Татьяна Антоник – Красавец и чудовищ...ная ведьма (страница 16)

По-моему, он перепугался, а еще, по-моему, этот маленький засранец и от нас тайны заимел. Кого пригрела у груди?

— Нет уж, юноша, — Ричард заклинанием отбросил Кристофера на диван и прижал к месту. — Вы мне расскажете, а я не нарушу своего обещания. Все преступления будут прощены, если я выясню, кто похищает аристократов.

— Он меня убьет, — задрожал взломщик.

— Так мы тоже, — психанула Мэгги, а я рядом закивала.

— Нет, это будет суд и лишение магии, — справедливо решил дракон.

Слушая блеяние Криса, осознала, что не хочу быть доброй ведьмой, расторгающей невыгодные помолвки. Я хочу быть злой ведьмой, терзающей неблагодарных друзей.

Крис, мечтая о быстром заработке и имея чудный дар для криминального мира, связался с не самой хорошей компанией. А именно с неким господином Вортаутом. Если верить Крису, а я уже ничему не верила, тот был скупщиком разных магических артефактов у нуждающихся ученых. Потом он объявлял аукцион и продавал изделия сомнительным личностям в своем баре.

— Едем в клуб, — обрадовалась Мэгги, — то есть в бар!

Глава 5. Бедлам.

Вивиан

В бар нам наш пленитель не разрешил. Этот красавец хорошенько расспросил Криса, выяснив, по каким дням проходят подпольные аукционы на продажу темных артефактов. Женщин с собой брать не собирался, но тяжело остановить женщин, когда они вознамерились развлекаться.

— Нет, и еще раз нет, — гневался дракон, обдавая меня и Мэгги своим разъяренным, огненным дыханием. — Вы никуда не пойдете. Более того, я никуда не пойду. Я останусь ночевать здесь. Вив, у тебя большая спальня?

Мы с Маргаритой переглянулись.

— У нас есть гостевая, если ты об этом, — промолвила я. — Она вполне комфортная даже для твоего взыскательного вкуса. И для выздоровления подойдет.

Маргарита хорошенько над ним пошаманила, но даже стальному ящеру требовался отдых.

— Нет, леди Андерсон, — щурился господин Говард. — С вами надо держать ухо востро. Предъявите комнату.

Ничего не понимая, я привела дознавателя в собственную опочивальню, не догадываясь, что он хочет там найти. Если он полагал, что я сплю в гробу, складывая руки крест-накрест, то он жестоко ошибался. Девичья светлица выглядела вполне безобидной. У меня преобладали розовые тона, все украшено кружевами и оборками. Под окном дерево, на котором с рассветом поют птички, предвещая скорое пробуждение.

По-моему, его тонкое чувство эстетики затошнило, едва он переступил порог. Слишком много розового.

— Ты «это» повесила на стену? — возмутился он, остановившись у моего портрета, висевшего над туалетным столиком.

Я гордилась написанной картиной, никогда не показывала ее мачехе, ведь там я сидела голая в своем будуаре, скрывая самые «вкусные» места, и приветливо улыбалась. Все прилично, если не считать раздетой зоны декольте, моих широких бедер, провокационного выражения на лице. А чего стесняться? Я любила себя и свое тело, до тех пор, конечно, пока на лопатке не образовалась метка истинности.

— Это, — я поморщилась, — я. Что-то не нравится?

— А кому понравится? — хмурился дознаватель, делая фатальную ошибку. — Тебе вроде претит брак, но в спальне ты вешаешь себя голой. Любой мужчина поведется.

— Ха, — фыркнула я, порядочно разозлившись, — чтобы войти в мою спальню, следует совершить подвиг, — внимательнее присмотрелась к Ричарду, — ну, или угрожать мне тюрьмой, лишением дара и расправой. Напомнить, каким способом ты сюда проник? И тебя что-то смущает?

— Постараюсь привыкнуть, — заворчал он.

Я никак не могла уразуметь, что с ним. Он красавец, обладающий настолько впечатлительной внешностью, заставляющей свободных, да и не свободных дам укладываться перед ним штабелями. Не сомневаюсь, что ему известно об этом факте, но вместе с этим он остается таким правильным и принципиальным... Священнослужитель, ей-богу, а мог бы не выбираться из кровати, пробуя то одну, то другую даму на вкус.

— Зачем тебе в мою комнату? — внезапно спросила я. — Я тебя спасла, между нами клятва. Я же вижу, что ты планируешь охранять меня. Боишься, что сбегу?

Он, осматриваясь, выбрал себе место для ночевки, мою розовую кушетку, удачно приставленную к стене. Она подходила под его рост, но не очень подходила под плечи.

— Ты энтузиастка, Вивиан, — уселся он на бедную кушетку, проверяя, выдержит ли предмет мебели его вес. — Я завтра очнусь в гостевой и случайно узнаю, что ты и твоя подруга в плену у темного артефактора. Нет, этого не произойдет, если я буду тебя охранять. Подушку выдашь?

