Татьяна Бэк – Опасный сосед. Спаси мою киску (страница 1)
Татьяна Бэк
Опасный сосед. Спаси мою киску
Пролог
— Матильда, где ты, зараза гулящая?! Ладно, прости! Где Вы, графиня? Извините, что опять вашей высокородной морде не дала сожрать колбасу со стола! — ласково причитаю я, направляясь по дорожке в сторону леса, который раскидывается прямо за моим домом.
Кто бы мог подумать, что кошечка британской породы окажется такой непослушной, характерной, а главное — бесстрашной.
Первый год Матильда прожила со мной в квартире, наслаждаясь всеми благами цивилизации, но ненаглядный родитель сослал нас в ссылку в свой загородный дом за моё слишком разнузданное поведение.
Ну подумаешь, привели меня в полицию за то, что танцевала возле фонарного столба и пила шампанское из горла. Так имела право — прямо перед этим застукала своего ненаглядного женишка Макса в постели с лучшей подругой, причём они там не кроссворды разгадывали.
Поэтому теперь вынуждена существовать в деревенской халупе, которую батя гордо называет «коттедж», вдали от любимых ресторанов, спа, баров и клубов.
Матильда же стала моей невольной спутницей, ибо оставить её было не с кем. Только вот своенравная мелкая кошка явно освоилась здесь лучше меня, — по крайней мере, не опасалась выходить с территории участка.
Я же к деревенской жизни так и не привыкла за эту неделю, поэтому предпочитала отсиживаться в доме или загорать посреди бурьяна, которым зарос участок, окружённый весьма впечатляющим забором.
— Матильда, вернитесь! — продолжаю увещевания, с трудом передвигаясь на каблуках по ухабистой тропинке. — Я понимаю, что у вас весна, и хочется любви, но это не повод сбегать из дома.
Знакомое мяуканье слышится не со стороны леса, а из-за высоченного забора участка по соседству.
Отец говорил, что там давно никто не живёт. Кажется, придётся штурмовать неприступную крепость своими силами, дабы вернуть домой беглянку.
Ладно, не зря я хожу на пилатес, йогу и пилон, поэтому храбро залезаю на добротную кирпичную кладку, стараясь не сильно поцарапаться. Торчащие сверху фигурные наконечники не дают перевалиться нормально через стену.
— Я, может, тоже трахаться хочу, Матильда. У меня мужика уже давно не было, да и можно ли Макса с его корнишоном считать мужиком, но я же не ору, в отличие от вас, об этом. Я тоже женщина, и сейчас бы с удовольствием отдалась какому-нибудь невероятному, сексуальному самцу! Только где его взять!
Договоров последнюю фразу, вдруг понимаю, что зацепилась подолом платья за железную пику.
— Ëбушки-воробушки! — вскрикиваю я и буквально валюсь мешком на территорию соседского участка, слыша хруст ткани.
Ну вот, какая нелепая кончина — сломать шею на бесхозной территории. Ну ладно я, а Матильду-то кто покормит?
— Ы-ы-ы! — издаю бессвязный крик, ощущая, что лечу вниз, и друг буквально врезаюсь в железобетонную мужскую грудь и оказываюсь поймана сильными, мускулистыми руками.
Ой, кажется, кто-то услышал мои мольбы и забросил на соседний участок ангела-хранителя?
— Матильда... — испуганно шепчу я в идеальные грудные мышцы, а затем поднимаю взгляд выше.
Ой мамочки! Какая гордая шея, затем мужественный подбородок, плотно сжатые губы — и наконец, глаза! Синие, глубокие, словно Марианская впадина, и такие же опасные.
— Я не Матильда! — информативно сообщает незнакомец, низким голосом, разглядывая меня с интересом.
Да в нём роста метра два точно — приходится задирать голову, чтобы его рассмотреть.
От его рокочущего голоса, похожего на спуск лавины, сердце словно ледяной глазурью покрывается, а вот чуть ниже пупка просыпается вулкан.
Стараюсь отвести взгляд от этой тестостероной бомбы, чудом оказавшейся здесь, и натыкаюсь на огромный ствол...
Нет, не половой орган, — хотя что-то мне подсказывает, что у такого мужчины там должно быть всё в порядке. Но вижу я снайперскую винтовку, пусть и в разобранном состоянии, разложенную на брезенте в тени дерева.
Все сезоны «Улиц разбитых фонарей» и «Ментовских войн» подсказывают, что именно то, о чëм думаю.
— Извините... — шепчу, выпутываясь из крепких объятий, и пытаюсь уползти назад, на свой участок, цепляясь свежим некогда аккуратным маникюром за стену. При этом старательно гляжу куда угодно, только не на винтовку. — Я тут это...того... Вы не видели мою Матильду?
Когда нервничаю, начинаю трещать без умолку. А сейчас не просто нервничаю — я в глубочайшей панике, ибо отчётливо понимаю, что застукала, скорее всего, киллера. Вряд ли обычный деревенский тракторист будет начищать подобное оружие, которое стоит столько, сколько местный домишко.
