машенька, нам с тобой надо собирать вещи. Мы точно не знаем, когда выдвигаемся, но это может случиться в любой момент с этой минуты. Одно мне скажи – ты едешь с нами?

– Еду, Елена Федоровна, куда я без вас? Как я без Лизоньки, Танюши и Сашеньки?

– Хорошо. Тогда сейчас мы с тобой и начнем собираться.

После обеда в доме воцарилась тягостная тишина. Дети не выходили из комнаты. Таня плакала больше всех. Лиза молча смотрела в окно с угрюмым видом. Саша, как самый маленький, довольно быстро отвлекся на игры.

Елена с Машей хлопотали, собирая вещи. Брать с собой много было нельзя, только самое основное. Сначала они спрятали в вещах ценности, документы и деньги. Потом начали складывать одежду. К вечеру добрались до детской комнаты.

Внизу послышались голоса. Маша выглянула из двери.

– Георгий Матвеевич приехали – сказала она.

– Как? Так быстро? – Елена спустилась со стула, на котором стояла около шкафа. Она чуть-чуть не дотянулась до куклы, не заметила ее за пуховой подушкой. Женщина выбежала в коридор. Георгий уже поднимался по лестнице прямо в сапогах.

– Лена, выезжаем сегодня, как только соберемся. Я на полпути встретился кое с кем, все узнал и сразу обратно. Поезд завтра вечером в семь от Варшавского вокзала.

– Так быстро… Мы с Машей почти управились, детские вещи только остались.

– Хорошо.

– Знаешь, я хочу к озеру прогуляться и в парк… попрощаться.

– Мне пойти с тобой?

– Нет-нет, я сама. Ты пока с Алексеем Ермолаевичем поговори, нужно с ним дела уладить. Дети уже настроились, хотя переживают, конечно. Пойду я, мысли надо успокоить немного – сказала Елена, на ходу накидывая теплое пальто.

Женщина выбежала на крыльцо. Она не могла дышать в доме, задыхалась от охвативших ее чувств. На улице было сыро и холодно. Она спустилась с крыльца и быстро пошла по дорожке. Под ногами чавкало грязное месиво из листьев, ее красивые ботинки моментально испачкались. Но она совершенно не обращала на это внимания.

Елена жадно смотрела по сторонам, будто стараясь наглядеться, забрать с собой эти родные места хотя бы в памяти, образно. Вот ее любимый дуб. Под ним они с детьми летом сидели и болтали обо всем на свете. Вот старая сосна, к которой она любила приходить в минуты печали. Если прижаться к дереву и постоять в тишине, оно всегда наполняло энергией и успокаивало. Вот и сейчас Елена обняла свою утешительницу, и слезы побежали по ее щекам.

– За что, Господи… – повторяла она.

Постояв так некоторое время, Елена повернула назад к усадьбе. Но не пошла в дом, а спустилась к озеру. Вода здесь всегда была темного цвета, но очень прозрачная. Сейчас же, в это время года, она была почти черной. Над водой нависали сосны. Их узловатые корни переплелись в причудливых узорах. Как щупальца осьминога опутывали они песчаный берег. Дети любили играть под ними, строить домики. Каждое лето всей семьей они проводили на пляже много счастливых дней, полных смеха и веселья.

Елена долго смотрела на воду, потом что-то выдернуло ее из забытья, она встрепенулась и поспешила к лестнице наверх.

В доме ее уже потеряли. Заплаканная Таня бросилась навстречу.

– Мамочка, почему мы уезжаем? Я не хочу!

– Милая моя, так надо сейчас, мы ничего не можем сделать. Нам с папой главное, чтобы у вас все было хорошо. Поэтому мы едем.

– Но мы же вернемся, правда? Папа сказал, что обязательно вернемся!

– Конечно, вернемся, милая, раз папа сказал – прошептала Елена.

Она заметила в дверях гостиной мужа, который грустно улыбнулся ей.

К вечеру все было готово. К крыльцу подъехало два экипажа. Елена с Машей и детьми сели в один, а в другой сгрузили вещи, и в него же должен был сесть Георгий. Муж отправил супругу с детьми в путь, а сам немного задержался, чтобы окончательно уладить все дела.

Он взбежал по крыльцу и толкнул тяжелую деревянную дверь. Странно, но именно сейчас он ощутил ее тяжесть. А какая красивая ручка была у нее! Ведь он никогда этого не замечал, заходил всегда привычно и размашисто, не задумываясь и не обращая внимания на привычную обстановку.

Мужчина быстро прошелся по дому, заглянул в комнаты. Все было почти так же, как и всегда. Исчезли только некоторые милые детали и мелочи. А так все та же красивая старинная мебель, хрустальные люстры, тяжелые портьеры, ковры. Всю эту обстановку они с женой бережно и по крупицам собирали годами.

