Татьяна Филимонова – Петля Мёбиуса (страница 5)

– Миша, передавали вы друг другу «Гнев» поколениями и новые смыслы нашли, а истину потеряли. Ты, да и вы все, истории не знаете, – рискнула навязать всем свою правду Дарина.

– Ах! – воскликнул Илья. – Собаки! Мы вона не все про них знаем! – И вновь парня проигнорировали.

– Ну, расскажи нам, Дарина. Почему раньше ничего не говорила, нам очень интересно, – вставил слово и Руслан, завозившись на кресле.

– Вы всё в штыки воспринимаете, у вас своя правда, я привыкла, – оправдалась девушка.

– Ептить, хрена ли ты ломаешься! Мы что, думануть не любим? Похвантазировать! – Миша нарочито исковеркал последнее слово, и все засмеялись.

– Нет, так вы сразу это как сказку услышите. А я, между прочим, две правды знаю: и городскую, и вашу. И сделала свои выводы. – Дарина с улыбкой закрыла глаза, зная, что победила в идейном споре.

– Давай-давай, не ломайся, раз начала, електрошокером не отделаешься теперь, – пошутил Кирилл.

– Я бы тоже послушал и не верю Мише, – сказал Ваня, до того все время молчавший.

– На! – Миша кинул в сторону Вани кость, которая завалялась в кармане шубы. – В следующий раз попаду.

– Ладно, только не перебивайте, – начала девушка. – Триста лет назад на Землю напали инопланетяне, чтобы людей истребить и чтобы жить здесь остались враги. Сначала они лишили нас света: соорудили занавес вокруг планеты, и несколько месяцев Солнце вовсе не виделось с Земли. Так продолжалось, пока люди не создали искусственное освещение, многие погибли, но жизнь осталась. Это разбудило Гнев Бога. Ведь одно его творение разрушает другое творение из соседней галактики. Бог решил защитить нашу Землю от губителей. Инопланетяне не переносили жары, и Бог обрушил Гнев на их планету, которую иссушил зной. Они умирали в адских муках, а люди размножались в удовольствии. И продолжился род человеческий.

Все бы хорошо, но некоторые инопланетяне ловко спрятались в холодильниках и на полюсах. А люди утратили веру и преданность Богу, они же и укрывали инопланетян, сжалившись над беднягами, которые передумали уже их захватывать. Неконтролируемая ситуация вызвала вторую волну Гнева божьего. Обрушил Он ядерные бомбы на Землю. Выжили только верующие и сомневающиеся, которым Бог даровал иммунитет к радиации. Сомневающиеся превратились в уродцев, но выжили, а истинно верующие остались такими же людьми. Чтобы мы помнили, что нельзя разрушать творения Господни, над нами висит темный занавес, дающий раз в день надежду, что он снова откроется. Для этого люди не должны убивать тварей Божьих, а беречь природу и не вторгаться в дикие леса, чтить потомков истинно верующих и, конечно, верить сами.

Но это бред! Выгодный властям городов. Так якобы оправдывается несправедливость мира. И у нас, свободных людей, как сказал Миша, тоже есть своего рода объяснение. «Гнев» учит нас подчиняться влиятельным людям и не сомневаться в их решениях.

Никакого Гнева не было. Была мусорная катастрофа, как говорил Миша, только связанная не с Богом, а с инфантилизмом. Те, кто знал последствия, улетели на Марс, придумав Гнев и инопланетян. А кто успел занять пустующее место у власти, стал нами управлять. И, пока дрались за главенство, накидали ядерных бомб. В итоге, расплачиваемся мы за ошибки других.

– Тинфатилизм, – утвердительно повторил Миша, давая понять, что не понимает смысл слова.

– Не, финтатилизм. Это что? – поддержал его Руслан.

– Вы слушали меня? – разозлилась Дарина.

– Даринка, слово непонятное, дальше все в тумане, – подбодрил ее Миша. – Ептить! Не обижайся!

– Ладно, это безответственное поведение, инфантильное. Как ты говорил про мусор. Люди, зная, что мусор повышает температуру, все равно упорно его производили и распространяли. Здесь то же самое. Древние люди не заботились о будущих поколениях, а жили только текущим моментом, считая, что кто-то другой решит все проблемы. Новые поколения придут им на смену и все исправят. Так сделали те, кто имел возможности улететь на Марс, а это были очень влиятельные люди. Так сделали те, кто захватил власть и умер, прожив роскошную жизнь. Они придумали Гнев, они сочинили про инопланетян, лишь бы не решать текущие проблемы, а объяснить все беды силой извне. Они кидали бомбы, чтобы избежать ответного удара, но бомбы прилетали с других сторон, пока всех не перебили. Это и есть ин-фан-ти-лизм.

Глава 3

Спустя пару часов полусна и легкой болтовни про собак и Рыжего, который мог бы быть последним, запустившим бомбу, Илья и Кирилл зажгли факел и принялись кухарничать. На бетонном столе Кирилл ловко нарезал собачье мясо и затем насаживал на металлический прут, чтобы поджарить его на огне. На улице шел град и заполнял пустые питьевые корыта. Натянутая над кустами смородины полупрозрачная пленка трепыхалась и хлопала, составляя конкуренцию шуму проливного дождя. Илья держал тяжелый факел и запоминал каждое движение Кирилла, тренируя зрение.

