Татьяна Фомина – От осинки к апельсинке. История самоисцеления длиною в жизнь (страница 4)

Огромную проблему в школьные годы мне доставляли мелкие пакостные насекомые, вши. Сколько бы раз меня ни стригли и их ни выводили, даже дустом в СЭС, всё возвращалось на круги своя. Я попадала в те же условия антисанитарии – и всё по новой. Папка сочинил историю, что ночью вши могут дотащить хозяина до реки и там утопить. Я представляла себя Гулливером, связанным лилипутами, и мне было реально страшно: вдруг это правда?

Не знаю, можно ли полностью освободиться от комплексов, я много лет над этим работаю, щедро оплачивая труд специалистов. Отваливается один пласт, живу полноценной жизнью, знаю свою ценность, многое получается – как вдруг из-за угла появляются тени прошлого, выбрав для проработки окружающих людей, и я впадаю в крайнюю степень принижения. Я никто и звать меня никак!

Этот внутренний ад, как я сейчас понимаю, необходим мне для перехода на следующий уровень. Своеобразное испытание, и я учусь это принимать. Мои комплексы в детстве стали рычагом к развитию, пусть хотя бы на уровне стремления доказать всем, что я многого достойна.

Песня остаётся с человеком…

Одно из ярких воспоминаний детства – «Песня года». Раньше этот концерт назывался по номеру года. Первая, которую память выставляет на внутренний экран, – Песня-77. Скрипичный ключ, цифры и музыка: «Через годы, через расстоянья…» Мне пять лет. Во Льва Лещенко я влюбилась сразу. Этот импозантный мужчина нравится мне до сих пор. Завидное и редкое постоянство. Потом в Рената Ибрагимова. Среди певиц тогда выделяла Ксению Георгиади и Аллу Пугачёву.

Когда смотрела на них в экран телевизора, они казались жителями другой планеты. Я искренне считала, что такие люди не ходят в туалет, у них нет постыдных мест. Так моя баба Поля называла детородные органы. Когда узнала, что ими обладают все без исключения люди, включая моих кумиров, я была в культурном шоке. Одно время мне даже стыдно было на них смотреть. Представляете, что за каша была в моей голове!

Когда звучала песня «Вологда», я вообще пряталась. Папкины друзья подтрунивали, говоря, что солист поёт про меня. Я его очень стеснялась, а они смеялись над моей реакцией. До сих пор у меня осталось какое-то волнующее чувство от этой песни и артиста. Хотя в нём ничего особенного, отнюдь не красавчик. Но не это важно, а внутреннее трепетание при виде какого-нибудь человека. Я старалась избегать парней, в чём-то похожих на него.

Ещё с детства я полюбила музыкальные фильмы: «Приключения Электроника», «Про Красную Шапочку», «Д'Артаньян и три мушкетёра», «Ах, водевиль, водевиль…» и т. п. Выучила все песни, часто просто орала их во всё горло, где можно и где нельзя. Композиторы Максим Дунаевский, Евгений Крылатов и Алексей Рыбников были самыми топовыми для меня. Впоследствии к ним присоединились Эдуард Артемьев, Андрей Петров и Юрий Чернявский. Вся музыка кино.

После первого класса, в августе, папка отправил меня в пионерский лагерь. Там, качаясь на качелях с подружкой, горланили на два голоса переделанную под себя песню группы «Верасы» – «Люблю тебя». …Один ответ, другого нет, ведь нам с тобой по восемь лет, люблю тебя, люблю тебя…

Конечно, взрослые песни мне нравились больше. Когда на уроке пения во втором классе учитель предложила спеть свои любимые песни, я выдала целых две: «Рыжий кот Мурлыка» и «Желтоглазая ночь». Видимо, тогда я ещё не стеснялась выступать перед аудиторией. Кроме меня, никто из одноклассников больше не рискнул спеть на публику. Учитель похвалила за первую песню и сказала «рановато тебе такие петь» про вторую.

Некоторые песни настраивали меня на мечтательный лад, я активно грезила о путешествии на море, тогда это казалось из другой жизни, мне недоступной. Подпевала Юрию Антонову: «…Море, море, мир бездонный…», опять же качаясь на качелях.

Интересно, что большинство песен, которые нравились мне тогда, остались со мной и сегодня. Вкус практически не изменился. Обожаю песню «Красный конь» группы «Земляне». Она входила в мой немудрёный репертуар колыбельных песен, что я пела всем своим детям. И на индивидуальных уроках вокала с солисткой нашего Музыкального театра, блистательной Еленой Терещенко, в этом году мы учились красиво петь именно эту песню.

Очень трогают до сих пор знаменитые строки Вахтанга Кикабидзе «Мои года – моё богатство». Сейчас-то понятно, почему задевают, а тогда, в шесть лет? Ведь большинство детей предпочитают весёлые, заводные мелодии. Меня же всегда тянуло в лирику и размышления. Как будто музыка живёт внутри меня своей жизнью. Часто встаю утром с какой-нибудь песней в голове, моё радио играет самый разнообразный репертуар. Потом целый день она звучит во мне, не переставая. Недавно писала пост об этом и спрашивала подписчиков: «Какие песни поются у вас в голове?»