Из столовой он вышел на террасу и подошел к краю. Облокотившись на перила, окинул взглядом черное озеро. Самые лучшие моменты он провел здесь, когда они с женой часами разговаривали на закате. Георгий за это очень уважал свою супругу, с ней можно было общаться на любые темы, и каждый раз это было интересно. Елена была образованной и начитанной девушкой уже когда они познакомились, и кроме того необыкновенно красивой. Она подарила ему трех детей, а еще одна беременность закончилась неудачей к большому общему сожалению.

Их дом был полон счастья и детского смеха. Георгий улыбнулся, вспомнив топот детских ножек по коридорам и забавные совместные игры. Как он катал их на себе, изображая поезд… Саша сидел у него на плечах с колокольчиком, а девочки держались за одежду сзади и изображали вагоны поезда. Он повторял «чух-чух», и вся эта смеющаяся процессия перемещалась по комнатам и коридорам первого этажа. Маша, встречая их, хихикала в кулачок, а Елена, отложив книгу, улыбалась и махала им рукой из гостиной.

Он всегда спешил домой к жене и детям, потому что только здесь отдыхал душой. Эту усадьбу он построил для них. Когда его друг Аркадий взялся за проектирование, то они часами стояли над обрывом, обсуждая, как лучше расположить дом. В итоге архитектор предложил устроить нависающую террасу над озером, и это оказалось прекрасным решением. Именно здесь Георгий больше всего любил находиться. Стоя на краю и глядя на озеро сверху, казалось, что ты летишь, будто под тобой нет опоры. Это чувство свободы он любил больше всего на свете.

Георгий погладил каменные перила. Они были влажными от сырости.

– Ну что-ж, прощай – сказал он, развернулся и быстро вошел в дом, не оборачиваясь. Внизу его ждали люди во главе с управляющим Алексеем Ермолаевичем. Многие не могли сдержать слез. Никто не знал, что будет дальше. Георгий поблагодарил собравшихся и попрощался.

Отдав последние распоряжения управляющему, он вышел на крыльцо. Все последовали за ним. Возница уже продрог и поеживался. Георгий запрыгнул в экипаж, и лошади тронулись. Он обернулся, чтобы в последний раз окинуть взглядом свое фамильное гнездо, и помахал людям, стоявшим на крыльце. Они махали ему в ответ, женщины плакали.

Не в силах больше видеть эту сцену, Георгий отвернулся и поклялся себе не оборачиваться, что бы ни случилось. Нужно было догонять семью. Там впереди его ждали жена и дети. Он нес полную ответственность за них, поэтому не мог позволить себе дать слабину и тем более допустить сентиментальности.

А кто знает, может, все изменится, и они смогут вернуться? Искорка надежды на миг сверкнула и тут же погасла. Георгий прекрасно понимал, что той страны, которую они знали и к которой привыкли, уже не будет. Но он был уверен в одном – они всегда будут ее любить. А у его семьи обязательно еще будет своя новая, светлая история. И он сделает все для этого, чего бы ему это не стоило.

Глава 7. Лагерь

Год пролетел незаметно. Учеба в школе и кружок по рисованию отнимали у Ани все свободное время. Но даже в школьной суете она ни на миг не забывала про своего друга Ваню и их общий секрет. Девочка с нетерпением ждала новой встречи летом в лагере.

Пришла весна, все вокруг стало нежно-зеленым, птичий хор не смолкал ни на минуту. Казалось, сам воздух был наполнен мечтами и надеждами. В такие моменты хотелось обнять весь мир. Аня шла из школы счастливая. Она получила две пятерки сегодня – по математике и по литературе. Вот мама-то обрадуется! А еще приближалось долгожданное лето.

Аня не могла дождаться, пока родители придут с работы. Она разогрела себе поесть, успела сделать все уроки и поиграть с котом. Наконец послышался звук ключа в замке. Девочка бросилась навстречу маме с папой. Они оба работали на одной фабрике, поэтому приходили вместе.

– Мамочка, у меня по математике и литературе пятерки! – закричала Аня и бросилась обнимать маму.

– Ого, вот это ты молодец, вся в папу! – радостно воскликнул отец.

– Анечка, дай я присяду, устала – мама опустилась на табуретку и обняла дочку – умничка ты моя. А ты, Федор, уж лучше помолчал бы про свои способности к литературе, знаю я, какие у тебя пятерки были!

Отец шутя состроил обиженную гримасу, и родители рассмеялись.

За ужином мама сказала Ане, что в этом году она может поехать в один из двух лагерей. Им предложили тот же старый дом на озере или в другой, недавно построенный.

– Мамочка, на озеро конечно, у меня там… – запнулась Аня.

– Что-что там у тебя? – насторожился папа.

– Да нет, ничего, подружки у меня там, очень увидеться хочу.

– Друзья – это здорово, дочка. Значит, записываем тебя опять на озеро.

Весь вечер Аня провела в радостном волнении. Она не могла успокоиться, все представляла их встречу с Ваней. Засыпала она в этот день со счастливой улыбкой на лице.