Татьяна Борздых – В диалоге с вечностью: путь Странника (страница 2)
Он раз за разом вспоминал ту историю, пытаясь найти в памяти хоть какие-то указания на схожесть с Магами Природы.
История Странника. Воспоминание
Вот тот день. Он готовит снадобье. Описание чудодейственной травы найдено на страницах древнего эпикурского учебника по целительству. Черная Дева, обратившаяся к нему за помощью, вторит– неминуем час Возрождения твоего, лишь освободивший всех станет Сподвижником.
Лечил он тогда девицу, после лесной вражды насилу уцелевшую, имевшую состязание не то силы и выдержки не то душевной мудрости - с волками, как считалось тогда посланниками Лукавого.
Как сейчас помнит он Здравницу – аромат притираний и снадобий, душица Великих трав – органика Зелёной Лилии, что против невежества, Соль Белогорий старинная – в упратив злу некаянных, Кислица лесная обычная – как если по учебнику, то и с неудачами земными справится.
Помнил он и всю тяжбу лекаря – неверием главным тогда были охвачены и поля и леса зелёные, и равнины щавельные, и урожаи малосольные. И стар и млад ходили убогие, не полагаясь ни на молву древних снадобий, ни на силы свои могучие, ни на амулеты, что от струпий дьявольских, чуму с пространства мира выгнавших.
День ото дня его снадобье давало действие. Крепчала девица, насилу с недугом справившись.
Исчезла тогда она, лишь тень волчицы оставила...Молва же окрестная довела до всех – ручная волчица теперича есть в селениях, ни кур не крадёт, ни детей не пугает.
А Черная Дева вторила – неминуем час Возрожденья твоего, лишь освободивший всех станет Сподвижником...
Вновь и вновь Странник просматривал древние тексты. Вновь и вновь он недоумевал. Но вот накануне зимы возник перед ним образ некого Старца...
В глубинах Трудов Великих Предков нашел он приписку - Пифагор... А Черная Дева вторила – лишь освободивший всех станет Сподвижником. ..
Странник прочел Его историю.
А Черная Дева вторила – неминуем час Возрожденья твоего, лишь освободивший всех станет Сподвижником...
В одной местности жителей разоряла волчица. Пифагор же взял ее к себе, долго гладил, кормил хлебом и плодами и взял клятву не трогать более никого живого...Она убежала в горы и леса, но с тех пор не видно было, чтобы она напала даже на скотину.
На страницах Трудов по сей день зиждется история этой волчицы, той единственной Твари Божьей, чьим доверием удалось заручиться на всем протяжении истории человеку. Был им мудрый старец, Маг Природы, представитель древней Софии, философ и мудрец Пифагор, живший в Греции около 570-490 годов до н.э., математик и мистик, создатель религиозно-философской школы пифагорейцев и магии Черной Девы - «А Черная Дева вторила - неминуем час Возрожденья твоего, лишь освободивший всех станет Сподвижником...», школы, с веками становящейся актуальнее, завладевающей силою не то ли разума, не то ли магии все большим количеством Сподвижников – продолжателей...
Зиждется на страницах Трудов Великих Предков и история Странника.
История Странника, опубликованная в Трудах Великих Предков
Труды Великих Предков, ставшие настольной книгой Странника, содержали такие данные:
Мишель де Гама, философ, религиовед, целитель (1678 – 1757 г.)
Первый целитель- травник, полностью излечивший от тяжёлых телесных недугов около 100 человек , в том числе: 50 поместных дворян,
20 душ обречённой купеческой знати,
20 духовников,
9 волхвов,
1 девицу, пострадавшую в лесу от волков.
Упоминается также, что исцеляющие средства являли собою исключительно травяные сборы и настои, рецепты были продуктом исследования древних греческих снадобий, преобразованных под запросы времени.
Прилагались такие вот рецепты:
Неурожаи, голод и истощение излечит Кислица обычная, да в амулете серебряном.
Струпья телесные заразные низведет Жабий тмин Затворочник, из сушеной жабы полученный.
Травмы боевые, военные ослабит Острица томленая, с соком Тысячелистника иль Медуница моленая, приправленная свежим Вереском;
Ну а волков Лукавого изгонит лишь Дева Черная..
Брела она тропою лесною, долго ли коротко ли, как оказались на пути чудовища ярые. И много их было, и света белого они чуралися. Тенями лютыми средь лесных ветвей нависла угроза несметная, и не внемали они ни словам премудрыя, ни действиям.
Была она тонка и мила, от природы кротка и затейлива, прозвали ее в народе «Знахаркою». Как низвергнуть лесную напасть и силу черную – был секрет один...
