Татьяна Бурцева – Русичи: западня для князя (страница 2)

В себя Георгий приходил долго. Пытался на чем-нибудь сосредоточиться, но никак не мог – болела голова. Видно, на нее обрушился молодецкий удар дубцом.

Одно сотник понял сразу – была ночь. Он лежал недалеко от костра прямо на снегу. Костер освещал лица сидящих вокруг. Они Георгию показались странными. С большим усилием, он осознал: дело было в том, что среди сидящих были и русские, и татары. Они, по-видимому, неплохо друг с другом ладили, и это было удивительно.

Нужно очнуться. Открыть глаза и больше не погружаться в небытие.

Сознание принесло горечь.

Как глупо! Неизвестно к кому попал в плен и людей не уберег.

Он попытался оглядеться. Это удалось ему с трудом. Голова отозвалась болью на первое же движение. Тем не менее, он успел заметить сидящую в небольшом отдалении группу людей. Это был его отряд. Что ж, они живы, хотя, кажется, некоторые из них ранены.

Слава Богу! Хоть какое-то утешение.

Один из сидящих вокруг костра вдруг резко повернул голову, встал и подошел к Георгию.

– Ну, как? Оклемался? – спросил он с издевкой.

Сотник даже не попытался встать или сесть – берег силы. Кто знал, для чего они ему понадобятся.

– Да, – ответил он хрипло, – в горле пересохло.

Георгий попытался рассмотреть заговорившего с ним человека. Мужик походил на медведя-шатуна. Широк в плечах, высок, косматый, даже полушубок на нем был одет мехом наружу, что придавало еще большей его схожести с медведем. Лицо было широкое открытое, заросшее густой бородой. Мохнатые брови. И только веселые голубые глаза, смотревшие из-под бровей, как-то не вязались с угрюмым обликом хозяина леса. Впрочем, медведь-шатун изучал Георгия в ответ.

– Ну, и где обоз? – спросил разбойник.

– Какой обоз?! – невольно удивился сотник. Он никак не ожидал такого вопроса.

– Известно какой, купеческий! Где спрятали? Где оставили, ироды? – разбойник нахмурился. Похоже, он спрашивал вполне серьезно.

– Нет никакого обоза, и не было, – ответил все еще удивленный сотник.

– Нет, значит… – разбойник призадумался, – тогда кто вы, если не передовой отряд?

– Кто мы и куда едем – это наша забота, – ответил Георгий ровно. Однако сказано это было таким тоном, чтобы предотвратить дальнейшие расспросы.

Лицо разбойника помрачнело. Он задумчиво продолжил.

– Не очень-то ты любезен, мил-человек. Хотя сам вижу: люди вы княжеские. А вот куда едете – это вопрос. С собой только оружие. Поживиться нечем. Не рубахи же сдирать! Не нехристи мы все же…– разбойник на секунду замолчал, – да вот, грамотки я у тебя забрал. Слышь, что там писано-то? Грамоте обучен, али нет?

Георгий невольно поднес руку к груди. Княжеских грамот действительно не было!

– Не нам с тобой читать эти грамоты, – неожиданно зло ответил он, – а куда мы едем, знать тебе не положено. Только знай, что князь так этого не оставит. Положит конец вашему разбою. Всех в колодках в Галич на суд отправит.

– Ну, нас еще споймать надо, – невозмутимо продолжал рассуждать разбойник, – действительно, ведь не ловить же вольных людей вас отправили?.. – он с сомнением посмотрел на сотника, – слишком вас мало. Может, расскажешь? Али помочь? Это запросто, – он недобро усмехнулся, – у нас и не такие гордые, будто сказители певали.

– Навряд ли у тебя получится, – в лице сотника ничего не дрогнуло, хотя внутри невольно похолодело. Его голос звучал твердо.

– Верю, – неожиданно согласился разбойник, – видел твои отметины, когда обыскивал. Кто постарался, свои или чужие?

– Татары, – глухо ответил Георгий.

– Так чего же ты служишь для них, людей русских предаешь! -вскричал разбойник. – Думаешь, не знаем мы, что убили тут численника ордынского, а князь велел убийц тех сыскать и смерти предать! Не тебе ли поручено?

– Я не предатель! – несправедливость обвинения захлестнула сотника, он резко приподнялся, но удержаться не смог. Голова закружилась, и он опять рухнул в снег.

– Ладно, лежи, отдыхай, не твоя то вина. Человек ты, похоже, прямой. Завтра договорим.

Разбойник встал и пошел к костру. Там он, видимо, пересказал свой разговор. От сидящих отделились двое. Они приподняли Георгия и перенесли поближе к костру и положили на медвежью шкуру, прикрыв его другой. Сотник закрыл глаза. Ему нужно было отдохнуть. Набраться сил перед завтрашней беседой.