Песни Михаила Боярского из забытого ныне фильма «Куда он денется», который из-за них я смотрела несколько раз, давно ушли в народ и в моё сердце: «Всё пройдёт», «Городские цветы». Его голос ни с кем не перепутаешь, просто уникальный тембр! Обожаю этого артиста во всех его проявлениях. Из более поздних пронзает до глубины души «Зеленоглазое такси». Перед глазами картинка ностальгии по ушедшей любви в виде размытого света ночных фар.

Также с удовольствием пела патриотические песни, сначала в школьном хоре, потом в вокальной группе. Тема нашей родины – России, Великой Отечественной войны всегда как-то особенно меня волновала. До сих пор, когда слушаю такие песни, на глазах выступают слёзы от воодушевления и гордости за свою страну и наших людей. «Гляжу в озёра синие…» – и мурашки по телу, как в детстве. Советские сериалы про Вечный зов, Мгновения весны и как Тени исчезают в полдень будоражат самые тонкие струны моей души, отзываются на клеточном уровне.

Я искренне не понимаю модных тенденций пренебрежения к своей Родине. Кто запустил этот разрушительный тренд, высмеивая и даже проклиная нашу страну? Это что за Иваны, не помнящие родства? Хаем родной город и страну, не понимая, что отсюда прямая дорога к предательству своих родителей. У них тоже есть недостатки, и что теперь, перестать их любить и уважать? А ты сам из какого теста такой идеальный?

Понятно одно: за этим стоит кто-то очень умный и жестокий, бьют по самому чувствительному сегменту – молодёжи. Чтобы забыли свои корни, значит, не задумывались над сохранением и приумножением Рода. А смотрели в рот Западу, как вечно неразумные дитяти. Там же лучше знают, как нам жить.

Сейчас динамичное время, свобода передвижения. Каждый ищет, где ему будет лучше. Чувство любви к родине не в приоритете у многих. А я вот думаю, что не просто так мы родились в конкретном месте с его культурой, языком, природой. Нам нужно что-то оставить после себя ценное для своей малой родины, приняв и полюбив её всей душой. Тогда и она нам будет всегда помогать, ведь у каждого места есть свой хозяин. А за неуважение к своей земле, своим корням легко лишиться душевного равновесия. Не плюй в колодец, как говорится.

Моя боль за родные просторы выплыла из темы песен, которые я слушала в детстве. «Мы дети Галактики, но самое главное – мы дети твои, дорогая земля», – пел Лев Лещенко, и во мне это очень откликалось. Или София Ротару: «Как воспеть эту землю, всё, что прожито-пройдено, всё, что в будни и праздники, именуется Родиной». Меня пробирает, и всё тут.

Почему не каждая душа откликается на такие песни? О родной земле, как месте рождения, так и огромной планете. Ведь это касается всех, живёт рядом с нами, мы дышим одним воздухом! Да, я думаю об этом, может даже заморачиваюсь, как говорят некоторые. Но я такая. И меня волнует, почему очень много людей так падки на всё модное, наносное. Завтра его с лёгкостью забывают, чтобы опять подсесть на сиюминутное.

Наши вкусы во многом определяют наши взгляды, характер. Очень важно иметь именно свой вкус, не навязанный скоротечной модой. Любимые песни, фильмы, стихи собирают мозаику нашей индивидуальности. И вместе с опытом, знаниями и переживаниями получается уникальная личность.

Кольцо времени

У меня есть визуальное ощущение времени, наверно, как у многих. День, конечно, идёт вслед за часовой стрелкой. Есть верх – двенадцать часов, от него если нахожусь в левой стороне, то утро или вечер. Если в правой – день или ночь. Неделя в моём представлении навечно запечатлелась в школьном дневнике. Левая страница: понедельник, вторник, среда. Правая – четверг, пятница, суббота. Воскресенье «висит» где-то между страницами. А когда я смотрю на мир изнутри дня, то как будто сижу на самом листе дневника и созерцаю другие дни, кружась вокруг оси.

Времена года у меня расположены по овалу: приплюснутая зима снизу, лето – сверху, а весна с осенью по бокам. Также кружусь по этому эллипсу, когда нужно посмотреть не со стороны, а изнутри месяца. Года распределены по шкалам, столетия – в ряд, как в гармошке.

Поэтому мне было легко учить даты по истории. На внутреннем экране откладывала года, эпохи по хронологии, потом спокойно могла их воспроизвести. Смотря на календарь, я могла вспомнить почти любой день года, чем занималась, куда ездила. Мысленно по спирали сверху вниз как будто вбуравливалась в эту дату, а потом разворачивала этот день, как полотно. Вот такая была память!