– Солнце! – закричала Дарина, проснувшись от яркого света.

Руслан в одиночку вытащил Ваню и Мишу из квартиры, сунув им первые попавшиеся книги.

– Рыжего дай, Рыжего! – возмущался Миша.

Илья так и выбежал с зажженным факелом, чуть не спалив по пути склад макулатуры, но быстро очухался, установил факел в земле и подвесил на ветки прут с недожаренным мясом. Град закончился. Дарина в первую очередь посмотрела в сторону: откуда светит солнце? Это заходящее. Такого еще не было. Девушка, не дождавшись команды и никого не предупредив, побежала искать автомобиль или аккумулятор, прищуривая глаза от чересчур яркого света. Илья бросился за ней. Руслан вернулся и отыскал нужные книги, вручил лежачим. Дарины и Ильи уже не было видно. Парень побежал в поисках автомобиля по короткому пути к концу леса, надеясь догнать Дарину. Кирилл смотрел в небо и не понимал, что происходит – новая дыра? Солнца будет больше? Затем направился в сторону теплицы, стряхнуть градины и поправить все сооружение.

– Прежде чем на тракторе разбиться,

застрелиться, утонуть в реке,

приходил лесник опохмелиться,

приносил мне вишни в кулаке.

С рюмкой спирта мама выходила,

менее красива, чем во сне.

Снова уходила, вишню мыла

и на блюдце приносила мне.

Патронташ повесив в коридоре,

привозил отец издалека

с камышами синие озера,

белые в озерах облака.

Потому что все меня любили,

дерева молчали до утра.

«Девочке медведя подарили», —

перед сном читала мне сестра.

Мальчику полнеба подарили,

сумрак елей, золото берез.

На заре гагару подстрелили.

И лесник три вишенки принес.

Было много утреннего света,

с крыши в руки падала вода,

это было осенью, а лето

я не вспоминаю никогда1.

Миша довольно прочитал стихотворение, не понимая ни его красоты, ни смысла слов.

Ваня вдумчиво читал о ветряках, то и дело пряча книгу от слепящего солнца. Он не просил повернуть кушетку, так как не хотел тратить ни секунды ни своего, ни чужого времени. Парень проговаривал про себя каждое слово, чтобы не упустить смысл и лучше запомнить содержание научного труда. В какой-то момент он кинул его на укрытый теплым покрывалом живот и прижал ладони ко лбу и глазам, слегка вдавливая их внутрь. Уже через минуту Ваня, как ни в чем не бывало, вновь читал текст. Вслух он чуть слышно проговорил, стискивая зубы: «Геотермальная электроэнергетика. Еще одним альтернативным источником электроэнергетики является геотермальная электроэнергетика».

– Ты чего бубнишь? Меня перебиваешь? Я тут о прекрасном, о смысле жизни, – начал Миша.

– И в чем смысл? – отвлекся Ваня, разочаровавшись в книге.

– Это надо всю прочитать, с Даринкой. Тут какие-то «опохмелиться», «вишня». Хренотень непонятная, городская. – Миша плюнул в сторону, попав себе же на щеку.

– Ох, Миша, завидую тебе. Не спешишь никуда, – заметил Ваня.

– А ты спешишь? На руках пойти – куда собрался? То я смотрю, книгу поднял над башкой. – Миша вытер слюну правой рукой.

– Я про дело. Читать этого Рыжего себе бы не разрешил, а ты смакуешь, наслаждаешься жизнью. Я же бегу-бегу, чего-то хочу, а зачем?

– Я тоже бегу, а жизнь все идет и идет, меня ж там Машка ждет и трое карапузов. Ептить, без отца там, Машка не справляется, – засмеялся Миша.

– Скорей бы все закончилось. – Ваня уткнулся в книгу и больше не слушал товарища.

Кирилл уже развел огонь, потушил факел и отнес его в комнату. Во время разговора Вани и Миши он укреплял над жарким огнем прутья с мясом, чтобы оно не загорелось.

«А зачем тут я? – задавал Кирилл вопрос самому себе. – Спешу ли я? А там меня Маша примет или останется с ним? И что будет, когда он узнает? И кого выберет она? А может, нашла там себе какого-нибудь ангела? – Затем он отошел и побежал в сторону города посмотреть на себя в зеркало. – Скажу, что искал там новые тряпки для Мишани, успею найти, солнце надолго вышло».

Дарина неслась быстро, она каждый день бегала, да еще и с тяжестями, поэтому конкурентов в скорости ей не было. Илья, когда наконец увидел соседку, задыхаясь, начал кричать: «Стой! Стооой!» И остановился сам, положил руки на колени, делая глубокие громкие выдохи и короткие вдохи ртом. Пот лился струями под жаркой шубой. Парню стало ясно, почему Дарина бегает без нее, только в найденной одежде древних людей: брюках и джемпере. Двигаться Илья больше не мог, но, вопреки его ожиданиям, подняв голову, заметил приближающуюся девушку.