Утром он проснулся рано. Уже рассвело. Голова болела гораздо меньше. Однако слабость чувствовалась. Он осторожно приподнялся. Подождав, пока уймется головокружение, осмотрелся. Вокруг лежали спящие. Вдруг, невдалеке хрустнул сучок. Это были дозорные, которых сотник не сразу приметил. Фигуры вокруг тлеющего костра зашевелились. Лагерь стал просыпаться. Его дружинники тоже разминали затекшие конечности. Сейчас он смог получше их рассмотреть. Двое были несерьезно ранены. Один, видимо, тоже был оглушен и не спешил подниматься.

Лагерь сворачивался быстро. Откуда-то появились люди с лошадьми.

К Георгию подошел вчерашний разбойник. При свете дня он выглядел менее дико.

– Мы уходим, разведчики обнаружили большой отряд татар, – без предисловий начал он.

Лесную тишину нарушали только звуки сворачивающегося становища.

– Что будет с нами? – как можно спокойней спросил сотник.

– Ничего. Вы тоже уходите. Своей дорогой.

– Эй, Семен! Нужно торопиться! – раздался окрик, обращенный к разбойнику.

Георгий слабо улыбнулся.

– Так тебя зовут Семен? – спросил он.

– Забудь, – разбойник призадумался, потом, размахивая руками, стал объяснять. – Вот еще хотел тебе сказать. Мы были там, где убили татарина. Но это не наших рук дело. Было много следов, стрелы торчали в нукерах как иголки у ежа. Вроде русские. Да не такие. «Наши» татары это сразу заприметили. Оперение не по-русски сделано. Так что думай сам.

Он резко развернулся и пошел к лошадям.

– Эй, Семен! – окликнул его сотник.

– Что? – разбойник недоуменно оглянулся.

– Где княжеские грамоты?

– А ты из наших, из упрямых, – Семен засмеялся, – держи уж! – он достал из-за пазухи перевитый сверток и бросил его Георгию. – Кстати, ваше оружие свалено под елью, чтобы вы его сгоряча не похватали, пока мы не уйдем.

В несколько минут поляна опустела. Странный отряд из русских и татар словно растворился в воздухе. Если бы не следы стоянки и не головная боль сотнику могло показаться, что все это ему приснилось.

Только к вечеру отряд Георгия достиг городища (сотнику тяжело было держаться в седле, да и несколько ратников были ранены). Десятка два домов, обнесенных крепким тыном со сторожевой башенкой и колоколенкой. Такие городки уже стали вырастать на месте пожарищ. Их строили как вольные люди, так и холопы, княжеские да боярские. Русь только сейчас начала подниматься после второго нашествия татар. Сколько времени для этого понадобилось! Только сейчас люди стали возвращаться в разрушенный и сожженный до основания Киев – мать городов русских. Не раз, проезжая по родной земле, Георгий встречал заросшие сорной травой остовы домов и оград – следы развернувшихся сражений и набегов. И ладно, если б эта гарь была страшной памятью об Орде. Не так уж давно Галич раздирали междоусобицы.

Время было предзакатное, но за частоколом царило оживление. То там, то здесь были видны группы татар, располагавшихся на ночлег. Имеющиеся дома их не вмещали.

Георгия встретил старший сын старосты. Чинно поприветствовал. Распорядился, чтобы воев определили на постой. Он терпеливо ожидал, пока сотник раздаст своим дружинникам последние указания перед отдыхом.

Староста Савелий был человеком преклонных лет, поистине старейшиной. Не много еще осталось стариков, помнящих начало татарского ига. В то время большой удачей считалось дожить до тридцати-сорока лет. Князь уважал и ценил его мнение.

Разместив свой отряд, сотник вошел в дом, в котором жил Савелий. Изба была добротная, убрана по-крестьянски. Чувствовалась рука хозяина. Что-то едва уловимое опытному глазу говорило – хозяин дома не простой селянин. Комнаты были просторные, светлые. Дубовый стол покрыт скатертью, на столе следы недавней трапезы – видно хозяйка убрать не успела.

Савелия он оторвал от работы. Тот чинил рыбачью сеть, лежащую тут же в горнице.

Время избороздило его лицо глубокими морщинами. Седые волосы были необычайно белы. Глаза смотрели весело и с хитринкой.

– Вечер добрый, старинушка, – Георгий шагнул к нему и обнял.

Савелий улыбнулся.

– И тебе, Егорий. Давно тебя не видел. Зачем приехал?

– По княжьему делу. Прочти, он сам пишет, – Георгий протянул старосте одну из спасенных грамот.

Савелий подошел к окошку, чтобы было лучше видно. Было заметно, как шевелились его губы, когда он читал.

– А что тут делают басурмане? – спросил сотник.

– Татары раньше тебя приехали. Начальник у них – Рушан-бек. Злой человек, заносчивый. Все выспрашивает про смерть их численника.

Георгий пожал плечами.

– У меня охранная грамота князя.

Савелий покачал головой.

– Не будет он ту грамоту читать. Для него только хан указ.