Татьяна Антоник – Эту ферму мне муж купил (страница 8)

Аспида, как и остальные оборотни, обладала отличным нюхом. А ее мать научила дочку травничеству. И когда ей требовались средства на покупку чего-либо, она отправлялась в лес, где отыскивала душистые цветы и ягоды. Создавала при помощи магии крема и продавала падким на запахи и красивую упаковку аристократкам. Но никогда не занималась этим постоянно, как душа ляжет. Такой вот вольный художник.

Я, конечно, заинтересовалась, но разумно посчитала, что проблемы надо решать постепенно. В первую очередь надо заняться курятником.

После завтрака мы помыли за собой тарелки и отправились изучать закоулки фермы. Я поражалась масштабам, чуточку жалела, что не застала хозяйство во всем его великолепии.

— Там конюшни, тут был коровник, — кратко все описывала моя соседка и с нынешних пор партнер. — Здесь держали свиней. А на дальней территории, — взмахнула она рукой, — вспахивали землю и засеивали урожай.

— И где же будет курятник? — оглянулась я, когда мы приблизились к разломанной будке для собак.

Стояла она аккурат возле забора соседнего поместья, которое было не в пример нам, очень ухоженным. И заодно, с другой стороны забора доносилось незнакомое кудахтанье, видимо, и Эдвард расположил собственный курятник подальше от дома.

Коснулась деревянных, покосившихся палок и постепенно начала разбирать речь.

— Звич, там какие-то люди? — клокотали невидимые моему глазу пеструшки, — Звич, они обсуждают размещение вражеской стаи.

— Вражеской стаи? Кто? Покажите наглеца?

Чувствую, будет весело. Интуиция подсказывает, что Звич и Хмыч какие-то дальние родственники. Сто процентов будут сравнивать свои показатели. А здоровая конкуренция нам не помешает. Свой бизнес я вознамерилась начать с яиц.

— А знаешь, — угрюмо взглянула на будку, — идеальное место. Привести его в порядок поможешь?

Аспида, ура, моментально согласилась. И закипела работа.

Мы выровняли это убогое строение, обили его обрезками ненужных ковров, создали какой-никакой насест. Прямо скажем, строители из нас никакие. Прибивали мы и плотничали примерно, как Аспида готовит. Но этот ремонт проходил под девизом: «И так сойдет!»

Если выгорит, вызову к нам настоящих мастеров, а пока это все равно лучше, чем жить на улице и прятаться под кустами с черникой.

— Хмыч, Хмыч, — звала я петуха, пока подруга забрасывала пол сеном (хотя бы его было навалом). — Лети к нам, принимай квартиру.

Он не заставил себя долго ждать, прошелся с важным видом, прислушался к звукам со стороны.

— Звич? Там Звич? Эта куропатка лысая? Павлин безголовый? Девочки, построиться. Пройдемте, обсуждать тактику нападения будем.

— Лучше яценосного поражения, — посоветовала я, — пока обойдемся дипломатическими методами.

С другой стороны забора шли похожие речи.

— Хмыч? Где они отыскали шпиона! Он не пропал в огненной бездне?

— Звич, они собираются перещеголять нас в количестве снесенных яиц!

— Не бывать этому.

Я довольно потирала ладоши.

— Чего это все раскукарекались? — спросила недоумевающая Аспида, которая речь птиц не разбирала.

— Война у них, — проверила доски на крепость. — Надеюсь, будут соревноваться в умении нести яйца. Хмыч, девчонки, вам там как? — заглянула я внутрь курятника.

— Не мешай, Зои. Нормально. Рассыпь зерно и удаляйся, ты не в том звании, чтобы подслушивать стратегические военные тайны.

— Конечно, Хмыч, конечно, — торопливо согласилась. — Так мне завтра за яйцами приходить?

— Завтра, завтра, — подтвердил он, — все, вали.

Я думала, что вопрос с курятиной исчерпан, но тут в беседу вмешалась Аспида, и мои одомашненные птицы, как назло, ее подслушали.

Глаза у нагини блестели дьявольским огоньком.

— Получается, — она переводила взгляд с нашего хлипкого строения на территорию соседа и обратно, — этих есть нельзя, но тех-то можно? Подожди, я Файера позову.

— А змеища подколодная дело говорит, — почесал крыло лапой Хмыч.

— Никого есть нельзя, Аспида, — шлепнула себя ладонью по лбу. Честно, я устала. Два дня, а ощущение, что живу в цирке. — Не наших, не чужих.