— Не видел, твою Матильду, но не против глянуть! Показывай!
— Кого показывать? — переспрашиваю непонимающе.
— Свою киску!
Ой, кажется, мы с этим красавчиком не понимаем друг друга. Пожалуй, пора сваливать!
Глава
Кира
Чтобы доказать отцу, что я не избалованная, мажорка, специально отучилась на одну из самых сложных женских профессий. Поэтому вот уже третий месяц работаю крановщицей. Звучит дико, я и сама до сих пор немного в шоке.
Подруги смотрят, как на белую ворону и крутят у виска. Парень не просто меня стесняется, а ещё и мозг тараканит постоянно, мол, совсем с ума сошла, раз таким занимаюсь. Но я неожиданно втянулась, почувствовала себя частью огромной гармоничной системы.
Да, мне предлагали работать моделью нижнего белья, но не для того цвела моя роза, чтобы верхние и нижние девяноста рассматривали в журнале или интернете всякие похотливые извращенцы.
И пусть меня на стройке называют исключительно Барби, но я докажу этим мужикам, что не просто тупая девочка-мажорка!
— Барби, ибить твою качель! Какого рожна груз не на том месте? Лярва жопастая! — орёт прораб.
Отсюда, из моей кабины, беснующийся мужик кажется муравьём. Я — крановщица, и класть мне на него сверху. В прямом и переносном.
Вот предыдущий прораб так и выбыл из строя, когда сбросила рядом с ним плиты. А нечего было называть меня "блудницей". Хотя, конечно, использовал он более короткое и ёмкое слово на букву " Б".
Нет, Палыч, конечно, остался жив, но только начал заикаться, а посему стал к профессиональной деятельности непригоден, ибо человек на его должности должен материться без запинки.
— Прошествуйте, уважаемый, в пешее эротическое путешествие! — бурчу себе под нос, прикидывая, чего бы такого сбросить на нового тирана. Но пока этот тип выражается столь витиевато, что решаю его не пугать. А заодно записываю самые выдающиеся перлы в свой блокнотик.
Ладно, пора заканчивать трудовые будни, ведь сегодня у меня небольшой, но приятный праздник, — ровно полгода, как мы встречаемся с моим возлюбленным. Макс говорит, что это его самые длительные моногамные отношения. И мне хочется в это верить.
Пусть избранник смеётся порой над моим выбором профессии, но, надеюсь, со временем он поймёт, почему поступила именно так, — ведь порой просто необходимо почувствовать себя нужной, важной, полезной; стать кем-то помимо красивой пустышки.
Все эти мысли проносятся в голове, пока мчу к Максу, желая устроить ему подарок и отпросившись раньше времени со смены. Пусть мужики и делают вид, что недовольны моим присутствием на стройке, но стоит поднять невинный взгляд, начать накручивать белокурый локон и чуть облизнуть губы, — тут же становятся шёлковыми, хоть верёвки вей.
Я уже успела заскочить в салон красоты, где меня отмыли, помассировали и расчесали так, что теперь ощущаю себя Мисс Вселенная. Кто знает, вдруг именно сегодня Макс решит сделать мне предложение?
Не то чтобы я прям рвалась за него замуж, но очень уж хотелось доказать отцу, что я уже взрослая девочка. И пускай мой избранник был типичным представителем лоботряствующей золотой молодёжи, но всё же подавал хоть какие-то надежды, играясь с бизнесом, который ему подарили родители.
Моя розовая машинка поднимает стаю наглых жирных голубей, когда на полной скорости влетаю во двор элитного дома, в котором располагалась квартира избранника. Он утверждал, что будет занят до позднего вечера, и предложил отметить нашу микрогодовщину в ресторане, но я решила устроить ему сюрприз с романтичным ужином, шампанским и ванной с лепестками роз. Не зря же сделала себе тайком комплект ключей, готовясь к этому дню.
Сжимая в руках пакет с коллекционным вином и изысканными закусками, открываю дверь и проникаю внутрь, не в силах сдержать улыбки. Интересно, как отреагирует Макс, когда обнаружит меня в своей квартире? Испугается? Будет ругаться? Сомневаюсь, — ведь как можно обижаться на девушку в алом кружевном белье, чулках с подвязками и прозрачных туфельках на шпильке? Любой мужчина сразу начнёт думать нижней головой!
Но стоит мне войти в коридор, как чуть не поскальзываюсь на какой-то тряпке, с трудом поймав равновесие. Опять мой не слишком аккуратный парень раскидал свои вещи? Наклоняюсь и поднимаю с пола нечто подозрительно знакомое…
Это же лифчик, да ещё и такой же, как я купила для сегодняшнего свидания, — правда, на пару размеров больше. Именно такой приобрела вместе со мной подруга Наташка, сообщив, что тоже хочет сделать сюрприз очередному своему хахалю.
Хм… Совпадение? Не думаю! Будто в подтверждение из спальни вдруг доносятся странные повизгивания, писки и стоны, словно в ней сношаются бабуины. Вот сейчас и посмотрю, что за приматы здесь резвятся.