Татьяна Дубинина – Двойное приключение (страница 5)
Пётр положил трубку и медленно обошел свой рабочий стол, подойдя к окну. Он чувствовал себя одновременно подлецом и стратегом. Он отнял у брата возможность уединения, подменив ее шумной компанией. Он впутал в эту историю ни в чем не повинную девушку. Все ради того, чтобы быть рядом с ней. С Соней.
Он снова представил ее. Но теперь не в ресторане, а на берегу озера. Закат. Тень от деревьев на ее лице. И ее взгляд, который будет искать не Павла, а его.
Он не позволит этому случиться. Он не позволит Паше ее соблазнить. Он даже не знал, что именно он сделает. Но он знал, что будет там. И что эта поездка станет для них всех точкой невозврата.
А в это время Полина, получив от Паши восторженное сообщение: «
Петр. Он тоже едет…
И тихие, спасительные дни на природе, где она надеялась обрести покой, превратились в новую ловушку. Ловушку под открытым небом, из которой не будет выхода.
Глава 9
Идея о тихом побеге рассыпалась в прах, едва Полина подошла к месту сбора. Вместо одной машины их ждало две. Рядом с внедорожником Петра толпилась шумная компания. Павел, сияя, представлял всех.
– Сонь, знакомься, вот Сергей и Таня, мы с ними на одном курсе учились! А это Олег и Настя, мы вместе в стрелковом клубе! А это Катя – мой лучший друг!
Полину охватила легкая паника. Она мысленно готовилась к сложному, но камерному общению с Петром и незнакомой Катей. А тут – целый хоровод новых лиц, улыбок, оживленных разговоров. Все выглядели такими… простыми и радостными.
– А ты поедешь с нами! – Сергей, коренастый парень с добродушным лицом, уже открывал дверь своего просторного минивэна. – Места хватит!
И вот она сидела на заднем сиденье между Катей и Таней, в то время как Павел разместился впереди рядом с Сергеем. Пётр, молчаливый и сосредоточенный, уехал отдельно на своем мощном внедорожнике, забрав с собой Олега и Настю.
Их путешествие началось. Дорога заняла несколько часов, и все это время машина была наполнена смехом и болтовней. Катя, оказавшаяся рыжеволосой заводилой с веснушками, и Таня, мягкая и улыбчивая брюнетка, моментально включили Полину в свой круг.
– А давайте сразу по приезде искупаемся! Говорят, озеро супер!
–А вечером я гитару достану, песни петь будем!
–У меня с собой карты и мафия! Девчонки, вы же играете?
–Соня, а ты любишь походы? А в стрелковый клуб хочешь с нами? Там очень круто!
Полина, сначала напрягшись, ожидая подвоха, постепенно начала оттаивать. Девушки были невероятно искренними и душевными. Они шутили, делились планами, вспоминали забавные случаи из студенческой жизни Паши и Сергея. Это была та самая легкая, бесхитростная дружба, которой ей так не хватало в ее собственном, слишком серьезном мире.
И с каждой их улыбкой, с каждым доверчивым взглядом, внутри Полины завязывался новый, тугой узел вины.
«Они так ко мне хорошо относятся. К "Соне". А если бы знали, что я их обманываю…»
Она ловила себя на мысли, что хочет рассказать им о себе настоящей. Не о яркой и взбалмошной Соне, а о Полине, которая любит тишину, читает научные статьи и с детства боится своего «проклятия понедельника». Она представляла, как они вместе смеются над какой-нибудь шуткой, как делятся секретами у костра. И эта картина казалась такой теплой и желанной.
Но она была недостижима. Она была здесь в роли. В роли девушки, которая должна флиртовать с Павлом и избегать взгляда его брата. Вся эта простота и радость были для нее иллюзией, красивой декорацией, за которой скрывалась ее ложь.
– Соня, ты как, не устала? – обернулся к ней Павел, и в его глазах светилась такая нежность и гордость, что Полине захотелось провалиться сквозь землю.
Он был счастлив, что его девушка так легко вписалась в его компанию. Он видел, как все ее любят. И он не подозревал, что каждое ее слово, каждая улыбка – это часть тщательно выстроенной стены.
– Нет, все прекрасно, – улыбнулась она ему, и эта ложь отдалась в душе горьким эхом.
Машина мчалась по шоссе, увозя ее все дальше от города, но не от проблем. Наоборот, она ехала прямиком в их эпицентр. В окружение людей, с которыми ей хотелось бы быть честной. И в общество одного-единственного человека, от чьего прикосновения ее тело все еще трепетало, и чье молчаливое присутствие в машине впереди чувствовалось сквозь километры асфальта.
Она смотрела в окно на мелькающие сосны и понимала: эти выходные будут не отдыхом, а самым сложным испытанием в ее жизни. Испытанием на то, как долго она сможет носить маску, под которой так отчаянно хочется быть собой.
