Татьяна Филимонова – Петля Мёбиуса (страница 4)

– Сначала я, у меня уже глаза слипаются. А то во сне только и могу со своей задницей поиграть. – Миша в последнее время много спал и хотел быстрее отчитаться, пока не забыл прочитанного.

– Давай, Мишаня, у тебя про генетику было, – согласился Кирилл, говоря сразу за всех.

– Генетическое скрещивание. В прошлый раз я рассказывал про генетический код, все помнят? – начал Миша, сам плохо понимая, что говорил до этого, впрочем, заумную книгу ему подсунули, так как она вроде и научная, но не представляла практического интереса. – Генетическое скрещивание – это такой процесс. Гены двух разных родителей, ну, это их внешность, болячки, вы поняли… смешиваются для создания потомства. А скрещивать можно кого угодно, главное, чтобы они не сильно отличались друг от друга. Белку с человеком не скрестишь, хотя откуда этот Рыжий взялся? А вот белку с лисой уже можно, обе рыжие, бегают как угорелые, да и на вкус похожи. Когда двое родителей скрещиваются, их гены смешиваются, получается лисобелка, однако есть большое «но». Смешиваются они по-разному: может получиться белка, если от лисы ничего, может лиса, а может и нормальная лисобелка или белколиса. Поэтому тут не угадаешь, надо экспериментировать. А вообще, генов много. Как они смешаются – загадка, вариантов куча, и каждый на этой Земле уникален. Вот из меня удобрения отличные выходят, самая вкусная смородина получается. – Миша уже не понимал, снится ли ему этот рассказ или он еще в сознании.

Все в комнате тихо засмеялись и продолжили уже шепотом.

– У меня ветряки. Я только начал, но мы точно сможем добыть электричество с помощью ветра. Нужны лопасти, я пока не понял, что это такое; потом какая-то ось; фундамент, под него можем использовать любой столб, генератор есть в машинах; и аккумулятор. Дарина, Руслан, поищите завтра машину или аккумулятор, они хоть и зараженные все, можем рискнуть. А я продолжу читать, выясню, что такое ось и лопасти, – закончил Ваня и перевернулся на другой бок в своей раскладушке. Еще в прошлом году он был силачом, таскал животных, убивал зверей и добывал полезные предметы. Ночное землетрясение застало Ваню, когда тот сидел в саду под своим кустом смородины. Кусок зеркала от облицовки дома попал прямо в голову молодому человеку, и его парализовало. Конечно, Ваня надеялся, что сможет когда-то ходить. Если все спали, он, пыхтя и задыхаясь, пытался пошевелить то левой, то правой ногой.

– Охренеть, я не пойду нырять, я вона с машиной помогу, – загорелся Илья мыслью о свете.

– Кстати, с электричеством мы не только свет добудем. Есть куча бытовых приборов, которые я для вас открою. Нырять в соленое озеро больше не придется! – обрадовалась Дарина, вспоминая комфортную жизнь в городе.

– Мы еще помним твой бытовой прибор, – хохотнул Кирилл.

– И очень уважаем тебя, Дарина! – добавил Илья с наигранной серьезностью.

– Вам лишь бы не нырять! – возмутился Руслан, с отчетливыми нотками обиды и злости в голосе. Зачем было показывать свою слабость при всех, когда он и так на следующий день отправился бы в поход вместе с Дариной.

– Лисобелка все-таки сильнее, – проснулся Миша, бормоча в продолжение своего сна. – Вы уже о другом?

– Да, Мишаня, придумали, как тебя вылечить.

– И как?

– С помощью електричества и Дарины, – заключил Руслан, пропустив мимо ушей комментарии Кирилла и Ильи. Со слов Дарины он искренне сделал вывод, что электричество – ключ к любому изобретению.

– Нет-нет, мне тоже тогда досталось. У меня почему ног, думаете, нет? – завозился и окончательно проснулся Миша.

– У тебя ног уже лет десять нет! – воскликнул его брат.

– Так и Дарина не вчера родилась со своим електрошокером, – оправдался, как мог, Миша.

– Електричество другое, Дарина лампочек натащит, будет светло, жарить тоже без огня начнем, и из озера мясо само полезет. Да, Дарин? – вступился за девушку Руслан.

– Это хорошо. Но хренотень все. Давайте я вам расскажу историю, мне ее Маша поведала, а ей ее отец, – заинтриговал Миша, хотя все эту историю уже знали.

Глава 2

– Триста лет назад небо было чистым, и солнце заходило, только когда люди спали. Казалось бы, чего еще надо? Всего Бог надавал. Однако утратило человечество веру. Ептить их! Дебилов! В то время все ждали глобального потепления. Но не такого, как нам бы хотелось, чтобы без шуб ходить, а пламени адского. Ждали Гнева Господня, зная свою вину. Дарина, можешь как-нибудь взять книгу на такую тему, это наша история, – начал старик.