— Вот и останемся сегодня голодными, Зои, — забурчала девушка. — У нас из запасов два картофелины и одна сомнительная морковка. И поверь, я себе пропитание добуду, — намекнула она на свою животную ипостась, — а тебе одного кофе хватит?

С этим доводом невозможно не согласиться. Благо Аспида все-таки начала проявлять рвение.

Жить в пыли и грязи мне не улыбалось, и я оставила оборотницу старшей по уборке. И не одной кухни и собственной спальни, а всего домика. Наказала ей отмыть все на первом этаже, чтобы нам было не стыдно принимать гостей, а сама вознамерилась пешком тащиться до Хайклера.

Во-первых, следовало прикинуть расстояние, ходить теперь мне до города часто. А во-вторых, тревожить Эдварда не решилась.

Платьям и юбкам я предпочла мужские брюки, найденные в недрах шкафа. Аспида в таком виде разгуливать не стеснялась, вот и я отбросила смущение.

Буран и Файер потащились со мной. Я их не звала, но они все равно потащились.

Дошли мы через полтора часа. Можно было бы быстрее, но гордому псу было жизненно важно все обнюхать, погоняться за бабочками и порычать на несколько улиток. Так что на удобные, аккуратные улочки Хайклера я шагнула крайне изведенная, взмыленная и уставшая.

Глазами искала хотя бы одну вывеску, отдаленно похожую на ломбард.

— Мисс Сандерс, вы опять на дорогу не смотрите? — узнала надменный голос герцога. Он мне скоро снится начнет, ей-богу.

Заметив мужчину, чуть зубами не заскрипела. Естественно, он в чистом, выглаженном костюме, с тростью, надушенный чем-то приятный с древесными нотками направлялся ко мне, а я похожа на чучело посреди кукурузного поля, со спутанными волосами, мокрым лбом и, кажется, от меня разит псиной.

— Добрый день, Ваша Светлость, — сложила руки на груди. — Отчего же, смотрю. Не намоталась же на колеса вашей телеги. — Назвать телегой его великолепную карету было грубовато. — Только вы ошиблись, я не мисс, я миссис.

— Миссис? — прыгнули вверх брови аристократа.

В этот момент к нему приблизился Буран, собирая новые впечатления и запахи.

— Какой замечательный у вас охранник, — произнес мистер Мендлер, стягивая перчатку с пальцев.

— Да, Буран отличный друг, — похвалила собаку.

— Эй, а я? — ревниво пророкотал Файер, исподлобья поглядывая на мага. — Мне этот хлыщ не нравится. Пальнуть в него огнем?

— И ты замечательный, — наклонилась к виверну и почувствовала какой-то странный взгляд со стороны.

Йен смешался, застыл, так и не коснувшись Бурана. Черт, я забыла, что разговаривать с животными на людях не стоит.

— Можно погладить? — мужчина все-таки сделал вид, что не заметил моих чудаковатостей. — Он не укусит?

— Можно, — кивнула.

И едва герцог попытался, хаски зарычал. Он любил принимать ласку, но улавливал напряженность и враждебность между хозяйкой и новым для него человеком.

— Вы же сказали, что он не укусит? — возмутился Его Светлость.

— Ну да, меня не укусит, — подтвердила свои слова. — А что насчет вас, не знаю. Буран передо мной не отчитывается.

— Какая же вы язва, миссис Сандерс, — закачал головой Йен.

Мне хотелось, как можно скорее избавиться от надоедливого мистера. Я отвернулась и продолжила всматриваться в вывески.

— Давайте я вам помогу, — изменил свой тон мужчина. — Кажется, мы не с того начали.

Блин, кого угодно я могла попросить о помощи, но не его. А с другой стороны, чего я, собственно, смущаюсь?

— Мне нужно кое-что заложить, — медленно проговорила, оценивая его реакцию, — несколько ценностей.

И конечно, лицо Йена моментально приняло сочувствующий вид. Фу! Не хочу, чтобы мне сочувствовали.

— Зачем закладывать? Правильно ли я понял, что вы замужем за двоюродным братом мисс Аспиды Германом? Мы давно не виделись, но он никогда не нуждался в деньгах.

— А я нуждаюсь, — злилась я, потому что Мендлер лез не в свое дело.

Внезапно растворились ставни окна лавки, у которой мы вели неспешную беседу.