Я кинула ему в руки подушку и покрывало. Меня обуревали самые разные эмоции, но впервые я почувствовала стыд. Я никогда не боялась мужчин, не краснела перед ними, а сейчас лицо заалело. Видимо, все дело в метке. Боюсь, что Ричард ее заметит.

— А Мэгги не поедет туда одна? — хмыкнула я, задавая вполне насущный и справедливый вопрос.

— Без тебя не поедет. Все в этом доме без тебя не случается, — заключил крылатый ящер. — Если честно, у меня все претензии к твоему другу-взломщику отпали, когда я поближе со всеми вами познакомился.

— Отпустишь? — обрадовалась и радостно вздохнула.

— Еще чего, — рассмеялся господин Говард. Замолк на минутку, а потом ошарашил новым умозаключением. — Видишь, и я могу быть плохим.

— Нет, — залившись смехом, отрапортовала я, — плохие так не говорят.

Я заперлась в ванной, чтобы переодеться. Приняла душ, унимая гулкое сердцебиение, намазала тональным кремом татуировку, желая ее спрятать. Как назло, она образовалась в таком месте, что мне буквально понадобились цирковые трюки.

Выбрав самую закрытую пижаму, я вышла в комнату. Зря так старалась. Драконище уже храпел, облачившись в штаны и домашнюю рубаху Кристофера.

Полагала, что, находясь в полуметре от своего врага, я не сомкну глаз, но сутки без сна, количество впечатлений, ощущение опасности меня быстро сморили. А когда я проснулась, Ричарда уже не было.

Приведя себя в порядок, я спустилась на кухню, где друзья всегда собирались на завтрак. Застыв на входе, я услышала властный голос дракона:

— Крис, а ты можешь выдать Вивиан свою одежду?

— Это еще зачем? — уронил что-то железное парнишка.

— У леди Андерсон полезный дар, идти к твоему Вортауту со стражниками глупо, он нам ничего не расскажет, но не отвертится от Вив.

— Вы используете ее? — задохнулся от возмущения взломщик. — Давайте я отправлюсь с вами, меня он знает. Вы хоть представляете, насколько опасно посещение его заведения? Думаете, я исключительно ради добычи не посвящал девчонок в свою работу?

— О твоих мотивах мы поговорим позднее, но, опять же, господин Вортаут ничего не расскажет, — заключил господин Говард. — А перед Вивиан не устоит. Поверь, я буду ее охранять, она не пострадает.

По ухмылке Криса я поняла, что пострадаю. Есть шанс, что пострадаю не я лично, но драконью шкуру вновь основательно подпортят. Парнишке пришлось сдаться, потому что канючить начала уже я.

Как бы люди плохо ни относились к моему бизнесу, какими бы крамольными путями я ни шла к назначенной цели, но в действительно злачных местах не бывала. Я хоть и идейная, и креативная, но меру свою надо определять.

И вот, мне выдался шанс отправиться на подпольный аукцион с артефактами, посмотреть, как живет «нижний» мир, и набраться впечатлений. Разве я могу упустить подобную возможность?

До вечера Кристофер и Ричард наставляли меня, словно маленького ребенка. Друг стал удивительно похож в своих речах на зануду-дознавателя.

— Тебе нельзя отходить от меня ни на шаг, Вивиан, — повторял господин Говард. — Во всем меня слушаться, все приказы выполнять беспрекословно...

— Да помню, помню, — бесилась от бесконечных увещеваний. — Сколько раз я уже говорила, какой ты дотошный?

— Семь, — мужчина реально посчитал.

Развела обессилено руками. Ричард свою занудность считал наивысшим благом для нашей компании.

Меня обрядили в темную рубашку, брюки с подтяжками, потому что, несмотря на худобу Криса, его штаны на мне совсем не держались, и нахлобучили кепку из твида.

— Что-то надо придумать с ее волосами, — задумчиво произнес Говард. — Слишком приметные.

— Я могу их заплести и спрятать под шапкой, — предложила я, когда Кристофер, блеснув маниакальными искорками в глазах, потянулся к ножницам.

— Ты мелкая, тебя затолкают, и твоя кепка первой улетит с макушки. Нет, надо их перекрасить во что-то менее благородное.

— У меня есть идея! — воскликнула Маргарита, и я невольно отступила назад. В этом доме все отдаются задаче полностью, часто со страшно опасным результатом. — Да мы тебя просто покрасим, — отмахнулась она, заметив мою панику. — Ничего тебе не будет.

— Где же ты поздним вечером краску для волос найдешь? — прикидывала в уме часы работниц салона красоты.

— Нам поможет... — она, недоговорив, выбежала на кухню, что-то там уронила, распахнула скрипящие ящики, протопала обратно и показала на корзинку с валяющимся, пророщенным луком. — шелуха.

— Нет, давай хоть на Крисе опробуем, — перепугалась я не на шутку.

— Не надо на мне ничего пробовать, — психанул молодой мужчина. — Я, вон, напробовался, теперь с дознавателем в одной комнате сижу.

Сохранявший молчание Ричард, деловито уточнил у Мэгги.

— Окрасят? Как быстро смоются?