– «Гнев»? Эти книжки в городе повсюду. Они там и были написаны. Я не верю в Бога. Люди сами себя наказывают, и нет здесь никакого божественного вмешательства. А в городах только и пользуются этим, заставляя других платить своим бесплатным трудом якобы за ошибки прошлых поколений. И разделяя людей на хороших и плохих начиная с их рождения. – Дарина среагировала на просьбу вспышкой злости, делая акцент на последнем предложении. – А про этот «Гнев» мы выучили в городе наизусть. – Что это все знают, Дарина понимала, но вечно забывала, насколько другим было отношение к «Гневу» на улице, да и пересказ о нем уже сильно переврали за триста лет. За пределами Воронежа «Гнев» перестал воспитывать молодежь в нужном русле, а лишь объяснял и помогал пережить весь лучевой ужас, с которым ежедневно сталкивались свободные люди. – Впрочем, я поищу после ветряка, – промолвила Дарина уже совсем тихо и скромно.

– Даринка! Наплела опять хренотень. Так вот, потепление это было связано с мусором. Его накопилось выше крыши! На некоторых заводах мусор даже производили, чтобы другие его покупали и выбрасывали. Мусор делали те, кто не верил в Бога. Это было посылание Бога на хрен. А истинно верующих осталось очень мало, они тонули в кучах мусора и не были видны Господу. Так Бог разгневался на Землю, на свою любимую планету. И сначала только предупреждал. Он провоцировал природные катастрофы: извержения вулканов, землетрясения, цунами. Повышал кое-где температуру. Пустое! Ничего их не вразумило! И до сих пор мы искупаем тот грех. – Миша стал говорить медленнее и затих.

– Искупаем, – тяжело вздохнул Кирилл.

– Искупаем в озере, – влез Илья. – Правда скоро в озеро пойду вместо Руслана, вона грех там купать, – вовремя оправдался парень.

– Цыц! Так этого мусора стало больше, чем людей, он не перегнивал, не перерабатывался и скапливался на свалках. В это время начало теплеть. А людям все равно! Они хотели веселиться. Ведь дальше жизни нет! Земной! Греши-хреши, но силенок нет! Люди срывали одежду и набрасывались друг на друга, путая мужчин и женщин в море голых тел. Адам и Ева в ужасе наблюдали за происходящим и, подобно Богу, начали готовить свой великий Гнев. Ядерный. Дарина, ты чего не перебиваешь? – остановился Миша.

– Внимательно слушаю, – усмехнулась девушка. – Обычно ты другие слова используешь, а тут «море голых тел», «в ужасе»…

– Ептить! – крикнул Миша, а затем проговорил весело: – Это же «Гнев», священное писание. Было там дальше так. Мусор перестали сжигать, чтобы не стало еще теплее. Люди обнаженные ходили, там море голых тел. А сами, кстати, были мытые-мытые, как Дарина тремя годами раньше. Ну их-то пот омывал, а городские по слабоумию своему. Так, на триста лет назад вернемся. Мусор они собирали, на свалку относили, а сами чистюлями оставались. И один человек выдал гениальную, в кавычках, идею: отвезти мусор на Марс, пусть там тепло будет, а то планета какая-то холодная. Она согреется, и все туда отправятся, и там станет хорошо, как раньше на Земле. И Бог тогда на хрен пойдет дважды. Те люди-то думали, что это не Гнев вовсе, а с мусором они переборщили. Но даже здесь продемонстрировать свое неверие в Гнев оказалось важнее последствий. Ох, как сказал. Ну, поняли, ептить: они мусор специально кидали, чтобы показать, что Бога нет. А когда теплеть стало, сказали, что это от мусора жара, но кидать его не перестали. Дебилы!

– Мишань, мы с первого раза поняли, – с расстановкой заметил Кирилл.

– Постоянно это слышим, – согласилась Дарина.

– И если бы не они, у тебя бы вона ноги были, – добавил Илья.

– Ладно, ладно. Слушайте дальше. Повезли всё на Марс, раз отвезли, два отвезли, а мусора там как будто и нет, по-прежнему холодно. Что делать? Решили тогда Землю очистить. Догадались не выделываться друг перед другом. Бережнее к мусору стали относиться, перерабатывать там, два раза использовать стаканчики. А излишки просто в космос кидать, вроде не так затратно, как на Марс.

Возили, возили, а прохладнее не становится. Отчаялись. В это время и Адам с Евой уже подготовились. С неба пустили ядерные взрывы. Начали люди умирать, хотя их было, можете представить, десять миллиардов! Конечно, там такое море тел… Не только факелы пихали, все в дело шло. Остался миллиард, половина из них от лучевой болезни сразу поумирала, вторая половина – это мы, с иммунитетом к небольшим дозам радиации, доходим медленно. Пожалел нас Бог, раз мы наследники верующих и сомневающихся.

Пока выжившие опомнились, мусор к нашей Земле родименькой и притянулся, вот и до сих пор на полчаса в день солнце выглядывает. Это напоминание божественное: мол, живите да не забывайте меня. Я все создал, я все и уничтожу. А когда не останется здесь неверующих, тогда уйдет мусорная туча. Все попередохли, только немногие остались, да пара белок. Отстроили себе города, каждой твари по паре, да третьих не пустили, теперь сидят там, за кислород борются. Скоро и те вымрут. И нас за собой притянут, потому что как ты, Дарина, не верят.