Глава 10
Глэмпинг оказался удивительно уютным. Они сняли два просторных деревянных домика с огромными окнами, стоявшими в двадцати метрах от кромки воды. Возле домиков была небольшая беседка и мангальная зона. Озеро сияло в лучах полуденного солнца, как расплавленное стекло. Все дружно решили, что быстро заселятся, переоденутся и, наконец, искупаются в его кристальных водах.
– Ну что, распределяемся? – весело крикнул Сергей. – Мы с Таней, Олег и Настя – в тот. А вы, "молодожены", – он подмигнул Паше, – с Катей и Петром в этот. Места хватит!
Полина застыла на пороге. Один дом. С Пашей, который смотрел на нее с обожанием. С Катей, которая уже вовсю разбирала свои вещи. И с Петром. Он стоял чуть поодаль, спиной к ним, разглядывая озеро, но его молчаливое присутствие ощущалось физически, наполняя пространство между ними напряжением.
Переодеваясь в своей комнатке (они с Катей делили одну, а братья – другую), Полина с облегчением надела свой собственный, скромный купальник – цельный, темно-синий, без лишних деталей. Не Сонино соблазнительное бикини. Хотя бы в этом она могла быть собой.
Но когда она вышла на солнце, то поняла, что это не имеет значения. Взгляд Павла был милым и теплым. «Какая ты красивая», – прочитала она в его глазах. Но взгляд Петра, когда он обернулся на ее шаги, был другим. Он скользнул по ней, как раскаленный нож по маслу, медленно, оценивающе, выжигая на коже каждую линию. В его глазах не было восхищения. Был голод. И в ответ у нее внутри все сжалось и тут же распустилось горячим, стыдным цветком. Желание, острое и неконтролируемое, ударило в голову, затуманивая разум.
– Бежим купаться! – почти выдохнула она, срываясь с места и устремляясь к воде. Ей нужно было охладиться. Срочно.
Прохладная вода озера обожгла кожу, но не погасила внутренний пожар. Она проплыла несколько метров, пытаясь отдышаться, смыть с себя этот взгляд.
– А давайте в догонялки! – предложил Павел, ныряя рядом. – Как в детстве!
Идея была подхвачена с энтузиазмом. Вскоре водная гладь взорвалась брызгами, криками и смехом. Полина, забывшись, включилась в игру. Она уплывала от Сергея, увертывалась от Олега, и ее собственный смех звучал для нее самой незнакомо и забыто.
Когда водоверть немного улеглась, она, отплывая, услышала за спиной спокойный голос Петра:
– Теперь я – во́да.
Она обернулась. Он стоял по грудь в воде, его мокрые волосы темными прядями лежали на лбу, а глаза были прищурены от солнца. Он смотрел прямо на нее. Вызов был брошен.
– Беги, – тихо прошептал он, и только она одна услышала это.
Полина рванула прочь, работая ногами и руками с силой, которой сама от себя не ожидала. Сердце колотилось не от усилия, а от паники и предвкушения. Она слышала, как он плывет за ней, мощно и неуклонно, сокращая дистанцию с каждой секундой.
Его руки обхватили ее талию под водой. Сильно, но не больно. Решительно. Она вскрикнула, и в тот же миг он потянул ее на глубину.
Мир перевернулся, наполнился зеленоватым сумраком и тишиной, нарушаемой только бешеным стуком ее собственного сердца. Их тела сплелись в подводном танце, ее спина прижалась к его груди. Она попыталась вырваться, но ее движение было слабым, почти ритуальным. Он развернул ее к себе. В полумраке его лицо было так близко. Она чувствовала как в нём бушевала буря – ярость, желание, отчаяние.
И тогда он поцеловал ее.
Это был не просто поцелуй. Это было низвержение в ад и вознесение в рай одновременно. Жесткий, властный, без просьбы и разрешения. Поцелуй, который сжег последние остатки разума. Ее губы ответили ему с той же дикой страстью. Ее руки вцепились в его плечи, не чтобы оттолкнуть, а чтобы притянуть ближе. Они парили в невесомости, в зеленом мраке, мир сузился до точки соприкосновения губ, до переплетения их тел, до огня, который пожирал обоих.
Воздух закончился. Глаза резанула боль, и инстинкт самосохранения заставил их оттолкнуться друг от друга и рвануться наверх.
Они вынырнули одновременно, тяжело и шумно хватая ртом воздух. Вода ручьями стекала с лиц. Они смотрели друг на друга, задыхаясь, не в силах вымолвить ни слова. Губы Полины горели, и она чувствовала на них вкус его поцелуя – вкус озера, свободы и запрета.
– Вы чего так долго? – донесся встревоженный голос Павла. – Мы уж думали, вы там утонули… чуть не кинулись спасать!
Полина медленно перевела взгляд на берег. Все смотрели на них. Павел, Катя, Сергей, Таня… Их лица были бледными от испуга.
А она стояла по шею в воде, всего в метре от Петра, и все ее тело кричало о только что случившемся. Она видела, как Катя, сама не зная почему, смущенно отвела глаза. Видела, как Паша смотрел на них с беспокойством, но без тени подозрения.