По прошествии трёх годов не нашла она в памяти, что творилось и где – не ведала. Помнила лишь ароматы трав, будящие словно сон весны, облик Старца ясного, хлопотавшего, и восхода луч, что пути провел...
Наши дни
Пришла зима. Труды Великих Предков все так же оставались предметом долгих размышлений Странника. А Черная Дева вторила – лишь освободивший всех станет Сподвижником...
Лишь его вечность могла помешать ему – размышлять и властвовать, созидать и, растворяясь в потоках долгих лет, не забыть – блеск очей ее, да белокурые локоны, нрав затейливый и манеры тонкие. Он помнил, оставаясь в своей вечности.
По закону золотых середин
Современная Россия;
В преддверии весны Странник часто хворал. Вот и теперь. В душе творилось что-то потустороннее, зимний час неизбежно заканчивался, а весна, хоть и сулила новую энергию первых лучей заставляла все же встрепенуться новым действиям, однако же встрепенуться уже успевшее отрицательно привыкнуть к долгим и протяжным вальяжным вечерам у очага за долгие месяцы вьюг и морозов внутреннее кармическое существо духа. На дворе стоял 2028 год. Странник, попивая горячее с молоком и медом кофе, и со стараниями не поддаваться весенней хандре, разглядывал в очередной раз Карту Наследных Времён, ещё с осени как-то нарочно не убранную и маячавшую перед глазами на столе. В этом году предметом его размышлений почему-то все чаще становилось Переходное время - как то от зимы к осени, но не только, а много шире и значительнее – он помнил многие взлеты и падения своего Странствия в вечности, однако на Карте Наследных Времён столь многое менялось с годами –- облики стран и городов, народности и обычаи, что он никак не мог осознать, уловить главный период из множества прожитых, период своего изменения – что и когда сделало его таковым, как есть. Ведь сила Главного времени – это начало и основная движущая сила его могущества и торжества во Вселенной, сформировавшая путь его дальнейшего теперешнего движения.
На карте Наследных Времён он мог наблюдать и переход народов из Золотой Античности в мрачное Средневековье, и становление Руси и падение Великого Рима, и всю мощь сути становления Европейского Ренессанса. Перед его взором открывался весь путь, пройденный человечеством от времён древнейших богов, знахарей и первых гимнов истинности научного знания. Эпохи времён словно мелькали перед взором в своем безудержном будоражущим восторг многообразии и он с трудом мог остановиться в казавшихся бесконечными попытках определить свое время.
Страны и народы, Великий путь...Территории и войны, и вновь новые очертания на карте. В бесконечных скитаниях дум и допивая утренний кофе, Странник уже было отправился к предполуденному скитанию дня, как вдруг словно что-то остановило его. Взгляд словно прикованный остановился ровно в центре карты, обозревая просторы необъятной страны. Россия. А конец советской эпохи - смутное и противоречивое время. Не это ли искомое Время Перехода? Да, это Золотая середина – во всех пониманиях – временных и пространственных, территориальных и неземных. С восторгом и великолепием нового начинания он отправился в путь – да бы воочию и, ещё раз оглядевшись в происходящем периода, понять суть своего надвременного начертания. Суть главного изменения переходной эпохи страны Золотой середины должна явить и предназначенное ранее назначение его судьбы. Он был убежден найти Его.
И вот Союз. Ещё немного ранее покоящийся на лозунгах нерушимой веры в несокрушимое будущее, на неведомой единящей народы силе идти вперёд, провозглашаемой наследниками Великого вождя, на казалось бы непобедимой силе советского социалистического духа – и вот он Союз – пришедший в 80-90-е годы двадцатого столетия к социалистической утопии, к кипящим антигосударственным протестам, к осиротевшей без государства культуре и идеологическому засилью свобод рыночного механизма...
И вопреки – современную Россию Странник знал прекрасно. При всех общественных катаклизмах и неурядицах, без которых, пожалуй, не обходится ни один период в развитии того или иного государства, пышная и богатая страна, с возрождённой наукой, культурой и религией. Страна идеологических свобод и личного выбора, страна демократических начал и все более упрочняющегося суверенитета, открытая при этом внешнему миру и чехарде мировых рынков.
Как сталось так, на какой путь взошла страна тогда, в далёкие годы повсеместного кризиса и советской перестройки? Что унаследовало время современности от Золотого перехода? Странник недоумевал. Он вспоминал каким все было, и вновь недоумевал. Многое не узнавая, он понимал, как все изменилось. И продолжает меняться. Каким стремительным стало время, как изменилось общество и политические курсы, и, главное, насколько разнится в новой России день ото дня..